рефераты конспекты курсовые дипломные лекции шпоры

Реферат Курсовая Конспект

МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДИКА ЮРИДИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДИКА ЮРИДИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ - раздел Науковедение, Санкт-Петербургский Юридический Институт ...

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

ГЕНЕРАЛЬНОЙ ПРОКУРАТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

И. Л. ЧЕСТНОВ

МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДИКА ЮРИДИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

 

Учебное пособие

Санкт-Петербург

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

ГЕНЕРАЛЬНОЙ ПРОКУРАТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

И. Л. ЧЕСТНОВ

 

МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДИКА ЮРИДИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

 

 

Учебное пособие

 

Санкт-Петербург

ББК 67.0

Честнов И. Л.Методология и методика юридического исследования: Учебное пособие. СПб., 2004. 128 с.

Р е ц е н з е н т ы

А. Э. ЧЕРНОКОВ, канд. юрид. наук, доцент РГПУ им. А. И. Герцена.  

Доктор юридических наук

МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДИКА ЮРИДИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

 

Учебное пособие

 

 

Редактор О. Е. Тимощук

Компьютерная правка

и верстка Т. И. Сюльгиной

Подписано к печати 29.04.2004 г. Бум. тип. ¹ 1.
Гарнитура “Times New Roman Cyr”. Ризография. Печ. л. 8,0.
Уч.-изд. л. 9,0. Тираж 500 экз. (1-й завод 1¾300). Заказ 1694.

Редакционно-издательский отдел

Санкт-Петербургского юридического института

Генеральной прокуратуры РФ

191104, Санкт-Петербург, Литейный пр., 44

Отпечатано с оригинал-макета в печатно-множительной лаборатории

Санкт-Петербургского юридического института

Генеральной прокуратуры РФ

 


ПОСТКЛАССИЧЕСКАЯ ЭПИСТЕМОЛОГИЯ

В ЮРИСПРУДЕНЦИИ

(Вместо введения)   Современное общество переживает серьезные изменения, которые порой сравнивают с «неолитической революцией»[1].…

Раздел 1. МЕТОДОЛОГИЯ ЮРИДИЧЕСКОГО

ИССЛЕДОВАНИЯ

 

Методология научного исследования — это учение о методах, включающее не только анализ познавательных средств, но и более широкую проблематику: что познается, кто проводит научное исследование, насколько оно соответствует критериям научности и др. Поэтому данные вопросы относятся к числу методологических и рассматриваются вместе с методами изучения государства и права.

 

Предмет юридической науки

Предмет любой науки, в том числе и юридической, — это то, что эта наука изучает. Так, по крайней мере, считается в классическом науковедении. Такой… Прежде всего, предмет юриспруденции зависит собственно от того, что изучается.… Предмет юридической науки зависит от уровня накопленных знаний связанного с историей соответствующего общества.…

Методы изучения государства и права

Методы, как и предмет науки, имеют сложную объект-субъектную структуру. Они объективны, так как обусловлены предметом и контекстом познания. Но в то… Методы науки, в том числе и юридической[75], обусловлены историческим и… Позитивизм, сыгравший принципиально важную роль в деле становления и институционализации теории права, исходил из…

Структура юридической науки

Наука, как уже отмечалось, представляет собой сложноструктурированный, многогранный феномен, призванный систематически воспроизводить знания. Таким… Структуру юридической науки, представленной в виде системы знаний, т. е.… Наиболее запутанным и дискуссионным вопросом является дисциплинарное и содержательное определение философии и права.…

Юриспруденция в системе

Общественных наук

Вопрос о месте юриспруденции в системе наук, во-первых, предполагает определение критериев ее отличия от других научных дисциплин и, во-вторых,… Различие между ними, как представляется, состоит в степени общности изучения… Такое разграничение юриспруденции и социологии связано с предметом последней. Он не может включать в себя всю…

Критерии научности юриспруденции

Проблема критериев научности юриспруденции — одна из наиболее актуальных. Она «спровоцирована» тем, что в нынешней ситуации, именуемой постмодерном,… На всем протяжении истории юридической науки, с момента ее… Вопрос о критериях научности юриспруденции практически не поднимается в юридической литературе[164]. Для большинства…

Раздел 2. МЕТОДИКА КОНКРЕТНОГО

ЮРИДИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

 

Программа конкретного юридического

Исследования

Программа конкретного юридического исследования, если оно предполагает сбор, оценку, обобщение и объяснение эмпирических данных, а не ограничивается… Программа конкретного юридического исследования включает три раздела:… Методологический раздел традиционного конкретного юридического исследования. Любое научное исследование начинается с…

Отдельные традиционные методики

Конкретного юридического исследования

Под методикой конкретного юридического исследования в литературе традиционно понимается «совокупность технических приемов, связанных с… После такого замечания перейдем к анализу использования конкретных методик в… Методика опроса общественного мнения. Это наиболее распространенный в социологии метод, активно используемый в…

Качественные методики конкретного юридического исследования

Специфика социального мира, состоящая в его осмысленности, выражающейся в знаково-символических формах, предполагает выработку таких методик,… Первоначально качественные методики представляли собой ситуативный анализ,… Структура качественного исследования, в отличие от традиционного, может быть представлена следующей схемой: сбор…

Рекомендуемая Литература

 

Алексеев С. С. Общая теория права. T. 1. M., 1981.

АлексеевС. С. Философия права. М., 1997.

Алмонд Г., Пауэлл Дж., Стром К., Далтон Р. Сравнительная политология сегодня. Мировой обзор. М., 2002.

Асмолов А. Г. По ту сторону сознания: методологические проблемы неклассической психологии. М., 2002.

Батыгин Г. С. Обоснование научного вывода в прикладной социологии. М., 1986.

Бауман 3. Философия и постмодернистская социология // Вопросы философии. 1993. № 3.

Берка К. Измерения: понятия, теории, проблемы. М., 1987.

Берман Г. Западная традиция права. Эпоха формирования. М., 1995.

Венгеров А. Б. Теория государства и права. Ч. II: Теория права. T. 1. M., 1996.

Вернан Ж.-П. Происхождение древнегреческой мысли. М., 1981.

Вопросы философии права / Под ред. Д. А. Керимова. М., 1973.

Гадамер Г.-Х. Истина и метод. М., 1988.

Гревцов Ю. И. Очерки теории и социологии права. СПб., 1996.

Гревцов Ю. И. Социология права: Статус. Метод. Предмет // Правоведение. 1996. № 1.

Девятко И. Ф. Методы социологического исследования: Учебное пособие для вузов. Екатеринбург, 1998.

Денисов Ю. А., Спиридонов Л. И. Абстрактное и конкретное в советском правоведении. Л., 1987.

Джентиле Ф. О роли философии права в изучении юриспруденции в Италии // Государство и право. 1995. № 1.

Доган М., Пеласси Д. Сравнительная политическая социология. М., 1994.

Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии. М., 1991.

Ельмеев В. Я. Социологический метод: теория, онтология, логика. СПб., 1995.

Ельмеев В. Я., Овсянников В. Г. Прикладная социология: Очерки методологии. СПб., 1994.

Ивин А. А. Интеллектуальный консенсус исторической эпохи // Познание в социальном контексте. М., 1994.

Ивин А. А. Средневековый стиль мышления и «нормальная наука»: внешние ценности научной теории // Исследования по логике научного познания (материалы международного симпозиума). М., 1990.

ИльинВ. В. Теория познания. Введение. Общие проблемы. М., 1993.

Ильин В. В. Теория познания. Эпистемология. М., 1994.

Ильин В. В. Критерии научности знания. М., 1989.

Казимирчук В. П. Право и методы его изучения. М., 1965.

Карбонье Ж. Юридическая социология. М., 1986.

Керимов Д. А. Философские проблемы права. М., 1972.

Керимов Д. А. Теория государства и права: Предмет, структура, функции. М., 1977.

Керимов Д. А. Философские основания политико-правовых исследований. М., 1986.

Керимов Д. А. Предмет философии права // Государство и право. 1994. № 7.

Керимов Д. А. Методологические функции философии права // Государство и право. 1995. № 9.

Керимов Д. А. Методология права (предмет, функции, проблемы филосо-фии права). М., 2000.

Козлов В. В., Суслов Ю. А. Конкретные социологические исследования в области права. Л., 1981.

КозловВ. В. Проблемы предмета и методологии общей теории права. Л., 1989.

Комплексные социальные исследования. Л., 1976.

Красных В. В. Основы психолингвистики и теории коммуникации. М., 2001.

Кудрявцев В. Н, Казимирчук В. П. Современная социология права. М., 1995.

Кун Т. Структура научных революций. 2-е изд. М., 1977.

Лапаева В. В. Конкретно-социологические исследования в праве. М., 1987.

Леонтьев А. А. Основы психолингвистики. М., 1999.

Лукич Р. Методология права. М., 1981.

Мангейм Д. Б., Рич Р. К. Политология. Методы исследования. М., 1997.

Невважай И. Д. Философия права: проблема рациональности права // Правоведение. 1995. № 3.

НерсесянцB. C. Философия права. М., 1997.

Новые направления в социологической теории. М., 1978.

Орехов В. В., Спиридонов Л. И. Социология и правоведение // Человек и общество. 1969. № 5.

Орзих М. Ф. Содержание методологии юридической науки // Правоведение. 1973. № 1.

Петренко В. Ф. Основы психосемантики. М., 1997.

Поляков А. В. Общая теория права. СПб., 2001.

Поляков А. В. Общая теория права. Феноменолого-коммуникативный подход: Курс лекций. 2-е изд. СПб., 2002.

Поппер К. Нищета историцизма // Вопросы философии. 1992. № 10.

Поппер К. Открытое общество и его враги. М., 1992.

Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса: Новый диалог человека с природой. М., 1986.

Пригожин И. Философия нестабильности // Вопросы философии. 1991. № 6.

Проблемы методологии и методики правоведения. М., 1974.

Процесс социального исследования: вопросы методологии, методики и организации марксистско-ленинских социальных исследований. М., 1975.

Пэнто Р., Гравитц М. Методы социальных наук. М., 1972.

Рабочая книга социолога. М., 1976.

Рикёр П. Герменевтика. Этика. Политика. М., 1995.

Рикёр П. Торжество языка над насилием. Герменевтический подход к философии права // Вопросы философии. 1996. № 4.

Рогозин Д. М. Когнитивный анализ опросного инструмента. М., 2002.

Росс Л., Нисбет Р. Человек и ситуация. Перспективы социальной психологии. М., 1999.

Роулс Д. Теория справедливости. Новосибирск, 1997.

Садмен С., Брэдберн Н. Как правильно задавать вопросы: введение в проектирование массовых обследований. М., 2002.

Семенова В. В. Качественные методы: введение в гуманистическую социологию. М., 1998.

Слобин Д., Грин Дж. Психолингвистика. М., 1976.

Слово в действии. Интент-анализ политического дискурса / Под ред. Т. Н. Ушаковой и Н. Д. Павловой. СПб., 2000.

Сморгунов Л. В. Сравнительная политология: Теория и методология измерения демократии. СПб., 1999.

Сморгунов Л. В. Современная сравнительная политология: Учебник. М., 2002.

Спиридонов Л. И. Социальное развитие и право. Л., 1973.

Спиридонов Л. И. Теория государства и права: Курс лекций. СПб., 1995.

Спиридонов Л. И. Избранные произведения. Философия и теория права. Социология уголовного права. Криминология. СПб., 2002.

СусловЮ. А. Конкретные исследования и развитие социологии права. Л., 1983.

Сырых В. М. Метод правовой науки: Основные элементы, структура. М., 1980.

Сырых В. М. Логические основания общей теории права: В 2 т. Т. 1: Элементный состав. М., 2000.

ТадевосянЭ. В. К вопросу о социологии права // Социс. 1997. № 1.

ТадевосянЭ. В. Социология права и ее место в системе наук о праве // Государство и право. 1998. № 1.

Тернер Д. Структура социологической теорииМ., 1985.

Тернер Р. Сравнительный контент-анализ биографий // Вопросы социологии. 1992. Т. 1, № 1.

Уолтон Д. Аргументы ad hominem. М., 2002.

Хеллевиг О. Социологический метод. М., 2003.

Человек как объект социологического исследования. Л., 1977.

Честнов И. Л. Действенность и действие юридических теорией // Ученые записки СПб ИВЭСЭП. Т. 1. СПб., 1999.

