рефераты конспекты курсовые дипломные лекции шпоры

Реферат Курсовая Конспект

ОТКЛОНЕНИЕ В РАБОЧЕМ АЛЬЯНСЕ

ОТКЛОНЕНИЕ В РАБОЧЕМ АЛЬЯНСЕ - раздел Психология, ТЕХНИКА И ПРАКТИКА - ПСИХОАНАЛИЗА Я Начну С Описания Нескольких Клинических Примеров, В Которых Ход Развития Ра...

Я начну с описания нескольких клинических примеров, в которых ход развития рабочего альянса заметно отклоняется от того, что обычно имеет место у психоаналитического пациента. Причина, по которой я начинаю таким образом, кроется в том, что у классического аналитического пациента рабочий альянс развивается почти незаметно, выглядит это так, как будто этот процесс не зависит ни от какой особой деятельности с моей стороны. Нестандартные случаи выдвигают на передний план различные процессы и процедуры, которые почти незаметны при работе с обычным аналитическим пациентом.

 

Несколько лет назад аналитик из другого города прислал ко мне интеллигентного мужчину средних лет, который ранее уже проходил анализ в течение более шести лет. У пациента появились определенные улучшения, но его первый аналитик чувствовал, что пациенту необхо-дим дополнительный анализ, потому что он все еще не был способен ;жениться и был очень одинок. С самого начала терапии я был поражен i,:n тем фактом, что он был абсолютно пассивен в отношении осознания > "||-;' ' и работы со своими собственными сопротивлениями. Оказалось, что он x:>:i-ждал, чтобы я указывал ему на них, как делал его предыдущий • ;i) (i аналитик в продолжение всего анализа. Затем на меня произвел впечатление тот факт, что как только я делал какое-то вмешательство, он немедленно давал ответ, хотя часто ..,., , и непонятный. Я обнаружил, что он считал своим долгом отвечать немедленно на каждое вмешательство, потому что помолчать минутку и поразмышлять над тем, что я сказал, было бы знаком сопротивления и, следовательно, чем-то плохим. По-видимому, его прежний аналитик никогда не распознавал его страх молчания как сопротивление. В свободных ассоциациях пациент активно искал, что рассказать, и если ему приходило в голову несколько вещей, он выбирал то, что, как ему казалось, я ищу, не упоминая о множественности выбора, который он имел. Иногда, когда я просил его дать какую-то инфор­мацию, он отвечал, свободно ассоциируя, так что ответ часто бывал странным. Например, когда я спросил, какое у него второе имя, он ответил: «Раскольников» — первое имя, которое пришло ему в голову. Когда ко мне вернулось самообладание, и я спросил, почему именно это имя, он защитился, сказав, что подумал, что ему предлагают свободно ассоциировать.

Вскоре у меня сложилось четкое впечатление, что этот человек в действительности никогда не устанавливал рабочих отношений с первым аналитиком. Он не знал, что ему полагается делать в ана­литической ситуации. Он годами лежал перед аналитиком, смиренно покоряясь тому, что, как он представлял себе, требовалось от него, а именно постоянной и быстрой свободной ассоциации. Пациент и аналитик представляли собой карикатуру на психоанализ. Действи­тельно, пациент развил какие-то регрессивные реакции переноса, некоторые из них были интерпретированы, но отсутствие постоянного рабочего альянса оставило процедуру в целом аморфной, беспоря­дочной и безрезультатной.

Хотя я осознавал, что значительность проблем пациента не может быть связана только или большей частью с техническими недостатками работы первого аналитика, я чувствовал, что пациенту следует дать возможность увидеть, может ли он работать в аналитической ситуации. Кроме того, это прояснение более рельефно обрисовало бы патологию пациента. Таким образом, с самых первых месяцев нашей совместной работы я тщательно объяснял пациенту, когда это казалось уместным, различные задачи, выполнения которых требует от него психоана­литическая терапия. Пациент реагировал на это так, как будто все это было ново для него, и он, казалось, стремился работать так, как я ему рекомендовал. Однако вскоре стало ясно, что он не может просто сказать, что пришло ему в голову, он чувствует принуждение выяснить, что ищу я. Он не мог помолчать и поразмышлять над тем, что я сказал; он боялся пустых пространств, они означали какую-то ужасную опас­ность. Если бы он молчал, он мог бы думать, а если бы он подумал, он мог бы не согласиться со мной, а не согласиться было равносильно тому, чтобы убить меня. Его поразительная пассивность и уступчивость оказались формой заискивания, укрывающей внутреннюю пустоту, ненасытный инфантильный голод и ужасную ярость. В течение полугода стало совершенно ясно, что это мужчина с шизоидным характером «как будто», который не в состоянии выносить депривации классиче­ского психоанализа (Deutch, H. 1942; Weiss, 1966). Поэтому я помог ему с получением поддерживающей психотерапии у женщины-терапевта.

