рефераты конспекты курсовые дипломные лекции шпоры

Реферат Курсовая Конспект

ДЕНЬ ШЕСТОЙ

ДЕНЬ ШЕСТОЙ - раздел Образование, Марк Леви Семь дней творения   Она На Цыпочках Подкралась К Окну. Лукас Еще Спал. За Занавес...

 

Она на цыпочках подкралась к окну. Лукас еще спал. За занавесками вставало ноябрьское утро, сквозь туман просачивались солнечные лучи. Она оглянулась и застала Лукаса за потягиванием.

— Ты спала? — спросил он.

Она завернулась в халат и прижалась лбом к стеклу.

— Я заказала тебе завтрак, они сейчас постучатся. Я иду собираться.

— Это так срочно? — спросил он, ловя ее за руку и привлекая к себе. Она села на край кровати и запустила пальцы ему в волосы.

— Знаешь, что такое Башер? — спросила она.

— Звучит знакомо, где‑то я, кажется, об этом читал… — проговорил Лукас, морща лоб.

— Я не хочу, чтобы мы расставались.

— София, нас настигает ад, у нас есть только сегодняшний день, нам некуда бежать. Останемся здесь и проживем вдвоем отпущенное нам время.

— Нет, я им не подчинюсь. Я — не пешка на их шахматной доске, я хочу придумать не предусмотренный ими ход. В гуще невозможного всегда кроется невероятное.

— Ты говоришь о чуде, а это не моя епархия…

— Зато моя! — И она встала, чтобы открыть дверь официанту. Подписав счет, она закрыла дверь и сама прикатила столик на колесах на середину спальни.

— Теперь я слишком далека от их мыслей, чтобы они могли меня услышать, — сказала она, насыпая в миску хлопья. Потом она опорожнила подряд три пакетика с сахаром.

— Ты действительно не хочешь молока?

— Нет, спасибо, с молоком слишком мягко, не хрустит.

Глядя в окно на раскинувшийся вдалеке город, она чувствовала, как в душе у нее закипает злость.

— Не могу смотреть на окружающие меня стены и знать, что теперь они проживут дольше нас, меня это бесит!

— Добро пожаловать на Землю, София!

Лукас встал и удалился в ванную, не до конца закрыв за собой дверь. София задумчиво отодвинула поднос, встала, прошлась по маленькой гостиной, вернулась в спальню, снова прилегла. Ее внимание привлек томик на ночном столике, и она вскочила.

— Я знаю одно место! — крикнула она Лукасу. Он просунул голову в дверь, в спальню повалил пар.

— Я знаю множество мест!

— Я не шучу, Лукас.

— Я тоже, — задиристо ответил он. — Только в такой позе мне наполовину холодно, наполовину жарко: между двумя помещениями слишком велика разница температур.

— Я знаю одно место на Земле, где можно бороться за наше дело.

Даже исполненная надежды, она была так печальна, так взволнована, что Лукас встревожился.

— Что за место? — пробасил он.

— Истинная крыша мира, священная гора, где сосуществуют и уважают друг друга все верования, гора Синай. Я уверена, что оттуда смогу еще обратиться к моему Отцу и что Он, быть может, меня услышит.

Лукас посмотрел на время, высвечиваемое дисплеем видеомагнитофона.

— Узнай расписание. Я одеваюсь.

София бросилась к телефону и набрала номер справочной воздушного сообщения. Автомат поклялся, что оператор вот‑вот примет ее звонок. Она в нетерпении наблюдала в окно за парящей в небе чайкой. Она догрызала третий ноготь, а ответа все не было. Лукас подошел к ней сзади, обнял и прошептал:

— Не меньше пятнадцати часов лета, прибавь к этому десятичасовую разницу во времени. Когда мы прилетим, то даже не сможем проститься в аэропорту: к этому времени нас уже разлучат. Слишком поздно, София, крыша твоего мира чересчур далеко отсюда.

Телефонная трубка легла на место. Она обернулась, ее взгляд утонул в глубине его глаз, они впервые обнялись.