Честнов И. Л. Теория права и государства как наука // Проблемы теории права и государства: Курс лекций / Под ред. В. П. Сальникова. СПб., 1999.

Честнов И. Л. Онтологический статус юриспруденции в современном мире // Место юриспруденции в системе общественных наук: Первые Спиридоновские чтения: Труды юридического факультате СПб ИВЭСЭП. Вып. 3. СПб., 2000.

Честнов И. Л. Диалогическая онтология права в ситуации постмодерна // Правоведение. 2001. № 3.

Честнов И. Л. Диалог трансцендентного и имманентного в праве // Труды СПб ЮИГП. 2001. № 3.

Честнов И. Л. Правопонимание в эпоху постмодерна // Правоведение. 2002. № 2.

Честнов И. Л. Правопонимание в эпоху постмодерна. СПб., 2002.

Честнов И. Л. Социально-правовые основания гражданского общества // Гражданское общество: истоки и современность / Под ред. И. И. Кального, И. Н. Лопушанского. 2-е изд. СПб., 2002.

Чилкот Р. Х. Теории сравнительной политологии. В поисках парадигмы. М., 2001.

Шестопал Е. Психологический профиль российской политики 1990-х. Теоретические и прикладные проблемы политической психологии. М., 2000.

Шестопал Е., Грунд-Новикова М. Психологический и лингвистический анализ восприятия образов 12 ведущих российских политиков // Полис. 1996. № 5.

Ядов В. А. Стратегия социологического исследования: описание, объяснение, понимание социальной реальности. М., 1998.


Оглавление

Постклассическая эпистемология в юриспруденции (Вместо введения)……………….. 3
Раздел 1. Методология юридического исследования………………………………………….... 13
1.1. Предмет юридической науки………………..…… 14
1.2. Методы изучения государства и права………….. 26
1.3. Структура юридической науки………………...… 39
1.4. Юриспруденция в системе общественных наук... 57
1.5. Критерии научности юриспруденции …………... 60
Раздел 2. Методика конкретного юридического исследования…………………………... 75
2.1. Программа конкретного юридического исследования………………………………………………………..
2.2. Отдельные традиционные методики конкретного юридического исследования………………………..… 102
2.3. Качественные методики конкретного юридического исследования………………………………..……… 114
РЕКОМЕНДУЕМАЯ литература…………………. 124

 

 


[1] Неолитическая революция — это возникновение интенсивных способов ведения хозяйства (появление земледелия и скотоводства), следствием чего явилась классовая структура общества и формирование ранних государств.

[2] Зиновьев А. А. Великий эволюционный перелом // Запад. М., 2000. С. 451—452.

[3] См.: Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования. М., 1999; Touraine A. La societe postindustrielle. P., 1969.

[4] См.: Drucker P. Post-capitalist society. N.Y., 1993; Masuda Y. Information society as post-industrial society. N.Y., 1982.

[5] Белл Д. Указ. соч. С. ХСVI (Предисловие).

[6] Трансформации в современной цивилизации: постиндустриальное и постэкономическое общество (материалы «круглого стола») // Вопросы философии. 2000. № 1. С. 4.

[7] Там же. С. 6; Он же. Собственность в постиндустриальном обществе // Вопросы философии. 2000. № 12. С. 10—12. Заметим, что идея о неэквивалентном обмене как способе и показателях геополитического господства неоднократно высказывалась В. В. Ильиным и А. С. Панариным.

[8] Inglehart R. Culture Shift in Advanced Industrial Society. Princeton (N.Y.), 1990. P. 5.

[9] Idem. Modernization and Postmodernization. Princeton (N.Y.), 1997. P. 208—209.

[10] Ibid. P. 17—19.

[11] Welsch W. «Postmoderne». Genealogie und Bedeutung eines umstrittenen Begriffs// «Postmoderne» oder der Kampf um die Zukunft. Frankfurt am Main, 1988. S. 11—12; Rose M. A. The Post-Modern and the Post-Industrial. Cambridge (Mass.), 1991. P. 171.

[12] Ильин И. П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм. М., 1996. С. 119 и след.; Он же. Постмодернизм от истоков до конца столетия: эволюция научного мифа. М., 1997.

[13] Этой теме в отечественной литературе посвящено всего две-три публикации (Ван Эрп З. Х. М. Европейское частное право: постмодернистские дилеммы и выборы. К методу адекватного сравнительного правового анализа // Ежегодник сравнительного правоведения. 2002 год. М., 2003; Честнов И. Л. Правопонимание в эпоху постмодерна. СПб., 2002; Он же. Правопонимаение в эпоху постмодерна // Правоведение. 2002. № 2; Он же. Диалогическая онтология права в ситуации постмодерна // Правоведение. 2001. № 3; Чичнева Е. А. Философия права в эпоху постмодернизма, или новое правовое мышление // Историко-философский ежегодник'99. М., 2001; Чукин С. Г. Плюрализм, солидарность, справедливость: К проблеме идентичности философско-правового дискурса в ситуации постмодерна. СПб., 2000), принадлежащие перу иностранца и двух философов (Е. А. Чичневой и С. Г. Чукина). На Западе, и прежде всего в США, постмодернизм стал влиятельным направлением (хотя вряд ли можно говорить о существовании постмодернистской школы в юриспруденции) в 80-е гг. ХХ в. Оно включает в себя последователей школы критических правовых исследований (Р. Унгер), экономическую школу права (Р. Познер), феминизм в праве, движение «Право и литература» и др. и представляет собой «последний крик моды, предмет повального увлечения». Mootz F. Is the rule of law possible in a postmodern world // Washington Law Review. 1993. № 68. Р. 250.

[14] Д. Оуэн, проф. университета Саутхэмптона (Великобритания), считает, что постмодерн понимается с 70-х годов ХХ в. как обозначение новой формации (Sociology after postmodernism / Ed. Вy D. Owen. L.: Sage, 1997. P. 3—7). По мнению Г. Л. Тульчинского, постмодернизм оказался неконструктивным, так как застыл в стадии отстранения (деконструкции) и обнаружил тем самым свое теоретическое бессилие, в связи с чем очевиден его переходный характер (Перспективы метафизики: классическая и неклассическая метафизика на рубеже веков / Под ред. Г. Л. Тульчинского, М. С. Уварова. СПб., 2000. С. 5; Тульчинский Г. Л. Постчеловеческая персонология: Новые перспективы свободы и рациональности. СПб., 2002).

[15] «Логоцентризм, — по утверждению Ж. Деррида, — это не только способ помещения логоса и его переводов (разума, дискурса и т. д.) в центре всего, но и способ определения самого логоса в качестве центрирующей, собирательной силы... Это способ соединения и собирания всего» (Деррида Ж. Философия и литература // Жак Деррида в Москве. М., 1993. С. 170—171).

[16] Релятивизм в гносеологии — это признание относительности любой точки зрения и невозможности одной из них претендовать на аподиктичность. Это положение, связанное, ко всему прочему, с отказом от привилегированной позиции метанаблюдателя, которому по силам описать и объяснить (хотя бы потенциально) всю внешнюю реальность, было подготовлено кризисом классической механики и открытием в физике микромира принципов неопределенности (В. Гейзенберг) и дополнительности (Н. Бор).

[17] Один из наиболее радикальных вариантов критики репрезентатизма (и репрезентативной теории истины) принадлежит Р. Рорти, который вслед за У. Джеймсом и Д. Дьюи предложил заменить понятие «истина» как соответствие объективному положению вещей в природе тем, во что лучше (полезнее) верить («лучшая идея, которую мы принимаем для объяснения происходящего»), и вообще отказаться от теории познания в пользу теории полезности (Rorty R. Philosophy and the Mirror of Nature. Princeton (N.J.), 1979; Он же. Случайность, ирония и солидарность. М., 1996).

[18] См. подробнее: Честнов И. Л. Диалогическая онтология права...

[19] Термин «эпистемология» был введен в научный оборот шотландским философом Дж. Ф. Ферье в работе «Основы метафизики» (1854 г.), в которой он разделил философию на онтологию — учение о бытии и эпистемологию — учение о познании. В англо-американской литературе предпочитают использовать именно термин «эпистемология», тогда как в отечественной — гносеология. Долгое время оба эти термина употреблялись как тождественные (или, по крайней мере, как синонимы). Однако сегодня наметилось некоторое различие между ними. По мнению авторов «Новейшего философского словаря» (Минск, 2001), они различаются исходными позициями: субъект—объект (гносеология) и объект—знание (эпистемология), поэтому последняя исследует знание, его структуру, функционирование и развитие и исходит не из субъекта познания, а из объективных структур знания (С. 1232). Думается, что элиминировать субъекта (как это сделал, например, К. Поппер, введя в научный оборот «третий мир» — мир объективных знаний) из проблематики знания в современных условиях бесперспективно, так как не учитывается постоянный процесс воспроизводства знания, вне которого оно не может существовать. Критику «эпистемологии без познающего субъекта» см.: Брушлинский А. В. О деятельности субъекта и его критериях // Субъект, познание, деятельность. К 70-летию В. А. Лекторского. М., 2002. С. 359—361.

[20] О религиозных основаниях теории познания Нового времени, прежде всего картезианства, см.: Можаровский В. В. Критика догматического мышления и анализ религиозно-ментальных оснований политики. СПб., 2002. С. 123. Особый интерес в этой связи представляет догмат о Боговоплощении, обосновывающий как преобразовательную миссию человека, так и концепцию вечных и неотчуждаемых прав человека (Там же. С. 128). О религиозных истоках западной правовой системы см.: Честнов И. Л. Общество и юриспруденция на исходе второго тысячелетия. СПб., 1999.

[21] На это обращает внимание В. А. Лекторский (Лекторский В. А. Научное и вненаучное мышление: скользящая граница // Наука: возможности и границы. М., 2003. С. 26).

[22] Практически единственным фундаментальным исследованием эпистемологических проблем государства и права является работа (как бы к ней не относиться) В. М. Сырых (Сырых В. М. Логические основания общей теории права: В 2 т. Т. 1: Элементный состав. М., 2000). Исключением из общего правила является также одно из лучших произведений по теории права последнего времени: Поляков А. В. Общая теория права: Феноменолого-коммуникативный подход: Курс лекций. 2-е изд. СПб., 2003. С. 14—108.

[23] Нерсесянц В. С. Философия права: Учебник для вузов. М., 1997. С. 63.

[24] Малахов В. П. Философия права: Учебное пособие. М.; Екатеринбург, 2002. С. 140—169.

[25] Закомлистов А. Ф. Юридическая философия. СПб., 2003. С. 426 и след.

[26] Бачинин В. А. Философия права и преступления. Харьков, 1999. С. 32—43. Интересно, что предметом метафизического способа постижения права объявляется «целостность метафизической сверхреальности, внутри которой социально-правовая реальность пребывает как один из ее частных модусов» (С. 42).

[27] О постклассической эпистемологии см.: Лекторский В. А. Эпистемология классическая и неклассическая. М., 2001; Он же. Научное и вненаучное...; Микешина Л. А. Философия познания. Полемические главы. М., 2002; Степин В. С. Научное познание и ценности техногенной цивилизации // Вопросы философии. 1989. № 10; Он же. От классической к постклассической науке (изменение оснований и ценностных ориентаций) // Ценностные аспекты развития науки. М., 1990; Он же. Теоретическое знание. М., 2000.

[28] Об антропо-экзистенциальной эпистемологии см.: Микешина Л. А. Философия познания… С. 52 и след.

[29] На это важное положение обращается внимание в социальной психоло-гии науки и социологии знания, при этом утверждается, что на результаты научной деятельности влияет историческая эпоха, специфика культуры среды обитания ученого, научная политика государства, биографические особенности ученого, его ближайшее окружение (малая группа) и другие социокультурные и психологические факторы. Так, на первой конференции по социологии научного знания, состоявшейся в 1972 г., утверждалось, что наука — это разновидность культурной деятельности (Social processes of scientific develop-ment / Ed. by R. Whittley. London; Boston, 1974. P. 1). Социология науки должна отказаться от образа нормативной науки в пользу интерпретативной и обратиться к изучению культурных образцов, которые детерминируют поведение ученых (Law J. Theories and methods in the sociology of science: an interpretative approach // Social science inform. P., 1974. Vol. 13, № 2). По мнению одного из лидеров социологии знания Б. Барнса, наука — не что иное, как система культурно обусловленных верований, а теория представляет собой метафору понимания новых объектов (Barnes B. Scientific knowledge and social theory. L.; Boston, 1974. P. 43, 49). М. Фуко редуцирует науку к отношениям власти, пронизывающим все ткани общества. Воля к знанию, по мнению одного из идеологов постмодернизма, есть выражение воли к власти, а действия науки, направленные на овладение истиной, являются одновременно и действиями власти (Foucault M. Die gesellschaftliсhe Ausweitung der Norm // Mikrophysik der Macht. Berlin, 1976. S. 87). Многие идеи представителей социологии знания и иже с ними представляются чрезвычайно радикальными, так как не учитывают относительной самостоятельности «поля науки», но это не свидетельствует о бесперспективности анализа науки в рамках историко-социокультурного контекста.