Женщина, которую я анализировал шесть лет назад в течение почти четырех лет, возобновила анализ со мной. Мы оба знали, что, когда она прервала анализ, он не был закончен, но мы согласились, что сво­бодный от анализа период времени поможет прояснить необычные затруднения и неясности, на которые мы натолкнулись, пытаясь добиться лучшего разрешения ее противоречивого, недовольного, прилипчивого, садомазохистского переноса на меня. Я предложил ей пойти к другому аналитику, поскольку вообще я считаю, что смена аналитика более продуктивна, чем возвращение к первому аналитику. Это обычно дает новое понимание старых реакций переноса и предо­ставляет новые возможности для переноса. Однако по внешним причинам это было невыполнимо, и я согласился на возобновление анализа, хотя и с оговорками.

С самого начала использования кушетки я был поражен тем, как странно пациентка работала в анализе. Затем я вспомнил, что это часто случалось и в прошлом, только теперь это поразило меня гораздо сильнее, потому что это уже не было для меня привычным, это выгля­дело почти нелепо. В какой-то момент сессии пациентка начинала говорить не переставая, здесь были и бессвязные предложения, и подробные описания недавних событий, случайные неприличные фразы, на странность которых не обращалось внимания, или же это были навязчивые мысли, а затем снова подробное изложение прошлого события. Пациентка, казалось, совершенно не обращала внимания на свой странный способ говорить и никогда ранее сама не замечала за собой этого. Когда я конфронтировал ее с этим вопросом, то в пер­вый момент, казалось, она ничего не знает об этом, а затем она почувствовала себя атакованной.

Я осознал, что в прежнем анализе пациентки было много таких сессий или частей сессий, когда она была очень встревожена и пыталась отвратить свое осознание тревоги, так же как и анализ тревоги. Я даже вспомнил, что мы раскрыли некоторые значения и исторические детерминанты такого поведения. Например, ее мать была страшной болтушкой — она рассказывала ребенку, как взрослому, многое из того, что та еще не могла понять. Ее непонятные разговоры со мной были идентификацией с матерью и отыгрыванием в аналитической ситуации. Более того, мать использовала потоки болтовни для выра­жения как тревоги, так и враждебности по отношению к своему мужу, который был, по существу, спокойным человеком. Пациентка переняла эту черту у своей матери и вновь разыгрывала эту ситуацию со мной на аналитической сессии тогда, когда была встревожена и враждебно настроена или когда она разрывалась между тем, чтобы сделать мне больно, и тем, чтобы держаться за меня.

В дополнение к этому мы пришли к пониманию того, что эта форма поведения также указывает на регрессию функций Эго от вто­ричного процесса по направлению к первичному процессу в виде «разговора во сне» со мной, что было повторным разыгрыванием «сна с родителями». Такой странный способ рассказывать возникал много раз во время первого анализа, и хотя тогда анализировались многие детерминанты, все это в какой-то степени продолжалось вплоть до момента прерывания анализа. Когда я пытался конфронтировать пациентку с неправильным использованием ею одной из процедур анализа, мы уходили куда-то в сторону, увлекаемые либо ее реакцией на мою конфронтацию, либо каким-то новым всплывшим материалом. Она могла вспомнить какое-то событие из прошлого, которое, каза­лось, относилось к делу, или на следующих сессиях появлялись ка­кие-то новые сновидения или новые воспоминания, и реально мы ни­когда не возвращались к вопросу о том, что она была неспособна выполнять определенную часть аналитической работы.

Во время второго ее анализа я не отвлекался. Когда появлялся легкий след той самой бессвязности рассказа или когда это казалось уместным, я конфронтировал ее с этой специфической проблемой и удерживал ее у этого вопроса до тех пор, пока она по меньшей мере не признавала того, что обсуждается. Пациентка пыталась использо­вать все свои старые методы защит против моих конфронтации ее сопротивлений. Я выслушивал в течение короткого времени ее воз­ражения и отговорки и указывал еще и еще раз на их функции сопротивления. Я не начинал работу с новым материалом до тех пор, пока не убеждался, что пациентка в хорошем рабочем альянсе со мной.

Постепенно пациентка начала видеть то, что она неправильно использовала основное правило. Она сама стала осознавать, что она иногда сознательно, иногда предсознательно, а в остальное время все еще бессознательно затуманивала истинную цель свободной ассоциа­ции. Стало ясно, что когда пациентка чувствовала тревожность в своем отношении ко мне, она соскальзывала в эту регрессивную «как во сне» форму разговора. Это был вид «злорадного послушания». Оно было злорадным, поскольку она знала, что это уклонение от истинной свободной ассоциации. Это было послушание, так как она подчинялась этому регрессивному, то есть невоздержанному, способу говорения. Это возникало всякий раз, когда она чувствовала определенный вид враждебности ко мне. Она чувствовала это как желание «вылить на меня отраву». Это приводило ее к чувству того, что тогда я буду уничтожен и потерян для нее, и она чувствовала одиночество и испуг. Затем она быстро погружалась в свой «разговор как во сне», который словно говорил мне: «Я маленький ребенок, который частично спит и не отвечает за то, что исходит от него. Не оставляйте меня; разрешите мне спать с вами; это просто безвредная моча, которая выходит из меня». (Другие детерминанты не будут обсуждаться, поскольку это увело бы нас слишком далеко в сторону.)