 

 

* * *

 

В нескольких милях к северу чайка опустилась на другие перила. Матильда набрала номер мобильного телефона Софии, оставила сообщение и повесила трубку.

* * * София сделала шаг назад.

— Я знаю способ! — воскликнула она.

— Не желаешь отказываться?

— Отказаться от надежды? Никогда! Так уж я запрограммирована. Быстрее собирайся — и доверься мне.

— Я только это и делаю.

Через десять минут они вышли на стоянку отеля. Там София сообразила, что им нужен автомобиль.

— Который? — деловито спросил Лукас, осматривая наличествующий автопарк.

По требованию Софии он «позаимствовал» самый скромный экземпляр. Они помчались по шоссе 101 на север. Лукас поинтересовался, куда они едут, но София, занятая поиском телефона в сумке, ничего не ответила. Она хотела набрать номер инспектора Пильгеса и сказать, чтобы он за них не беспокоился, но сначала пришлось принять голосовую почту.

«Это я, Матильда, хотела тебе сказать, чтобы ты больше не тревожилась. Я им уже так надоела, что к полудню меня выпустят. Я позвонила Манче, он за мной заедет и отвезет домой. Он обещал каждый вечер привозить мне еду, пока я не поправлюсь… Может, мне теперь не торопиться? Рен в прежнем состоянии, к ней не пускают, она спит. София, есть вещи, которые говоришь любимому, но не смеешь сказать подруге. Так вот, ты была не только светом моих дней и сообщницей моих ночей, ты была и остаешься моим другом. Куда бы ты ни направилась — счастливого пути! Я уже скучаю по тебе».

София с силой надавила на кнопку, и телефон выключился. Она швырнула его в сумку.

— Поезжай в центр города.

— Что ты надумала? — спросил Лукас.

— Цель — «Трансамерика Билдинг», небоскреб‑пирамида на Монтгомери‑стрит.

Лукас затормозил на полосе для экстренных остановок.

— Что за игры?

— На воздушные трассы не всегда можно положиться, но пути небесные неисповедимы. Поезжай!

Старый «Крайслер» тронулся с места Внутри молчали. Машина свернула на Третью стрит.

— Сегодня пятница? — спросила София, снова волнуясь.

— Увы! — отозвался Лукас.

— Который час?

— Ты запросила скромную машину! Обрати внимание, здесь даже нет часов. Без двадцати двенадцать.

— Придется сделать круг, я должна сдержать свое обещание. Пожалуйста, поезжай в больницу.

Лукас свернул на Калифорния‑стрит и через десять минут был у больничного комплекса. София попросила его подъехать к отделению педиатрии.

— Идем! — позвала она его, захлопывая дверцу. Он прошел вместе с ней по холлу, подошел к лифту. Она взяла его за руку, заставила войти в лифт и нажала кнопку. Кабина поехала на седьмой этаж.

В коридоре, среди играющих детей, она узнала малыша Томаса. При виде ее он заулыбался, она радостно замахала рукой и поспешила к нему. И тут она увидела рядом с ребенком ангела. Она застыла, Лукас почувствовал, как она стискивает ему руку. Ребенок взял за руку Гавриила и побрел вместе с ним по коридору, не переставая оглядываться на Софию. У двери, выходившей в осенний парк, мальчик в последний раз обернулся и послал ей воздушный поцелуй. Потом закрыл глаза и с улыбкой исчез в бледном свете дня. София тоже зажмурилась.

— Пойдем, — сказал ей шепотом Лукас и потянул за собой.

Когда машина уезжала со стоянки, София испытала приступ тошноты.

— Ты говорил, что бывают дни, когда весь мир отворачивается от нас, — проговорила она. — Сегодня такой день.

Они ехали через город, не произнося ни слова. Лукас нигде не срезал, наоборот, выбирал самый длинный путь. Он долго ехал вдоль океана, потом остановился. Она повела его гулять по пляжу, окаймленному пеной прибоя.

Через час они были под башней. София трижды объехала здание, не находя местечка, чтобы припарковаться.

— За угнанные машины не платят штраф! — напомнил ей Лукас, закатывая глаза. — Где хочешь, там и ставь!