[30] Постструктуралисты — предшественники постмодернистов — утверждают, что между знаком и означаемым нет и не может быть однозначной связи (Барт Р. Из книги «О Расине» // Избранные работы. Семиотика. Поэтика. М., 1989; Деррида Ж. Голос и феномен и другие работы по теории знака Гуссерля. СПб., 1999). Поэтому социальное бытие все больше и больше превращается в «игру означающих», в бытие симулякров — копий без оригиналов, существующих сами по себе, без соотнесения с оригиналом. Другими словами, это «пустая форма», которая принимает форму идеологии и заставляет человека видеть, например, государство и право как реально существующие объекты (вещи), в то время как их реальность — магически-ритуальный язык системы (Baudrillard J. Simulations. N.Y., 1983).

[31] Метанарративы — это концепции предельной общности (теории К. Маркса, Т. Парсонса, П. Сорокина и др.), которые легитимируют общественный порядок эпохи модерна (Лиотар Ж.-Ф. Состояние постмодерна. СПб., 1998). В связи с утратой ими своего легитимирующего значения радикализируется проблема «короткого замыкания» — перехода от философских конструкций к эмпирическому уровню научного исследования и практическим действиям. «Социальная прагматика, — пишет Ж.-Ф. Лиотар, — не обладает «простотой» научной прагматики. Это чудище, образованное наслоением сетей гетероморфных классов высказываний (денотативных, прескриптивных, перформативных, технических, оценочных и т. д.). Нет никаких оснований считать, что можно определить общие для всех языковых игр метапрескрипции и что один обновляемый консенсус (тот, что в определенные моменты главенствует в научном сообществе) может охватить совокупность метапрескрипций, упорядочивающих совокупность высказываний, циркулирующих в обществе» (Там же. С. 155).

[32] Quine V.W.O. Ontological Relativity and Other Essays. N.Y., 1969.

[33] Косвенно эта проблематика раскрывается в кн.: Честнов И. Л. Право как диалог: к формированию новой онтологии правовой реальности. СПб., 2000.

[34] Сам термин «постмодернистская эпистемология» может показаться противоречивым, так как постмодернисты пытаются развенчать теорию познания, сбросить ее с корабля истории. Однако рассматривая (даже критикуя) проблемы, относящиеся к эпистемологии, они сами становятся эпистемологами, даже не желая этого.

[35] Микешина Л. А. Философия познания... С. 53—54.

[36] Имеется в виду принимаемая на веру античная и христианская идея о том, что мир устроен разумно, гармонично.

[37] Одним из первых на это, казалось бы, очевидное различие объекта и предмета применительно к теории государства и права обратил внимание В. А. Козлов (Козлов В. А. Проблемы предмета и методологии общей теории права. Л., 1989). О дискуссии по этому вопросу между Ю. И. Гревцовым и А. В. Поляковым см.: Коммуникативная концепция права: вопросы теории. Обсуждение монографии А. В. Полякова. СПб., 2003. С. 25, 102—103.

[38] То, что познание (как процесс, так и результат) зависит от социокультурных и исторических, а также психологических факторов, считается доказанным в социологии знания и социальной психологии науки (и когнитивной психологии).

[39] О том, как возникают представления о праве, требуется говорить отельно. Сейчас же заметим, что они формируются субъектом (на основе его креативной воли), но к ней не сводятся, так как становятся социальными представлениями на основе процессов объективации и реификации.

[40] Термин «взросление» общества в эпоху постмодерна представляется более убедительным, чем традиционное слово «развитие», вследствие отсутствия на сегодняшний день общепризнанных критериев последнего.

[41] В силу некумулятивности науки говорить о росте знаний достаточно проблематично. Более того, по мере накопления знаний (расширения, предположим, границ предмета науки) расширяется и граница непознанного.

[42] Несомненный интерес в этой связи представляют исследования Ю. М. Лотмана, Б. А. Успенского и Ю. С. Степанова, в которых показывается специфика русской культуры и ее отличия от западной культуры, прежде всего, в восприятии социально-политических явлений (Лотман Ю. М., Успенский Б. А. Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца ХVIII века) // Успенский Б. А. Избранные труды. Т. 1. М., 1996.; Степанов Ю. С. Константы. Словарь русской культуры. Опыт исследования. М., 1997). Небезынтересным является также российско-французское исследование восприятия образа права: Курильски-Ожвен Ш., Арутюнян М. Ю., Здравомыслова О. М. Образы права в России и Франции. М., 1996. См. также: Правовая культура современного российского общества // Материалы научно-практи-ческой конференции, посвященной 55-летию общества «Знание» (31 января 2002 г.). СПб., 2002; Место российской правовой системы среди правовых систем современности // Труды теоретического семинара юридического факультета СПб ИВЭСЭП / Под ред. И. Л. Честнова. Вып. 6, ч. 1—2. СПб., 2003.

[43] На том, что именно культурные различия, вытекающие из религиозных оснований, являются определяющими в ХХI веке, настаивает сегодня один из основоположников теории модернизации С. Хантингтон (Huntington S. P. The Clash of Civilizations and the Remaking of the World Order. N.Y., 1996).

[44] Так, в серии ставших знаменитыми экспериментов Дж. Брунера показано, что дети из разных социальных групп по-разному воспринимают размер монет одного достоинства (менее обеспеченные явно его переоценивают) (Брунер Дж. Психология познания. М., 1977). В социальной психологии также доказано, что люди с более низким социально-экономическим статусом отличаются более низким локусом контроля: склонны относить происходящее с ними на счет причин внешнего порядка и считать, что внешние обстоятельства определяют судьбу человека, а не он сам (Gurin P., Gurin G., Morrison B. M. Personal and ideological aspects of internal and external control // Social Psychology. № 41. Р. 275—296).

[45] Следует заметить, что проблема социокультурной детерминации научного познания, несмотря на многочисленные публикации, далека от разрешения.

[46] См. подробнее: Берман Г. Западная традиция права. Эпоха формирования. М., 1994; Честнов И. Л. Общество и юриспруденция... Гл. 1.

[47] Так, в зависимости от того, каков официальный возраст выхода на пенсию, подсчитывается количество пенсионеров. То же самое касается уголовной статистики: она напрямую зависит от того, что закон объявляет преступным. См.: Ленуар Р., Мерлье Д., Пэнто Л., Шампань П. Начала практической социологии. М.; СПб., 2001.

[48] О связи правопонимания и эпистемологической проблематики см.: Поляков А. В. Общая теория права. С. 14—108.

[49] Характеристика и содержание социального конструирования будут даны ниже.

[50] Кто говорит посредством письма: конкретный человек, писатель, исповедующий определенные представления, или общечеловеческая мудрость? Узнать нам это никогда не удастся, утверждает Р. Барт, по той причине, что в письме как раз и уничтожается всякое понятие о голосе, об источнике (Барт Р. Смерть автора // Избранные работы. С. 384).

[51] Суть знаменитого выступления М. Фуко в Коллеж де Франс не в заявлении, что автора не существует, а в том, что в современной тематике, проявляющейся как в произведениях, так и в критике, автор «стирается» в пользу форм, свойственных дискурсу (Фуко М. Что такое автор? // Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы разных лет. М., 1996. С. 7—47).

[52] Сегодня произошло обезличивание письма, и, как следствие, язык встает на место автора. Сам же текст — это многомерное пространство, сотканное из цитат, отсылающих к многочисленным источникам (Барт Р. Указ. соч. С. 388). Эту же идею выразила в концепции интертекста Ю. Кристева.

[53] Batler J. Contingent Foundations: Feminism and the Question of Postmodernism // Feminists Theorize the Political / Ed. by J. Batler, J. Scott. N.Y., 1992. P. 15.

[54] Спиридонов Л. И. Социология уголовного права. М., 1986. В последней, оставшейся неопубликованной при жизни, работе под условным названием «Философия права» Л. И. Спиридонов пишет: «Проблема “единицы” в изучении того или иного предмета: общество изучает человека или человек изучает общество; человек овладевает языком или язык овладевает человеком; человек овладевает правом или право овладевает человеком?» (Спиридонов Л. И. Избранные произведения. СПб., 2002. С. 25).

[55] «Я... становлюсь самим собою, только раскрывая себя для другого, через другого и с помощью другого», — Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. М., 1979. С. 311. (Об интерпретации этой идеи М. М. Бахтина см.: Махлин В. Л. «Из революции выходящий»: Программа // Бахтинский сборник. Вып. 3. М., 1997. С. 199 и след.) При этом другой — это не просто второй субъект общения, а вообще внешняя социальная реальность, которая обращается к «Я» с определенными императивными требованиями и вынуждает адекватным образом реагировать на него, преобразуя в то же время самого себя. Так понимает «другого» (Ты) О. Розеншток-Хюсси (Розеншток-Хюсси О. Речь и действительность. М., 1994. С. 55 и след.).

[56] Спиридонов Л. И. Теория государства и права: Курс лекций. СПб., 1995. С. 122—124.

[57] Сырых В. М. Указ. соч. С. 49. Ниже он (что весьма симптоматично) указывает не только на условность законов, но и на их вероятностный, статистический характер (С. 53). При этом в предмет общей теории права, по мнению В. М. Сырых, входят закономерные связи права с неправовыми явлениями (С. 63).

[58] Там же. С. 296.

[59] «Диссипация» — рассеяние вещества и энергии.

[60] Порядок в такой системе сопровождается снижением в ней энтропии. Но это происходит за счет увеличения беспорядка в окружающей среде, что оказывает на систему обратное воздействие в силу ее «оперативной открытости» (см.: Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. М., 1986).

[61] Этот термин, буквально означающий самотворчество, самопроизводство, введен в научный оборот чилийским биологом У. Матураной (Матурана У. Биология познания // Язык и интеллект. М., 1995).

[62] См. подробнее: Чичнева Е. А. Указ. соч. С. 416 и след.

[63] Luhman N. Ausdifferenzirung des Rechts. Beiträge zur Rechtssoziologie und Rechtstheorie. Frankfurt am Main, 1981. S. 511.

[64] Моисеев Н. Н. Расставание с простотой. М., 1998. С. 61. В 1986 г. сэр Д. Лайтхил, ставший позже президентом Международного союза чистой и прикладной математики, сделал удивительное заявление: он извинился от имени своих коллег за то, что в течение трех веков образованная публика вводилась в заблуждение апологией детерминизма, основанного на законах Ньютона, тогда как можно считать доказанным, по крайней мере с 1960 г., что этот детерминизм оказался ошибочной позицией (см.: Пригожин И. Философия нестабильности // Вопросы философии. 1991. № 6. С. 48).

[65] Будон Р. Место беспорядка. Критика теорий социального изменения. М., 1998. С. 5, 216 и др.

[66] Сырых В. М. Указ. соч. С. 325.

[67] Имеются в виду западные теории естественного права Г. Гроция или Д. Локка, но не концепции Б. Н. Чичерина или В. С. Соловьева.

[68] Проблема оснований социальной теории созвучна герменевтическому «кругу» — проблеме того, что должно изучаться вначале: части, из которых складывается целое, или само целое?

[69] Разновидностью диалогической эпистемологии можно считать социальный конструктивизм. Суть его одними из первых представили П. Бергер и Т. Лукман в 1965 г., с точки зрения которых социальный мир является сконструированным человеческими действиями, а не предзаданной естественной сущностью (Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М., 1995). По мнению К. Джерджена, социальный конструктивизм (или конструкционизм) выражается в следующих посылках. Во-первых, понятия, которыми люди объясняют внешний мир и самих себя, не задаются предметом объяснения, а представляют собой социальные артефакты — продукты взаимообмена между членами социальных сообществ. Во-вторых, понятия приобретают свое значение исключительно в контексте текущих социальных взаимодействий. Поэтому все научные понятия являются конвенциями соответствующих значений, включающими, в том числе, способ оперирования ими. В-третьих, степень устойчивости образа мира не зависит от объективной ценности предлагаемых объяснений, а определяется превратностями социальных процессов. Отсюда вытекает, в частности, то, что ценность метода научного познания обусловлена исключительно степенью его распространенности в локальном научном анклаве. В-четвертых, семантика производна от социальной прагматики. Это означает, что понятия обретают цельность и целостность внутри конкретного типа социальных отношений, а не являются «зеркалом природы» (термин Р. Рорти). В-пятых, оценка существующих понятий — это одновременно оценка принятых образцов жизнедеятельности (потенциал расширения существующего набора форм жизнедеятельности). В-шестых, социальный конструктивизм расширяет сферу диалога оппозиционных точек зрения, исключая тем самым право на доминирование какой-либо из точек зрения. Задачами науки, резюмирует К. Джерджен, являются: деконструкция (отказ от безоговорочного принятия постулатов истины, рациональности и добра как абсолютных критериев оценки научной практики); демократизация, предполагающая приобщение к научному дискурсу все новых участников; реконструкция, или моделирование, новых форм социальной реальности и практики (см.: Gergen K. Realities and relationships: soundings in social construction. Cambridge (Mass.); L., 1994. P. 184).

[70] Активный характер идеального — отличительная черта постклассической эпистемологии и онтологии. Он проявляется в так называемом «опережающем отражении», т. е. в восприятии социального явления на основе уже существующей категориальной «сетки», которая формулирует образ объекта (возможно, на основе принципа ассоциативной связи, т. е. по аналогии) исходя из принципиально неполной о нем информации. «...Настоящее детерминировано будущим», — указывал Л. И. Спиридонов (Спиридонов Л. И. Философия права // Избранные произведения. С. 22), воспроизводя синергетическую идею об определяющей роли потенциальности (возможного будущего состояния системы) в определении актуального. В социальной феноменологии общетеоретическое значение приобрела теорема У. Томаса (как назвал один из его афоризмов Р. Мертон): «Если ситуация определяется как реальная, то она является реальной по своим последствиям» (Thomas W. Das Kind in Amerika // Person und Sozialverhalten / Hrsg. von E. Volkart. Neuwied, 1965), тем самым подчеркивается активность наших представлений относительно материального аспекта реальности.

[71] Денисов Ю. А., Спиридонов Л. И. Абстрактное и конкретное в советском правоведении. Л., 1987. С. 11.

[72] Там же. С. 91.

[73] Сырых В. М. Указ. соч. С. 75. Особую роль он придает связи права с экономикой и социальной психологией. Там же. С. 66—72, 74 и др.

[74] American court system: Readings in judicial process and behavior / Ed. by S. Goldman, A. Sarat. San Francisco, 1978.

[75] Более того, если согласиться с тем, что право — это социальное явление, момент, «сторона» общества, то нельзя не признать правомерным и тезис о том, что методы юридической науки — это трансформация общенаучных методов применительно к исследованию правовой реальности.

[76] Историческая обусловленность методов научного познания блестяще показана в курсе лекций Л. И. Спиридонова (Спиридонов Л. И. Теория государства и права. Гл. 1).

[77] В. С. Степин по этому поводу пишет, что тип культуры задает «способ видения реальности в науке, стили мышления, которые формируются в контексте культуры и испытывают воздействие самых разных ее феноменов» (Степин В. С. Специфика научного познания // Наука: возможности и границы. С. 11). В другой работе он отмечает, что у каждого типа культуры существует специфический для него категориальный строй сознания, соединяющий в себе моменты абсолютного и относительного, изменчивого — присущие именно этому типу общества формы и способы общения и деятельности, хранения и передачи социального опыта, принятую в нем шкалу ценностей. Каждый тип культуры, другими словами, характеризуется специфическими для него универсалиями, которые обеспечивают квантификацию и сортировку социального опыта, выступают базисной структурой человеческого сознания и образуют обобщенную картину человеческого мира (мировоззрение) (Степин В. С. Философия как рефлексия над основаниями культуры // Субъект, познание, деятельность. С. 145—146, 149).

[78] См.: Фуко М. Слова и вещи. Археология гуманитарных наук. СПб., 1994. Эпистема, с его точки зрения, — это исторически конкретная дискурсивная практика, позволяющая представить соответствующую систему мышления: эпистема обусловливает всевозможные формы эмпирического познания, задает условия формирования рассуждений об объектах знания, снабжает наблюдателя определенными теоретическими возможностями, устанавливает способ бытия объектов в пространстве знания, вычленяет в сфере опыта пространство возможного.

 

[79] Последние, по мнению автора этого термина И. Лакатоса, представляют собой связанную последовательность теорий, обусловленных единством нормативных правил. Структуру научно-исследовательской программы образуют положительная эвристика (способы новых исследований), отрицательная эвристика (определение того, каких путей следует избегать), жесткое ядро (исходные фундаментальные допущения) и защитный пояс (вспомогательные гипотезы, которые могут пересматриваться) (см.: Лакатос И. Методология научных исследовательских программ // Вопросы философии. 1995. № 4). Другими словами, научно-исследовательская программа — это трансформация эпистемы в конкретно-научное исследование, обусловленное, в том числе, определенным методом познания.

[80] Анализу позитивизма посвящено огромное количество философских произведений. Из работ, в которых рассматривается позитивизм в юриспруденции, следует отметить: Зорькин В. Д. Позитивистская теория права в России. М., 1978; Нерсесянц В. С. Философия права.

[81] Принцип неопределенности гласит, что относительно микрочастицы никогда нельзя знать все ее параметры, а можно только какой-то один, т. е. если установлена скорость движения микрочастицы, то невозможно установить ее координаты, и наоборот. Вся совокупность параметров микрочастицы оказывается принципиально неопределенной и неопределяемой.

[82] В. В. Налимов по этому поводу замечает: «Принцип дополнительности меняет наше научное видение Мира — постепенно оно становится все более и более полиморфным. Мы готовы одно и то же явление видеть в разных ракурсах — описывая его теперь не конкурирующими друг с другом моделями. Даже математическая статистика, традиционно устремленная на выбор лучшей — истинной — модели, готова теперь согласиться на существование множества равноправных моделей» (Налимов В. В., Дрогалина Ж. А. Реальность нереального. Вероятностная модель бессознательного. М., 1995. С. 355).

[83] Подробнее о недостаточности научных фактов в качестве единственного критерия научности будет сказано ниже.

[84] См.: Чистое учение о праве Ганса Кельзена. М., 1987. Вып. 1, 1988. Вып. 2. Интерпретацию его учения см.: Нерсесянц В. С. Философия права. С. 586—606.

[85] Первая теорема о неполноте формальных систем была сформулирована им в статье «О формально неразрешимых предложениях Principia Mathematics и родственных систем» в 1931 г. в качестве отклика на знаменитую одноименную работу А. Н. Уайтхеда и Б. Рассела. Она формулируется следующим образом: существует такое суждение А в Х, что ни А, ни –А (отрицание А) не могут быть доказаны посредством аксиом из Х, если эта система непротиворечива. Другими словами, в содержательных формальных системах имеются неразрешимые или мнимые предложения, т. е. такие, которые одновременно являются недоказуемыми и неопровержимыми (см.: Гедель К. Об одном еще не использованном расширении финитной точки зрения // Математическая теория логического вывода. М., 1967).

[86] «Структурная антропология» К. Леви-Строса считается классической работой, в которой излагается и реализуется структуралистская программа.

[87] Если же позитивизм отождествлять исключительно с атомизмом, как это делает, например, Г. К. Косиков (см.: Косиков Г. К. «Структура» и/или «текст» (стратегии современной семиотики) // Французская семиотика: От структурализма к постструктурализму. М., 2000. С. 13), тогда различие между этими программами несомненно, так как в структурализме целое доминирует над отдельным элементом.

[88] Косиков Г. К. Указ. соч. С. 25.

[89] См. подробнее: Усманова А. Р. Текст // Постмодернизм. Энциклопедия. Минск, 2001. С. 822.

[90] По поводу определения смысла и значения знака существуют различные подходы. Так, уже стоики пытались учесть роль знака, опосредующего субъект — объектные отношения в своем «семантическом треугольнике». В нем выделялись телесное обозначающее, бестелесное (мыслимое) обозначаемое и телесный предмет, на который указывает знак. Этот треугольник получил второе рождение в ХХ в. благодаря усилиям Ч. Огдена и А. Ричардса. Г. Фреге несколько изменил эту исходную посылку, определяя смысл знака как особый способ включения понятия о предмете в систему других понятий, не зависящий ни от индивидуальных особенностей мышления субъекта, ни от того, принимает ли он данную систему понятий. По мнению Ч. Морриса, смысл знака (или интенсионал) играет роль правила, определяющего, при каких условиях знак применим к объекту или ситуации. Класс объектов, удовлетворяющих этим условиям, он назвал условием означивания или десигнатом (см.: Чертов Л. Ф. Знаковость. Опыт теоретического синтеза идей о знаковом способе информационной связи. СПб., 1993. С. 269— 271).

[91] По мнению Ж. Деррида, «в нынешней ситуации обнаружилось, что всякий знак (и устный, и письменный) есть лишь знак знака, след следа, означающее означающего, звено в бесконечной цепи отсылок, никогда не достигающей означаемого» (Деррида Ж. О грамматологии. М., 2000. С. 33).

[92] Грязин И. Текст права (Опыт методологического анализа конкурирующих теорий). Таллин, 1983. С. 32.

[93] О полисемии юридических понятий, проявляющихся в форме метонимии, метафоры, катахрезы и синекдохи см.: Власенко Н. А. Проблемы точности выражения формы права (лингво-логический анализ) // Дис. в форме научного доклада … д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 1997. С. 24—26.

[94] Право (правовая система) в любом случае включает взаимное поведение субъектов (например, правоотношения), следовательно, прагматический аспект в нем занимает значительное, если не доминирующее положение. Более того, сама семантика невозможна вне отношения лиц в процессе коммуникации — вне отношения знака к означаемому. Признавая, что язык (как и любая знаковая система) является средством коммуникации, нельзя не признать, что семантический треугольник (знак — означаемое — носитель знака) должен быть вписан в коммуникативное отношение производитель знака — воспринимающий знак (см. об этом: Смирнова Е. Д. Логика и философия. М., 1996. С. 26—27). Если рассматривать знак (и текст) в прагматическом аспекте, то его значением будет способ практического использования знака. Значимость идеи «языковых игр» «позднего» Л. Витгенштейна состоит именно в этом: слова означают лишь то, что они означают в данной «языковой игре», т. е. в процессе их практического употребления (Wittgenstein L. Philosophical Investigations. Oxford, 1953).

[95] На контекстуальность права как текста обращает внимание И. Грязин и отмечает, что смысл правового текста может быть различным в различных культурах (Грязин И. Указ. соч. С. 36). То или иное прочтение одного и того же предложения естественного языка, та или иная его интерпретация как приписывание ему одних или других условий истинности существенно зависит от контекста употребления предложения, — утверждает П. Строссон (Strawson P. Entity and Identity // Contemporary British Philosophy / Ed. H. Lewis. L., 1976).

[96] См.: Quine V.W.O. Ontological Relativity and Other Essays. N.Y., 1969.

[97] Известный английский антрополог Э. Лич в этой связи пишет, что любое социальное (в том числе юридическое, например законность или преступность) понятие наделяется различным смыслом в разных контекстах: преступным может стать законное, и наоборот. Поэтому, по его мнению, не может быть вечных законов человеческого общежития и неотъемлемых прав человека (см.: Leach E. Fundamentals of structuralism theory // Sociological approaches to law / Ed. by A. Podgorecki, Ch.J. Whelan. London, 1981. P. 30). Критическое отношение к аналитической теории права высказывает немецкий исследователь К.-Л. Кунц. Он утверждает, что структуралисты не в состоянии объяснить право потому, что не принимают в расчет его ценностную природу, а также субъективность в построении любой научной теории; более того, они не принимают в расчет и принципиальное отличие социальной теории от естественнонаучной. По мнению К.-Л. Кунца, адекватной может быть только герменевтическая теория права, акцентирующая внимание на интерсубъективном анализе правовой реальности (см.: Kunz K.-L. Die analytische Rechtstheorie: Eine “Rechts” theorie оhne Rechts? Systematische Darstellung und Kritik. Berlin, 1977).