София выбрала у тротуара место, предназначенное для машин, доставляющих грузы для компаний, которые арендуют офисы в башне. Она заторопилась к восточному входу, Лукас не отставал. Когда светлая панель ушла в стену, он отшатнулся.

— Ты уверена в своих действиях? — взволнованно спросил он.

— Нет! Иди за мной!

Они прошли коридорами, ведущими к большому холлу. При виде их Петр поднялся из‑за своей конторки.

— Тебе хватило дерзости привести его сюда! — сказал он возмущенно.

— Ты мне нужен, Петр.

— Знаешь ли ты, что тебя все ищут, вся наша охрана идет по вашим следам? Что ты натворила, София?

— На объяснения нет времени.

— Впервые вижу, чтобы здесь торопились!

— Мне нужна твоя помощь, я могу рассчитывать на одного тебя. Мне надо на гору Синай, пропусти меня туда через Иерусалим.

Петр чесал подбородок, разглядывая обоих.

— Я не могу выполнить твою просьбу, мне этого не простят. Впрочем… — Он направился в дальний угол зала. — Ты могла бы обрести искомое, пока я буду предупреждать охрану, что вы здесь. Загляни в центральный ящик под пультом.

София кинулась к конторке, из‑за которой вышел Петр, и стала открывать все ящики. Один ключ показался ей подходящим, и она, схватив его, потянула за руку Лукаса. Невидимая дверь в стене открылась. Голос Петра произнес у нее за спиной:

— Этот проход работает только в одну сторону, вернуться по нему нельзя. Ты отдаешь себе отчет в своих действиях?

— Спасибо за все, Петр!

Он покачал головой и потянул за большую рукоятку на цепочке. Зазвенели колокола на соборе Божьей Милости, и София с Лукасом едва успели протиснуться в узкий проход, прежде чем закрылись все двери в холле.

Через считаные мгновения оба вышли из калитки на залитую солнцем улочку, уставленную трех‑четырехэтажными обшарпанными домами. Лукас настороженно огляделся. София окликнула первого попавшегося ей прохожего.

— Вы говорите на нашем языке?

— Я похож на идиота? — ответил мужчина и с оскорбленным видом ускорил шаг.

София, не отчаиваясь, подбежала к горожанину, переходившему улицу.

— Я ищу…

Договорить она не успела: горожанин уже перебежал на противоположный тротуар.

— Какие гостеприимные люди в священном городе! — иронически бросил Лукас.

София, не обращая на него внимания, обратилась к третьему прохожему — судя по черному одеянию, священнику.

— Святой отец, покажите мне дорогу на гору Синай!

Священник оглядел ее с головы до ног и удалился, пожимая плечами. Лукас стоял, опершись об уличный фонарь, сложив руки на груди и снисходительно улыбаясь. София сказала шедшей ей навстречу женщине:

— Мэм, я ищу гору Синай…

— Не смешно, мисс, — отрезала прохожая, удаляясь.

София бросилась к торговцу соленьями, раскладывавшему свой товар и одновременно болтавшему с разносчиком.

— Здравствуйте, может, кто‑нибудь мне подскажет, как попасть на гору Синай?

Мужчины удивленно переглянулись и возобновили беседу, не обращая внимания на Софию. Перебегая через улицу, она чуть не угодила под машину. Водитель вильнул в сторону, отчаянно сигналя.

— Прелестные люди! — прокомментировал Лукас вполголоса.

София все металась, ища помощи и не находя ее. Она почувствовала, что начинает злиться. Тогда она выхватила из‑под прилавка торговца пустой ящик, выбежала с ним на перекресток, взгромоздилась на свою импровизированную трибуну и, подбоченясь, закричала:

— Кто‑нибудь, обратите на меня внимание хотя бы на минуту, у меня важный вопрос!

Вся улица замерла, все взоры устремились на нее. Пятеро мужчин, шедших гуськом по тротуару, хором сказали:

— Что за вопрос? У нас есть ответ!

— Мне надо на гору Синай, срочно!

Раввины встали вокруг нее кружком и заспорили, показывая жестами разное направление. К Софии протиснулся маленький человечек.

— Идите за мной. У меня машина, я вас отвезу. Он заспешил к старенькому «Форду», стоявшему поблизости. Лукас отделился от своего фонарного столба.

— Быстрее! — поторопил их водитель, распахивая дверцы. — Надо было сразу сказать, что дело срочное!

Лукас и София сели сзади, машина сорвалась с места. Лукас огляделся, прищурился и сказал Софии на ухо:

— Давай ляжем на сиденье, будет глупо, если нас засекут так близко от цели.

Софии было не до споров. Лукас сгорбился, она положила голову ему на колени. Водитель посмотрел на них в зеркало заднего вида, Лукас ответил на его удивленный взгляд широкой улыбкой.

Машина ехала быстро, распугивая гудками пешеходов. Через полчаса она остановилась у очередного перекрестка.

— Вам гору Синай? Получайте! — Водитель радостно обернулся.

София удивленно выпрямилась, водитель протянул руку.

— Уже? Я думала, это гораздо дальше.

— А оказалось гораздо ближе! — ответил водитель.

— Почему вы протягиваете руку?

— Почему? — повысил он голос. — От Бруклина до Мэдисон‑авеню, тысяча четыреста семьдесят — это двадцать долларов, вот почему!

София вытаращила глаза. За окном машины громоздился внушительный фасад манхэттенской больницы «Маунт Синай».

Лукас вздохнул.

— Извини, я не знал, как тебе об этом сказать…

Он расплатился с водителем и увел Софию, которая не могла вымолвить ни слова. Она добрела до скамеечки на автобусной остановке и села в полной оторопи.

— Ты перепутала горы Синай: схватила ключи от маленького Иерусалима в Нью‑Йорке.

Он встал перед ней на колени и взял ее руки в свои.

— Остановись, София… Им не удалось решить судьбу человечества за тысячи лет, так неужели ты думаешь, что нам удастся это сделать за семь дней? Завтра в полдень нас разлучат, так не будем же терять ни минуты, времени у нас совсем мало. Я хорошо знаю город, позволь, я превращу этот день в наше мгновение вечности.

Он помог ей встать, и они пошли по Пятой авеню в сторону Центрального парка.

Он привел ее в маленький ресторанчик в Грин‑вич‑Виллидж. Сад за рестораном в это время года пустовал, но они устроили себе там праздничный обед. Потом, на пути в Сохо, они заходили во все магазинчики, десять раз меняли наряды, оставляя прежние бездомным, бредущим по тротуарам. В пять часов Софии захотелось дождя. Лукас привел ее на парковку, поставил на середину пандуса и щелкнул зажигалкой под дымоуловителем. После этого они гуляли, взявшись за руки, под ливнем, предназначенным для них одних. Когда сирена оповестила о приближении пожарной машины, они бросились бежать и нашли убежище под огромным воздухообменником, где быстро обсохли. Потом их приютил комплекс кинотеатров. Их не занимало, чем кончаются картины, важны были только начальные кадры: семь раз меняли они залы, стараясь не рассыпать в коридорах попкорн. Когда они наконец вышли на Юнион‑сквер, было уже темно. Такси доставило их на угол 57‑й стрит. Они зашли в большой магазин, работавший допоздна. Лукас выбрал черный смокинг, София — модный костюм.

— Баланс по счетам подводится только в конце месяца, — прошептал он ей на ухо, когда ее смутила цена.

Они вышли на Пятую авеню и пересекли холл огромного отеля на краю парка. На верхнем этаже их усадили за столик у окна, из которого открывался захватывающий вид. Они отведали все незнакомые ей лакомства, однако на десерты у нее не хватило духу.

— От этого я поправлюсь только послезавтра, — сказала она, сдаваясь и выбирая шоколадное суфле.