[98] Деконструкция — это выявление бинарной оппозиции, составляющей структуру логоцентризма западной метафизики и демонстрация ее ущербности, прежде всего, вследствие имманентной связи с властью и идеологией. В результате такого разоблачения порождается «новая конфигурация философско-эстетического поля, чьей доминантой становится присутствие отсутствия, открытый контекст, стимулирующий игру цитатами, постмодернистские смысловые и пространственно-временные смещения» (см.: Маньковская Н. Б. Эстетика постмодернизма. СПб., 2000. С. 22). Авторское разъяснение термина «деконструкция» см.: Деррида Ж. Письмо японскому другу // Вопросы философии. 1992. № 4.

[99] Такое пересечение кодов и дискурсов в одном тексте получило название «интертекст» у Ю. Кристевой. Он возникает как результат процедуры «чтения — письма»: он пишется в результате считывания чужих дискурсов и поэтому всякий текст и даже слово есть пересечение других текстов и слов (Кристева Ю. Разрушение поэтики // Французская семиотика. С. 458).

[100] В современных условиях «внетекстовой реальности вообще не существует», — утверждает Ж. Деррида (Деррида Ж. О грамматологии. С. 313).

[101] Хотя современная юриспруденция, по справедливому замечанию В. М. Сырых, является преимущественно позитивистской. Сырых В. М. Указ. соч. С. 39.

[102] См.: Райнах А. Априорные основания гражданского права // Райнах А. Собр. соч. М., 2001. В отечественной теории права наиболее оригинальную попытку сформулировать современную феноменологическую (именно эйдети-ческую) концепцию права предпринял А. В. Поляков (см.: Поляков А. В. Общая теория права; Он же. Коммуникативная концепция права (генезис и теоретико-правовое обоснование) // Дис. в виде научного доклада … д-ра юрид. наук. СПб., 2002). Обсуждение идей А. В. Полякова см.: Коммуникативная концепция права: Вопросы теории. СПб., 2003.

[103] Такие методы сегодня в социологии зачастую именуют «качественными» (см.: Семенова В. В. Качественные методы: введение в гуманистическую социологию. М., 1998. Из работ по социологической феноменологии см.: Щюц А. смысловая структура повседневного мира. Очерки по феноменологической социологии. М., 2003; Гофман И. Представление себя другим в повседневной жизни. М., 2000; Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности: Трактат по социологии знания. М., 1995).

[104] Betti E. Hermeneutik als Weg heutiger Wissenschaft. Salzburg, 1971. S. 16—21.

[105] См. подробнее: Синергетика и право // Труды теоретического семинара юридического факультета СПб ИВЭСЭП. СПб., 2001. Вып. 5.

[106] Более подробно об антропологии права в онтологическом смысле см.: Честнов И. Л. Современные типы правопонимания: феноменология, герменевтика, антропология и синергетика права. СПб., 2002. С. 59—72.

[107] Являясь интерпретациями второго, третьего и т. д. порядков, антропологические тексты представляют собой фикции не в плане того, что являются полным вымыслом, но в смысле их «сделанности», таким же творением автора, как и история мадам Бовари, то есть дают важное, значимое представление о самом авторе текста не в меньшей степени, чем об исследуемом объекте (Geertz K. The interpretation of cultures. N.Y., 1973. P. 15—16).

[108] Такой метод, основанный на эвристически ценных идеях М. М. Бахтина, М. Бубера, О. Розеншток-Хюсси и других представителях диалогической философии пока только формируется. О возможности его применения к исследованию права см.: Честнов И. Л. Право как диалог: к формированию новой онтологии правовой реальности. СПб., 2000.

[109] Под теорией традиционно понимается высшая форма организации научного знания, дающая целостное представление о закономерностях и существенных (структурных, функциональных, каузальных, генетических) связях определенной области описываемой действительности. В структуре полностью развернутой теории выделяют: 1) фундаментальную теоретическую схему — исходные принципы, универсальные для данной теории, законы, основные системообразующие категории и понятия; 2) возможные дополнительные частные теоретические схемы, конкретизирующие и проецирующие фундаментальную теоретическую схему на сопредельные предметные области; 3) идеализированную (концептуальную) схему (модель, объект) описываемой области с «прописыванием» основных связей между ее элементами (структурно-организационный срез предметного поля), на которую проецируются интерпретации всех утверждений теории; 4) логическую схему теории, включающую множество допустимых внутри теории правил вывода, способов доказательства и принципов ее оформления; 5) языковый тезаурус, синтаксис как нормы построения языковых выражений и предъявления полученных результатов; 6) интерпретационную схему, программирующую возможность перехода от концептуальной (реже — фундаментальной) схемы к уровню фактов и процедур наблюдения и эксперимента (задающую операциональный смысл теории); 7) совокупность законов и утверждений, логически вытекающих из фундаментальной теоретической схемы (см.: Абушенко В. Л. Теория // Новейший философский словарь. Минск, 2003. С. 1035). В этой связи необходимо заметить, что социальные, и в том числе юридические теории, не отличаются такой систематичностью и завершенностью.

[110] Примером такой работы может служить чрезвычайно интересный обзор идей Дж. Остина, Г. Харта, Л. Фуллера, Р. Дворкина и других представителей англо-американской правовой мысли С. В. Моисеевым (см.: Моисеев С. В. Философия права: Курс лекций. Новосибирск, 2003).

[111] Одним из первых, судя по всему, такой подход предпринял Э. В. Кузнецов (см.: Кузнецов Э. В. Философия права в России. М., 1989). «Биографическая описательность» преобладала в работах А. В. Полякова до 2001 г. Это же характерно и для И. Ю. Козлихина, который одним из первых блестяще изложил идеи Г. Харта, Л. Фуллера, Р. Дворкина и других представителей англо-американской современной правовой мысли в работе «Идея правового государства: история и современность» (СПб., 1993), переизданной под названием «Право и политика» (СПб., 1996). Интересно, что Л. И. Спиридонов, будучи официальным оппонентом И. Ю. Козлихина на защите его докторской диссертации, в качестве одного из замечаний высказал именно такую описательность, когда за блестящим изложением Платона и Аристотеля, Локка и Остина, Харта и Дворкина не видно самого автора. Это же характерно для многих работ В. С. Нерсесянца, в которых историческая часть превышает теоретическую (см.: Нерсесянц В. С. Право и закон. М., 1983). Впрочем, такая же описательность свойственна и западным исследователям. В этой связи можно сослаться на работу Сурия Пракаш Синха «Юриспруденция. Философия права: Краткий курс» (М., 1996) или О. Хеффе «Политика. Право. Справедливость. Основоположения критической философии права и государства» (М., 1994). В качестве еще одного примера можно отметить работу М. Ф. Голдинга «Философия права» (Golding M. Ph. Philosophy of law. Englewood Cliffs N.J., 1975), в которой проблема природы права — сквозная ее тема — излагается через рассмотрение различных точек зрения по поводу сущности права, начиная от Ф. Аквинского и заканчивая Г. Хартом и Ф. Селзником. Еще более показательна в этом плане работа Х. Алварта «Право и действие: философия права в ее развитии от естественно-правового мышления и позитивизма до аналитической герменевтики права» (Alwart H. Recht und Handlung: Die Rechtsphilosophie in ihrer Entwicklung vom Naturrechtsdenken und vom Positivismus zu einer analуtischen Hermeneutik des Rechts. Tubingen, 1987). В этой работе анализируются (с критической точки зрения) идеи Платона, Аристотеля, Аквината, Канта, Остина и др.

[112] Вопрос о соотношении теории или философии права и истории политических и правовых учений чрезвычайно сложен. Не вдаваясь в детали выскажем свою точку зрения: различие между ними пролегает по целевому назначению исследования. Если исторический материал используется для подтверждения выдвигаемой концепции, то это теория (философия) права, а если проводится само по себе (как искусство ради искусства), для накопления исторических данных — история политических и правовых учений.

[113] Керимов Д. А. Общая теория государства и права. Предмет. Структура. Функции. М., 1977. С. 48; Он же. Методология права (предмет, функции, проблемы философии права). М., 2000. С. 66.

[114] Нерсесянц В. С. Философия права. С. 14.

[115] Там же. С. 16.

[116] Там же. С. 32, 33.

[117] Неужели идеи В. С. Нерсесянца не претендуют на статус философской (хотя и несамостоятельной) концепции, применяемой к особенной правовой сфере?

[118] Алексеев С. С. Право: азбука — теория — философия: Опыт комплексного исследования. М., 1999. С. 394—395.

[119] Там же. С. 395.

[120] Сырых В. М. Логические основания… С. 178.

[121] Там же. С. 205.

[122] Интересно, что в другом месте он заявляет обратное: вывод о том, что право необходимо исследовать вместе с обусловливающими его общественными отношениями неверен, так как право как форма общественных отношений обладает независимостью от их содержания (Там же. С. 104). С этим утверждением, конечно, согласиться никак нельзя.

[123] Там же. С. 193.

[124] Тем самым отрицается какая-либо специфика в познании именно правовых явлений — особых гносеологических закономерностей познания права, отличающихся от истматовских, не обнаружено. С. 249.

[125] Там же. С. 227—229.

[126] Там же. С. 236.

[127] Чукин С. Г. Плюрализм, солидарность, справедливость... С. 6—7.

[128] Там же. С. 18, 19, 48.

[129] Там же. С. 17.

[130] См.: Golding M.Ph. Philosophy of law. Englewood Cliffs. N.J., 1975.

[131] См.: Kubes V. Grundfragen der Philosophie des Rechts. Wien. N.Y., 1977.

[132] Ibid. S. 10 und and.

[133] Ibid. S. 47.

[134] Очевидно, что взаимодействие философии права и юридической науки не может ничем принципиально отличаться от соотношения философии и науки как таковых.

[135] См.: Степин В. С. Теоретическое знание. С. 188 и след.

[136] Вполне возможно, что это разделение в ближайшем будущем будет преодолено в связи с антропологической парадигмой в философии. Действительно, применительно к социальному бытию граница между онтологией и гносеологией весьма условна, так как человеческое бытие суть осознанное бытие, включающее в себя сознание.

[137] Для определения нормы права необходимо привлечение знаний о норме вообще и праве (признаках права); такие знания юриспруденция неизбежно черпает из философского дискурса.

[138] Сегодня считается доказанным, что фундаментальные научные понятия включают в себя метафоризацию явлений жизненного мира: ср. понятия «тело», «масса», «сила». Это же характерно и для понятий «право» и «государство». Чрезвычайно важные изыскательские работы на этот счет содержит лингвистика, в частности труды Э. Бенвениста, А. Вежбицкой, М. В. Ильина, Ю. С. Степанова.

[139] В этой связи вспоминается фраза, принадлежащая известному физику ХХ в. П. Эренфельсу: проблема определения предмета физики не является проблемой физики.

[140] Ср. с функциями «общей теоретической ориентацией», как назвал философский уровень науки Р. Мертон. Она включает в себя деятельность по прояснению и уточнению языка теории, очерчиванию концептуального поля фундаментальных понятий теории и связей между ними, по концептуализации и кодификации знания; сюда же относится отбор исследовательских методов и рамок для концептуализации и сравнения результатов эмпирических исследований (Merton R. On Theoretical Sociology: Five Essays, Old and New. N.Y., 1967. Р. 151—153).

[141] См.: Алексеев С. С. Общая теория права. Т. 1. М., 1981. С. 18.

[142] См.: Merton R. Op. сit.

[143] Ibid. P. 68.

[144] См., например: Малкей М. Наука и социология знания. М., 1983; Мангейм К. Очерки социологии знания: теория познания — мировоззрение — историзм. М., 1998.

[145] Кун Т. Структура научных революций. 2-е изд. М., 1977. Заметим, что у Т. Куна речь идет о парадигмах как таких «общепризнанных образцах решения задач», которые разделяются всем научным сообществом. Поэтому так понимаемых парадигм в юриспруденции нет, как и в любой другой общественной науке. Все они, в принципе, находятся на «допарадигмальной» стадии развития. Интересно, что степень интеграционного единства — главного критерия идентичности парадигмы — в общественных науках крайне низок: в экономике 43,5 %, в управленческих науках 28,8 %, в психологии 24,5 %, в социологии 17,1 %, в педагогике 14,9 %, в политологии 10,5 % (см.: Knorr K. D. The nature of scientific consensus and the case of the social sciences // International Journal of Sociology, 1978. Vol. 8, № 1/2. P. 113—145). О парадигмах применительно к юриспруденции см.: Честнов И. Л. Теория права и государства как наука // Проблемы теории права и государства: Курс лекций / Под ред. В. П. Сальникова. СПб., 1999. С. 11—12.

[146] Следует заметить, что в западной литературе практически не используется термин «научная школа». Там принято говорить о «незримом колледже» (объединение ученых, проживающих зачастую в разных странах, общей исследовательской проблемой), неформальных или институционализированных малых группах — научных коллективах (см.: Научная деятельность: структура и институты. М., 1980; Коммуникация в современной науке. М., 1976).

[147] См.: Юревич А. В. Социальная психология науки. СПб., 2001. С. 169; Карцов В. П. Социальная психология науки и проблемы историко-научных исследований. М., 1984. С. 75.

[148] Карцов В. П. Указ. соч. С. 80.

[149] Естественноправовая — 4, либертарная школа — 2, позитивистская — 2, нормативистская — 2, социологическая — 2, феноменологическая — 1, диалектико-социологическая — 1, школа юридического постмодернизма — 1.

[150] О наличии петербургской школы высказалось 6 респондентов, московской – 5, екатеринбургской — 3, дальневосточной — 1, тбилисской — 1.

[151] О наличии «школы гражданского права» заявили 4 респондента, уголовного права — 2, уголовного процесса — 1, криминологии — 1, международного экологического права — 1, морского (водного) права — 1, земельного права — 1.

[152] В качестве институционального критерия были названы «Криминологический клуб» — 1 и СПб юридический институт Генеральной прокуратуры РФ — 1.

[153] Наиболее содержательные и развернутые определения научных школ: 1) «Учение с признаками: а) определенного объекта исследования; б) не менее четырех единомышленников-ученых; в) научно-практической значимости исследования (актуальность, общественно-полезные цели и реальные задачи); г) не менее двух учеников у каждого из ученых (в данной школе)»; 2) «Признаками научной школы являются: наличие нескольких (более одного) представителя; лидер(ы); концепция, в значительной мере разделяемая представителями школы; как правило, дискуссия внутри школы, а также школы с ее оппонентами»; 3) «Любая школа, в том числе и научная, предполагает автора концепции и его последователей (сторонников); в широком понимании школой может считаться сама концепция при условии, если эта концепция получила признание».

[154] См.: Кара-Мурза С. Г. Проблемы интенсификации науки: Технология научных исследований. М., 1989. С. 16. По мнению К. Хондрика, научная дисциплина характеризуется единством предметной области, выделения основных проблем, способов их решения, едиными нормами познания, логическим статусом, способом выявления эмпирических данных, релевантностью теории при решении проблем других областей и др. (Hondrick K. Viele Ansätze — Eine Sociologische Theorie // Theoriesvergleich in den Sozialwissenschaften. Darmstadt, 1978. S. 317.)

[155] Теория государства и права в этом классификаторе проходит под шифром 12.00.01.

[156] Более подробную аргументацию этого вывода см.: Честнов И. Л. Онтологический статус юриспруденции в современном мире // Место юриспруденции в системе общественных наук. Первые Спиридоновские чтения: Труды теоретического семинара юридического факультета СПб ИВЭСЭП. Вып. 3. СПб., 2000.

[157] Гревцов Ю. И. Очерки теории и социологии права. СПб.,1996. С. 251.

[158] Иногда в литературе как недоразумение можно встретить мнение, что эмпирический уровень очень часто отождествляется с фактами, добываемыми социологическими методами, тем самым противопоставляются социальная философия и социология как исключительно эмпирическая дисциплина.

[159] Цит по: Almond G. A discipline divided: Schools and sects in political science. Newbury Park (Cal.), 1990.

[160] См., например: Сырых В. М. Логические основания… С. 39.

[161] См.: Михайлов Ф. Т. Самоопределение культуры. Философский поиск. М., 2003. С. 51.

[162] В этой связи симптоматично появление в Германии солидного академического исследования К. Хюбнера «Критика научного разума» (1978, М., 1994).

[163] См.: Bauman Z. Legislators and Interpreters: On Modernity, Postmodernity and Intellectuals. Cambridge, 1987. В этой книге известный английский социолог показывает изменение статуса интеллектуалов, а значит, и науки в эпоху постмодерна: ученый (и наука) превратился из законодателя в интерпретатора.

[164] Сырых В. М. справедливо утверждает, что логико-методологический раздел теории права значительно отстает от уровня теоретического освоения права (Сырых В. М. Логические основания… С. 11).

[165] Опрос проводился в 2003 г. среди преподавателей СПб юридического института Генеральной прокуратуры РФ, в том числе семь кандидатов юридических наук и три доктора юридических наук. Большинство сотрудников Института, к сожалению, от ответа на поставленные вопросы отказались. Это, вполне вероятно, свидетельствует об отсутствии своего мнения по поводу заданных вопросов. Помощь в проведении опроса оказали студенты 3-го курса дневной формы обучения Е. Валласк и К. Беликов.

[166] Из десяти опрошенных пятеро критерии научности юриспруденции (своей области знаний) связали преимущественно с практической проверяемостью (верификацией) знаний, двое — с логичностью (преимущественно понятийного аппарата). Наличие предмета и метода научного исследования — основной критерий научности для двух экспертов. Кроме того, среди ответов оказались и достаточно неожиданные, например к критериям научности отнесены «глубокое знание и честная оценка законов и их применения, выработка рекомендаций по совершенствованию законодательства»; «учение о субъективной и объективной стороне состава преступления»; «исследование закономерностей в вопросах правового регулирования общественных отношений»; «объективная потребность, признание учеными и практиками». Один из опрошенных на вопрос о том, какие существуют критерии науки как таковой, порекомендовал обратиться к соответствующей литературе, не указав при этом, к какой именно.

[167] Следует заметить, что различия между рационализмом и эмпиризмом, на чем настаивают многие философы, не такие уж принципиальные. Да, это разные способы достижения эпистемологического идеала — абсолютной истины. Но уже у представителей логического позитивизма (неопозитивизма), например в программе Д. Гилберта, объединяется математический идеал строго доказанного и неопровержимого знания с «протокольными предложениями» — записями непосредственных результатов опыта.

[168] См.: Нерсесянц B. C. Право и закон. С. 361.

[169] Ее разновидностью, например, выступает психологическая теория права, активно разрабатываемая Л. И. Петражицким, редуцирующая право к эмоциям, переживаниям юридических ситуаций.

[170] Неопозитивисты 30-х годов, как уже отмечалось, пытались их соединить.

[171] Он предлагал проанализировать какую-либо научную работу и выявить применяемую систему аргументации. В качестве рабочей гипотезы он предполагал, что в большинстве случаев это будет интуитивное мнение типа «привиделось мне» (слова Л. И. Спиридонова).

[172] Чиркин В. Е. Пути развития современного парламента: «мини-парламенты» // Правоведение. 2002. № 2.

[173] Там же. С. 27—32.

[174] Там же. С. 32.

[175] Горлачева М. И. О формах участия государственных органов в гражданском и арбитражном процессе // Правоведение. 2002. № 1.

[176] О том, что «один и тот же криминологический факт интерпретируется в различных контекстах и имеет неодинаковый смысл», говорил в начале 80-х годов Л. И. Спиридонов (см.: Спиридонов Л. И. Криминологический факт и его оценка // Криминология и уголовная политика: Сборник материалов советско-скандинавского симпозиума, 1983 г. М., 1985. С. 19—22; другое издание этой же работы см.: Спиридонов Л. И. Избранные произведения. С. 361—364).

[177] Никифоров А. Л. Философия науки: история и методология. М., 1998. С. 166—167.

[178] Социологами науки было подсчитано, что ученые проверяют свои гипотезы в среднем 2,5 опытами, считая что их достаточно для обоснования вывода (см.: Mahoney M. J. Scientics as subjects: The psychological imperative. Cambridge, 1976). Не случайно К. Поппер отказался от критерия верификации как критерия научности теории в пользу ее фальсификации, утверждая, что любая теория неизбежно будет опровергнута новой теорией. Неопровержимыми являются метафизические концепции (см.: Поппер К. Логика и рост научного знания. М., 1983).

[179] См. подробнее авторскую позицию по данному вопросу: Честнов И. Л. Действие и действенность юридических теорий // Ученые записки СПб ИВЭСЭП. Т. 1. СПб., 1999.

[180] Никифоров А. Л. Указ. соч. С. 182—189.

[181] Невозможность логически вывести модальные суждения (возможно, должно, запрещено) из дескриптивных (описательных) суждений именуется «парадоксом Юма». В ХХ в. эта проблема связана с именем А. Росса (см.: Ross A. Imperatives and Logic // Theory. 1941. Vol. 7).

[182] Т. Бендин отмечает, что для О. Холмса бытие права — это не догмы, логические построения и теории, а практика, опыт, на который гораздо большее значение оказывает господствующая в обществе мораль и институты публичной власти (см.: Benditt Th. M. Law as rule and principal: Problems of legal philosophy. Stanford, 1978).

[183] См.: Posner R. The Problems of Jurisprudence. Chicago, 1990; Schlag P. Missing Pieces: A Cognitive Approach to Law // Texas Law Review. 1989. № 67. P. 1195—1250.

[184] Эволюция знака, по мнению Ж. Бодрийяра, включает в себя четыре этапа: первый — знак как зеркальный образ реальности, второй — как извращение ее, третий — как маскировка отсутствия реальности, четвертый — как симулякр, копия без оригинала, существующая сама по себе, без какого бы то ни было соотнесения с реальностью (см.: Bodrillard J. Simulations. N.Y., 1983).

[185] Искусственность социальных норм состоит не в том, что они произвольно сконструированы, а в том, что люди их измеряют и оценивают и, тем самым, несут за них моральную ответственность, т. е. «искусственность ни в коей мере не влечет за собой полный произвол» (Поппер К. Открытое общество и его враги. М., 1992. Т. 1. С. 99).

[186] Такую точку зрения активно развивает Л. А. Микешина (см.: Микешина Л. А. Философия познания. Полемические главы. М., 2002. С. 20 и след.; Она же. Конвенции как следствие коммуникативной природы познания // Субъект, познание, деятельность. М., 2002. С. 507—533).

[187] Микешина Л. А. Философия познания… С. 23. В другом месте она пишет: «…гуманитарное знание оперирует понятием “теория” в широком смысле, как некоторой концепцией, совокупностью взглядов мыслителя, некоторой системой высказываний, не связанных жесткой дедуктивной последовательностью» (Там же. С. 32).

[188] Наука, как и другие формы интеллектуальной деятельности, подвержена человеческим ошибкам, страстям и слабостям; она включена в культурный контекст, а научное знание неизбежно зависит от общей культуры данного социума. Поэтому наука должна отказаться от своих притязаний на внутреннюю логику и собственную историю, относительно независимую от истории социально-культурного контекста, — утверждает Б. Барнс (Barns B. About Science. Oxford, 1985).

[189] О культурной зависимости различных форм восприятия, представлений, знаний писали антропологи начала ХХ в. (Л. Леви-Брюль, Э. Эванс-Причард, К. Леви-Стросс и др). Представители «классической» социологии науки (например, К. Мангейм, Р. Мертон) проводили социологический анализ институциональных аспектов науки, полагая, что научные открытия принадлежат внутренней истории науки и являются в широкой степени независимыми от ненаучных факторов (см.: Merton R. Science, Technology and Society in 17th century of England. N.Y., 1970. P. 75). Представители же современной социологии знания утверждают, что социологическому анализу должны быть подвергнуты все элементы научной деятельности, включая научные открытия, которые в не меньшей степени, по их мнению, детерминированы социокультурным контекстом.

[190] Laudan L. Science and Relativism. Chicago; L., 1990.

[191] См.: Бурдье П. Клиническая социология поля науки // Социоанализ Пьера Бурдье. М.; СПб., 2001.

[192] Шматко Н. А. Горизонты социоанализа // Там же. С. 37.

[193] Бурдье П. Клиническая социология... С. 64. При этом во Франции в гуманитарных науках чем ближе ученый к власти, тем меньше его научный авторитет (Там же. С. 70).