В одиннадцать часов вечера они вошли в Центральный парк. Было тепло. Они погуляли по аллеям, под фонарями, посидели на скамеечке под раскидистой ивой. Лукас снял пиджак и укрыл Софии плечи. Глядя на белокаменный мостик над аллеей, она сказала:

— В городе, куда я хотела тебя перебросить, есть высокая стена. Люди пишут свои желания на клочках бумаги и оставляют их между камнями. Забирать их никто не вправе.

Бродяга, тащившийся по аллее, поздоровался с ними и исчез в темноте, под мостиком. Стало тихо. Лукас и София смотрели в небо. Огромная луна лила на них серебристый свет. Их руки переплелись, Лукас поцеловал Софии запястье и, вдыхая аромат ее кожи, прошептал:

— Одно мгновение тебя стоит вечности.

София прижалась к нему. Под блаженным покровом ночи Лукас любил ее с неутолимой нежностью.

 

 

* * *

 

Джуэлс вошел в больничный корпус и незаметно приблизился к лифтам. При желании ангелы‑контролеры умели превращаться в невидимок. В кабине он нажал кнопку четвертого этажа. Когда он проходил мимо помещения для дежурных врачей, медсестра не заметила силуэт, скользивший по темному коридору. Он остановился перед дверью палаты, поправил свои клетчатые твидовые брюки, тихонько постучался и на цыпочках вошел.

Отодвинув занавеску, за которой спала Рен, он присел к ней на койку. Он узнал пиджак на вешалке, и взор его увлажнился. Он погладил Рен щеку.

— Я так соскучился по тебе! — прошептал Джуэлс. — Эти десять лет без тебя были слишком долгими.

Он поцеловал ее в губы, и зеленый дисплей на ночном столике подвел под жизнью Рен Шеридан длинную непрерывную черту.

Тень Рен вознеслась над койкой, и они исчезли вдвоем, рука об руку…

 

 

* * *

 

В Центральном парке была полночь. София уснула у Лукаса на плече.

 

И был вечер, и было утро…

 

– Конец работы –

Эта тема принадлежит разделу:

Марк Леви Семь дней творения

Семь дней творения..

Если Вам нужно дополнительный материал на эту тему, или Вы не нашли то, что искали, рекомендуем воспользоваться поиском по нашей базе работ: ДЕНЬ ШЕСТОЙ

Что будем делать с полученным материалом:

Если этот материал оказался полезным ля Вас, Вы можете сохранить его на свою страничку в социальных сетях:

Все темы данного раздела:

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ
  Лежа на кровати, Лукас посмотрел на отчаянно мигающий диод своего пейджера. Он закрыл книгу и положил ее рядом. Книга его порадовала. В третий раз за двое суток он перечитывал эту и

ДЕНЬ ВТОРОЙ
  Матильда проснулась на заре. Ночью ее перевезли в палату, где она уже начала скучать. Вот уже пятнадцать месяцев сверхактивность была ее единственным лекарством для выведения шлаков

ДЕНЬ ТРЕТИЙ
  Лукас хотел натянуть на себя покрывало, но не нащупал его. Он приоткрыл один глаз, провел рукой по начавшей отрастать щетине на щеке. От сочетания табака и спиртного во рту остался

ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ
  Матильда почти каждый час стонала, ее все еще мучила боль, и она забылась только на рассвете. София встала, стараясь не шуметь, поспешно оделась и на цыпочках удалилась. В окно на л

ДЕНЬ ПЯТЫЙ
  Рассвет пятого дня застал обоих спящими. В открытое окно вместе с утренней свежестью проникали осенние ароматы. София прижималась к Лукасу. Стон Матильды нарушил ее тревожный сон. О

ДЕНЬ СЕДЬМОЙ
  В Центральном парке подул легкий ветерок. Рука Софии соскользнула на спинку скамейки, от утреннего холода ее пронзила дрожь. Во сне она попыталась спрятать голову в воротник плаща,

Хотите получать на электронную почту самые свежие новости?
Education Insider Sample
Подпишитесь на Нашу рассылку
Наша политика приватности обеспечивает 100% безопасность и анонимность Ваших E-Mail
Реклама
Соответствующий теме материал
  • Похожее
  • Популярное
  • Облако тегов
  • Здесь
  • Временно
  • Пусто
Теги