[194] Статус ученого (его символический капитал) проявляется в признании коллегами и конкурентами, что выражается в индексе цитирования, наградах, премиях, переводах, научных и почетных званиях и т. п. (Там же. С. 56).

[195] «Знание сплетено с властью, оно лишь тонкая маска, наброшенная на структуру господства», — пишет М. Фуко. (Фуко М. Воля к истине. М., 1996. С. 321). Другие критики научной автономии утверждают, что научное знание представляет собой систему убеждений, поддерживаемую членами научного коллектива, которые ничем не отличаются от идеологических убеждений (Aronowitz S. Science as Power. Discourse and Ideology in Modern Society. Hampshire, 1988).

[196] Бурдье П. Цензура поля и научная сублимация // Там же. С. 105. При этом остается непроясненным вопрос о том, какие критерии «прогресса разума» имеет в виду ученый.

[197] Среди таковых отметим следующие: Батыгин Г. С. Обоснование научного вывода в прикладной социологии. М., 1986; Берка К. Измерения: понятия, теории, проблемы. М., 1987; Девятко И. Ф. Методы социологического исследования: Учебное пособие для вузов. Екатеринбург, 1998; Ельмеев В. Я. Социологический метод: теория, онтология, логика. СПб., 1995; Ельмеев В. Я., Овсянников В. Г. Прикладная социология: Очерки методологии. СПб., 1994; Комплексные социальные исследования. Л., 1976; Процесс социального исследования: вопросы методологии, методики и организации марксистско-ленинских социальных исследований. М., 1975; Пэнто Р., Гравитц М. Методы социальных наук. М., 1972; Рабочая книга социолога. М., 1976; Рогозин Д. М. Когнитивный анализ опросного инструмента. М., 2002; Садмен С., Брэдберн Н. Как правильно задавать вопросы: введение в проектирование массовых обследований. М., 2002; Семенова В. В. Качественные методы: введение в гуманитарную социологию. М., 1998; Уолтон Д. Аргументы ad hominem. М., 2002; Хеллевиг О. Социологический метод. М., 2003. Человек как объект социологического исследования. Л., 1977; 2002; Ядов В. А. Стратегия социологического исследования: описание, объяснение, понимание социальной реальности. М., 1998.

[198] Из работ, посвященных анализу конкретного юридического исследования, выделим следующие: Казимирчук В. П. Право и методы его изучения. М., 1965; Козлов В. А., Суслов Ю. А. Конкретно-социологические исследования в области права: Учебное пособие. Л., 1981; Комплексные социально-правовые исследования. М., 1977; Лапаева В. В. Конкретно-социологические исследования в праве. М., 1987; Право и социология. М., 1973; Суслов Ю. А. Конкретные исследования и развитие социологии права. Л., 1983; Сырых В. М. Метод правовой науки. М., 1980.

[199] В. А. Козлов и Ю. А. Суслов к методологическому разделу относят концепцию исследования, интерпретацию основных понятий и гипотезы исследования. При этом концепция исследования включает проблему, цель и задачи исследования. (Козлов В. А., Суслов Ю. А. Указ. соч. С. 45—57). Как видим, различие с предложенной схемой непринципиальное.

[200] Ленуар Р., Мерлье Д., Пэнто Л., Шампань П. Начала практической социологии. С. 104.

[201] Там же. С. 112.

[202] Там же. С. 114.

[203] Там же. С. 119.

[204] Основы экономической криминологии // Преступность среди социальных подсистем / Под ред. Д. А. Шестакова. СПб., 2003. С. 187.

[205] Интересно, что автор пытается привлечь внимание общественности и представителей государственной власти к поднимаемой проблеме, констатируя, что «государство до сих пор не сформулировало социальный заказ на проведение таких криминологических исследований, отсутствует и соответствующее финансирование и координация НИР, а разработка экономико-криминологической проблематики остается уделом отдельных ученых-энтузиастов» (Там же. С. 194).

[206] Эти два момента — онтологический и гносеологический — теснейшим образом переплетены друг с другом, хотя иногда выделяются как самостоятельные. (См., например: Разуваев Н. В. норма права как явление правовой культуры // Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2000. С. 3—4).

[207] Сапун В. А. Теория правовых средств и механизм реализации права // Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Н. Новгород, 2002. С. 3—4.

[208] Там же. С. 5.

[209] Сызранцев Д. Г. Прагматизм в праве (метод Роско Паунда) // Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2002. С. 3.

[210] Арановский К. В. Конституционная традиция в российской среде. СПб., 2003. С. 9, 12.

[211] Закомлистов А. Ф. Юридическая философия. СПб., 2003. С. 12.

[212] При этом возникает серьезный и не решенный до сих пор вопрос о «переводе» проблемной ситуации на язык исследования (см.: Батыгин Г. С. Указ. соч. С. 227).

[213] Сырых В. М. Указ. соч. С. 97.

[214] Козлов В. А. Проблемы предмета и методологии общей теории права. Л., 1989. С. 13.

[215] Преступность среди социальных подсистем. С. 197—198.

[216] Челышева О. В. Гносеологические основы криминалистики (теоретико-прикладное исследование). СПб., 2003. С. 33.

[217] Возгрин И. А. Введение в криминалистику: история, основы теории, библиография. СПб., 2003. С. 32.

[218] Разуваев Н. В. Указ. соч. С. 5.

[219] Сапун В. А. Указ. соч. С. 6.

[220] Сызранцев Д. Г. Указ. соч. С. 4.

[221] Сырых В. М. Указ. соч. С. 102.

[222] Ядов В. А. Указ. соч. С. 75.

[223] Преступность среди социальных подсистем. С. 199.

[224] Челышева О. В. Указ. соч. С. 94, 105.

[225] Возгрин И. А. Указ. соч. С. 51—52.

[226] Разуваев Н. В. Указ. соч. С. 5.

[227] Сапун В. А. Указ. соч. С. 6.

[228] Сызранцев Л. Г. Указ. соч. С. 4.

[229] Преступность среди социальных подсистем. С. 206.

[230] Там же.

[231] Там же. С. 207.

[232] Возгрин И. А. Указ. соч. С. 58—60.

[233] Разуваев Н. В. Указ. соч. С. 5.

[234] Сапун В. А. Указ. соч. С. 6—7.

[235] Козлов В. А., Суслов Ю. А. Указ. соч. С. 51—52.

[236] Мангейм Д. Б., Рич Р. К. Политология. Методы исследования. М., 1997. С. 72.

[237] Батыгин Г. С. Указ. соч. С. 101—102.

[238] Там же. С. 69, 103.

[239] Гилинский Я. И. Криминология. Теория, история, эмпирическая база, социальный контроль. СПб., 2002. С. 43—46. Однако и тут имеются серьезные вопросы, связанные с адекватностью информации, официально фиксирующей преступность: не учитывается латентная преступность, историческая и социокультурная обусловленность преступности, в частности ее изменчивость, а также способность уголовного закона в определенном смысле порождать новые виды преступлений (о последнем аспекте см.: Преступность среди социальных подсистем. С. 20—24).

[240] См. подробнее: Ядов В. А. Указ. соч. С. 96—104.

[241] Мангейм Д. Б., Рич Р. К. Указ. соч. С. 66—68.

[242] Ядов В. А. Указ. соч. С. 100—103; Козлов В. А., Суслов Ю. А. Указ. соч. С. 55—57.

[243] Закомлистов А. Ф. Философия юридической нормы // Автореф. дис. ... д-ра филос. наук. Пермь, 2004. С. 17—20.

[244] Сапун В. А. Указ. соч. С. 10—11.

[245] См. подробнее: Ядов В. А. Указ. соч. С. 104—111; В. А. Козлов и Ю. А. Суслов ограничиваются первыми тремя разновидностями плана (см.: Козлов В. А., Суслов Ю. А. Указ. соч. С. 57— 62).

[246] Батыгин Г. С. Указ. соч. С. 147.

[247] См.: Полани М. Личностное знание. На пути к посткритической философии. Благовещенск, 1998.

[248] Такую модель предложил в 30-е гг. ХХ в. К. Поппер, а затем развил К. Гемпель (Никифоров А. Л. Философия науки… С. 173—189).

[249] Dray W. Laws and Explanation in History. London, 1957.

[250] Никифоров А. Л. Указ. соч. С. 185—186.

[251] В связи с этим возрождается интерес к идеям неокантианцев о специфике гуманитарной науки.

[252] В этой связи стоит вспомнить знаменитую фразу Л. Витгенштейна о том, что человек способен лишь отчасти выразить внешним образом свои духовные переживания (цит. по: Никифоров А. Л. Указ. соч. С. 194).

[253] «Никакая значительная интерпретация не могла сформироваться без заимствований и уже имеющихся в распоряжении данной эпохи способов понимания мифа, аллегории, метафоры, аналогии и т. п.», — пишет П. Рикер. (Рикер П. Конфликт интерпретаций. Очерки о герменевтике. М., 1995. С. 5).

[254] Там же. С. 42.

[255] Рикер П. Герменевтика, этика, политика: Московские лекции и интервью. М., 1995. С. 5—9.

[256] П. Рикер в этой связи пишет о диалектике структуры и конкретной практики — praxis’а: структура предшествует конкретной практике, но praxis предшествует структуре (Рикер П. Конфликт интерпретаций. С. 80).

[257] Батыгин Г. С. Указ. соч. С. 183, 185, 197.

[258] См.: Муромцев С. А. Определение и основное разделение права // Избранные труды по римскому и гражданскому праву. М., 2004.

[259] Кистяковский Б. А. Философия и социология права. СПб., 1998. С. 193, 194. Следует заметить, что, несмотря на достаточно обширную литературу по данной проблеме, появившуюся в последние годы (см. например, Российская правовая политика / Под ред. Н. И. Матузова, А. В. Малько. М., 2003), диагноз Б. А. Кистяковского вполне применим и к дню сегодняшнему.

[260] Юм Д. Сочинения: В 2 т. Т. 1. М., 1965. С. 618.

[261] Jorgensen J. Imperatives and Logic // Erkenntnis, 1937—1938. Bd. 7, Hf. 4. S. 288—296.

[262] Ross A. Imperatives and Logic // Theoria. 1941. Vol. 7. P. 53—71; Idem. Directives and Norms. London, 1968. P. 158—163.

[263] Моисеев Н. Н. Указ. соч. С. 303.

[264] Римский клуб. История создания, избранные доклады и выступления, официальные материалы / Под ред. Д. М. Гвишиани. М., 1997. С. 101.

[265] Giddens A. The Consequences of Modernity. Stanford, 1990. P. 39—47.

[266] Поппер К. Открытое общество и его враги. Т. 2. С. 111.

[267] Спиридонов Л. И. Социология уголовного права. С. 84; Он же. Избранные произведения. С. 219.

[268] Блувштейн Ю. Д., Добрынин А. В. Основания криминологии. Опыт логико-философского исследования. Минск, 1990. С. 28.

[269] Там же. С. 33.

[270] Батыгин Г. С. Указ. соч. С. 218—219.

[271] Спиридонов Л. И. Избранные произведения. С. 239.

[272] Батыгин Г. С. Указ. соч. С. 228. При этом процесс принятия решения включает такие стадии, как: определение количества и качества информации, необходимой для принятия решения; сбор и переработка (систематизация) информации; создание информационных моделей; определение альтернатив решения задачи, достижения цели; выбор критерия для оценки альтернатив; оценка альтернатив; выбор одной из альтернатив и принятие соответствующего решения; корректировка решения в процессе его реализации. (Там же. С. 247).

[273] Вариант решения проблемы представляет собой внелогическое выдвижение гипотез о возможном решении проблемы и выходит за рамки научной рациональности, — утверждает Г. С. Батыгин. (Там же. С. 234).

[274] Бойцова Л. В. Ответственность государства за ущерб, причиненный гражданам в сфере правосудия: генезис, сущность, тенденции развития // Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1995. С. 12—13.

[275] Бойцова В. В. Правовой институт омбудсмена в системе взаимодействия государства и гражданского общества // Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1995. С. 18.

[276] Столяров О. И. Юридический конфликт: природа, развитие, способы разрешения // Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2002. С. 8.

[277] Татаринов С. А. Вопросы конституционного законодательства в постановлениях Конституционного суда РФ (1992—2001 гг.) // Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 2002. С. 7.

[278] Козлов В. А., Суслов Ю. А. Указ. соч. С. 62.

[279] См., например: Сырых В. М. Указ. соч. С. 360 и след.

[280] Там же. С. 392.

[281] Батыгин Г. С. Указ. соч. С. 214.

[282] О понятии и видах опроса общественного мнения см.: Ядов В. А. Указ. соч. С. 228 и след.; Пэнто Р., Гравитц М. Указ. соч. С. 407 и след.

[283] См.: Садмен С., Брэдберн Н. Указ. соч. С. 15. В качестве примера можно привести следующий вопрос: совершили ли США ошибку, приняв решение защищать Южную Корею? (да — 49 %, нет — 38 %). Если же его переформулировать с «политическим акцентом»: правильно ли поступили США, направив войска в Южную Корею для предотвращения вторжения коммунистов? — то результат ответа получится уже другим (да — 55 %, нет — 36 %) (Там же. С. 17).

[284] Часто встречающиеся оценочные выражения,— отмечают С. Садмен и Н. Брэдберн, — свидетельствуют о небеспристрастности анкетирования (Там же. С. 15—16).

[285] Там же. С. 34.

[286] См. подробнее: Там же. С. 65—97.

[287] Завышение сведений об участии в президентских выборах в США составляет 10—13 %, а в местных выборах — до 30 %. (Там же. С. 71). Поэтому контрольный вопрос, позволяющий выявить реальное участие в выборах, совершенно необходим.

[288] Там же. С. 79—80.

[289] Там же. С. 112. Такие вопросы, ко всему прочему, дают информацию о господствующих в данном обществе стереотипах, представлениях.

[290] Жители США в 1955 г. лучше всего смогли определить на карте Англию — 65 %, Францию — 63 %, Испанию — 57 %. (Там же).

[291] Неоспоримым лидером стало высказывание «пришел, увидел, победил», набравшее 19 %. (Там же).

[292] См. подробнее: Асмолов А. Г. По ту сторону сознания: методологические проблемы неклассической психологии. М., 2002 (особенно раздел 1 «Психология установки» и раздел 2 «Установка и познание»); Росс Л., Нисбет Р. Человек и ситуация. Перспективы социальной психологии. М., 1999.

[293] Этот метод состоит в следующем: исследователь разбрасывает в разных частях города большое количество неотправленных писем с адресом и маркой. Нашедший их человек должен решить — отправлять его или нет. Тем самым демонстрируется позитивное или негативное отношение к соответствующей организации или человеку — адресату. Таким методом в 60-е годы ХХ в. Милграм изучал отношение населения Гонконга к коммунистам (см.: Рабинович А. О. Аттитюд // Социология. Энциклопедия. Минск, 2003. С. 72).

[294] См. подробнее: Рогозин Д. М. Когнитивный анализ опросного инструмента. М., 2002.

[295] Там же. С. 12—14.

[296] Там же. С. 14—17.

[297] Алмонд Г., Пауэлл Дж., Стром К., Далтон Р. Сравнительная политология сегодня. Мировой обзор. М., 2002; Доган М., Пеласси Д. Сравнительная политическая социология. М., 1994; Сморгунов Л. В. Сравнительная политология: Теория и методология измерения демократии. СПб., 1999; Он же. Современная сравнительная политология: Учебник. М., 2002; Чилкот Р. Х. Теории сравнительной политологии. В поисках парадигмы. М., 2001. Обращаем внимание, что в этих работах рассматриваются именно методологические проблемы сравнения, а не просто приводятся результаты сравнительных исследований.

[298] Сморгунов Л. В. Сравнительная политология. С. 35.

[299] О лингвистической и онтологической относительности см. подробнее: Честнов И. Л. Право как диалог… С. 5—9.

[300] С этой проблемой столкнулись, в частности, японцы, когда в конце ХIХ в. проводили реформы своего законодательства по образу и подобию западноевропейского: оказалось, что в японском языке нет адекватного эквивалента английскому freedom, так как соответствующий японский термин означает эгоизм, что для японцев высшей ценностью не является. В каком же смысле тогда можно говорить о правах человека в Японии? (см.: Doi T. The anatomy of dependence. Tokyo, 1981. P. 84—85; White M. The Japanese educational challenge: A commitment to children. N.Y., 1987. P. 24).

[301] См.: Сморгунов Л. В. Сравнительная политология. С. 40—48.

[302] О видах сравнительных исследований см. подробнее: Там же. С. 49—53.

[303] Пэнто Р., Гравитц М. Указ. соч. С. 327 и след.

[304] Тернер Р. Сравнительный контент-анализ биографий // Вопросы социологии. 1992. Т. 1, № 1.

[305] Там же. С. 121.

[306] Там же. С. 123—125.

[307] За основу были взяты именно глаголы, так как они наиболее четко характеризуют процесс социальной — должностной в данном случае — мобильности.

[308] Тернер Р. Указ. соч. С. 126—130.

[309] Именно такое исследование польского крестьянина в Америке (его адаптацию к новым условиям), ставшее первым примером «качественной методики», осуществили в 1918—1920 годах У. Томас и Ф. Знанецкий (Thomas W., Znaniecki F. The Polish Peasant in Europe and America. N.Y., 1958).

[310] Семенова В. В. Качественные методы: введение в гуманистическую социологию. М., 1998. С. 45.

[311] Там же. С. 126 и след.

[312] Там же. С. 203—206.

[313] См. подробнее: Там же. С. 81—85; Девятко И. Ф. Методы социологического исследования. С. 21—22.

[314] Forrester J. Thinking in cases // History of the human sciences. 1996. Vol. 9, № 3. P. 4.

[315] См.: Петражицкий Л. И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. СПб., 2000. С. 377— 401.

[316] Семенова В. В. Указ. соч. С. 85—87.

[317] См.: Гудков Д. Б. Прецедентное имя и проблемы прецедентности. М., 1999.

[318] Девятко И. Ф. Указ. соч. С. 27.

[319] См.: Mead G. Geist, Identität und Gesellschaft. Frankfurt am Main, 1973.

[320] Schütz A. Der sinnhafte Aufbau der sozialen Welt. Eine Einleitung in die verstehende Soziologie. Frankfurt am Main, 1974. S. 115—123.

[321] Goffman E. Rahmen-Analyse. Frankfurt am Main, 1993. S. 16.

[322] Cicourel A. Cognitive Sociology. Language and Meaning in Social Interaction N.Y., 1974.

[323] Семенова В. В. Указ. соч. С. 91—97.

[324] См.: Garfinkel H. Studies in ethnomethodology. Englewood Cliffs, 1967.

[325] См.: Garfinkel H. Das Alltagswissen über soziale und innerhalb Strukturen // Alltagswissen, Interaktion und gesellschaftliche Wirklichkeit. Bd. 1. Reinbek, 1973.

[326] См. подробнее: Красных В. В. Основы психолингвистики и теории коммуникации. М., 2001; Леонтьев А. А. Основы психолингвистики. М., 1999; Петренко В. Ф. Основы психосемантики. М., 1997; Слобин Д., Грин Дж. Психолингвистика. М., 1976.

[327] См. подробнее: Слово в действии. Интент-анализ политического дискурса / Под ред. Т. Н. Ушаковой и Н. Д. Павловой. СПб., 2000.

[328] Там же. С. 150—174.

[329] Там же. С. 196—207.

[330] О словесной ассоциации см. подробнее: Слобин Д., Грин Дж. Указ. соч. С. 139—144.

[331] Шестопал Е., Грунд-Новикова М. Психологический и лингвистический анализ восприятия образов 12 ведущих российских политиков // Полис. 1996. № 5; Шестопал Е. Психологический профиль российской политики 1990-х. Теоретические и прикладные проблемы политической психологии. М., 2000. Гл. 8.

[332] Шестопал Е., Грунд-Новикова М. Указ. соч. С. 179.

[333] Ч. Осгуд в качестве показателей оценок использовал такие антонимы, как хороший—плохой, радостный—грустный, красивый—безобразный, для анализа силы им использовались антонимы сильный—слабый, храбрый—трусливый, твердый—мягкий, а для характеристики активности—быстрый—медленный, напряженный—расслабленный, горячий—холодный. (Osgood C. E., Suci G. J., Tannenbaum P. H. The measurement of meaning. Urbana, 1957).

[334] Петренко В. Ф. Указ. соч. С. 111—112.

[335] Там же. С. 298—310.

[336] Результаты сравнительного анализа одобряемых и неодобряемых поступков у представительниц азербайджанской и русской культур см.: Там же. С. 269—279.

– Конец работы –

Используемые теги: Методология, Методика, юридического, исследования0.078

Если Вам нужно дополнительный материал на эту тему, или Вы не нашли то, что искали, рекомендуем воспользоваться поиском по нашей базе работ: МЕТОДОЛОГИЯ И МЕТОДИКА ЮРИДИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Что будем делать с полученным материалом:

Если этот материал оказался полезным для Вас, Вы можете сохранить его на свою страничку в социальных сетях:

Еще рефераты, курсовые, дипломные работы на эту тему:

РАЗДЕЛ I. ОБЩИЕ ОСНОВЫ ТЕОРИИ И МЕТОДИКИ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ ВВЕДЕНИЕ В ТЕОРИЮ И МЕТОДИКУ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ Основные понятия теории и методики физической культуры
РАЗДЕЛ I ОБЩИЕ ОСНОВЫ ТЕОРИИ И МЕТОДИКИ... ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ... ВВЕДЕНИЕ В ТЕОРИЮ И МЕТОДИКУ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ...

Методология и методика эмпирического социологического исследования
Не исключена вероятность того, что кому-либо из нас придется организовывать такое исследование.В эмпирическом социологическом исследовании можно… Мы будем ориентироваться на прикладное социологическое исследование, которое… Поэтому мы будем исходить из тех или иных реальных проблем, которые встают в настоящее время перед производственными…

Методология, методика и техника социологического исследования
На сайте allrefs.net читайте: Методология, методика и техника социологического исследования...

Методология и методика эмпирического социологического исследования
Не исключена вероятность того, что кому-либо из нас придется организовывать такое исследование. В эмпирическом социологическом исследовании можно выделить три основных этапа,… Мы будем ориентироваться на прикладное социологическое исследование, которое может быть проведено в какой-либо…

Методология и методика эмпирического социологического исследования
Не исключена вероятность того, что кому-либо из нас придется организовывать такое исследование. В эмпирическом социологическом исследовании можно выделить три основных этапа,… Мы будем ориентироваться на прикладное социологическое исследование, которое может быть проведено в какой-либо…

Криминалистическое исследование документов. Новые и перспективные методы исследования письменной речи
Для того, чтобы выразить общую мысль, стоит воспользоваться весьма выразительной и точной по формулировке цитатой одного блестящего криминалиста… Записки криминалиста.Саратов Изд-во СВШ МВД РФ, 1991. Столь ценная мысль… В рамках данной курсовой работы я постараюсь раскрыть один из наиболее значимых вопросов исследования документов, в…

МЕТОДИКА ИССЛЕДОВАНИЯ ИНТЕЛЛЕКТА
На сайте allrefs.net читайте: ИНТЕЛЛЕКТА...

Методологическая классификация автоматизированных информационных систем, направлений и методологий их исследования
Рыночные отношения и конкурентная борьба производителей диктуют свои правила организации производства в том числе постоянно расширяющуюся сферу... Отечественный и зарубежный опыт показывает что большой потенциал повышения... CASE технологии Computer Aided Software Engineering которые представляют собой методологию проектирования язык...

Методика проведения маркетинговых исследований
Международная экономическая деятельность субъектов хозяйствования создает условия для их эффективного функционирования в современной рыночной… Маркетинг, как подчеркивают многие специалисты, является не столько… Вместе с тем маркетинг в ходе своего развития широко использовал передовые достижения науки, поэтому он представляет…

Методология и методы научного социолого-правового исследования
Главной особенностью наблюдения как метода исследования является связь наблюдателя с объектом наблюдения. Отсюда эмоциональность восприятия… При невключенном наблюдении исследователь находится вне изучаемого объекта и… Метод полного включенного наблюдения широко используется, например, в индустриальной социологии при изучении факторов…

0.075
Хотите получать на электронную почту самые свежие новости?
Education Insider Sample
Подпишитесь на Нашу рассылку
Наша политика приватности обеспечивает 100% безопасность и анонимность Ваших E-Mail
Реклама
Соответствующий теме материал
  • Похожее
  • По категориям
  • По работам