Это было зачаровывающее переживание — видеть, насколько от­личается этот анализ^т предыдущего. Я не хочу сказать, что тенденция : пациентки неправильно использовать свою способность регрессировать в функционировании Эго исчезла. Однако мое энергичное стремление к анализу дефектного рабочего альянса, постоянное внимание к под­держанию хороших взаимоотношений, мой отказ уходить в анализи­рование других аспектов ее невроза переноса имели свои эффекты. Второй анализ имел совершенно другой оттенок и атмосферу. В первом анализе у меня была интересная и эксцентричная пациентка, которая была очень фрустрирована, потому что я так часто терялся из-за ее прихотливых бессвязных речей. Во втором анализе у меня все еще была эксцентричная пациентка, но теперь у меня появился союзник, который не только помогал мне, когда я терялся, но и отмечал, что я сбился с пути до того, как я осознавал это.

Молодой мужчина, мистер З.1, обратился ко мне после того, как он проходил анализ в течение двух с половиной лет у аналитика в другом городе, и этот анализ совершенно не затронул его. Он достиг опре­деленных инсайтов, но у него сложилось отчетливое впечатление, что его первый аналитик в действительности неодобрительно относился к его инфантильной сексуальности, хотя молодой человек понимал, что аналитикам «не полагается» презрительно к ней относиться. В предварительных интервью молодой человек рассказал мне, что у не­го были большие трудности при рассказе о мастурбации, и он часто сознательно не сообщал эту информацию своему предыдущему аналитику. Он информировал последнего о существовании многих сознательных секретов, но тем не менее упрямо отказывался разгла­шать их. Он никогда не предавался свободной ассоциации искренне, и в их анализе было множество часов продолжительного молчания, когда оба, и пациент и аналитик, были безмолвны. Однако способ отношения пациента ко мне, его история и мое общее клиническое впечатление заставляли меня полагать, что он доступен анализу, несмотря на тот факт, что он был неспособен сформировать рабочий альянс со своим первым аналитиком.

Я взялся анализировать мистера 3. и многое узнал о его негатив­ных реакциях на первого аналитика, некоторые из них происходили из способа последнего проводить анализ. Например, на одной из пер­вых сессий на кушетке пациент вынул сигарету и закурил. Я спросил его, что он чувствовал, когда решил закурить. Он раздраженно ответил, что знает: ему не полагалось курить в предыдущем анализе, и, как он и предполагал, я тоже запрещу ему это. Я сказал мистеру 3., что я хотел бы знать, какие чувства, мысли и ощущения пришли к нему в тот момент, когда он решил зажечь сигарету. Он обнаружил, что он чего-то испугался на сессии и, чтобы заслонить эту тревогу от меня, решил закурить сигарету.

__________

См. также разделы 2.52, 2.54 и 2.71.

 

Я ответил, что было бы предпочтительнее, если бы он выражал такие чувства и мысли словами, а не действиями, потому что тогда я понимал бы более точно, что с ним происходит. Он осознал, что я не за­прещаю ему курить, но только отмечаю, что для процесса анализи­рования было бы более полезно, если бы он выражал свои чувства словами. Он противопоставил это ситуации своего первого анализа, когда аналитик сказал ему до того, как он перешел к кушетке, что обычно на кушетке не курят. Этому не было дано объяснения, и пациент полагал, что его аналитик деспотичен.

На следующей сессии мистер 3. спросил, женат ли я. Я в ответ спросил его, как он думает. Колеблясь, он сказал, что разрывается между двумя фантазиями, одна из которых заключается в том, что я хо­лостяк, который любит свою работу и живет только для своих пациен­тов; другая же состояла в том, что я счастливо женат и у меня много детей. Затем он спонтанно продолжил, сказав, что он надеется, что я счастливо женат, потому что тогда моя позиция была бы лучше для того, чтобы помочь ему с его сексуальными проблемами. Затем мистер 3. поправил себя и сказал, что ему мучительно думать обо мне, как имеющем сексуальные отношения с женой, потому что это его смущает, и это не его дело. Тогда я заметил, что когда я не ответил на его вопрос и попросил вместо этого рассказать о своих фантазиях, он сам показал, к чему относится его любопытство. Я сказал ему, что бывает, я не отвечаю на вопросы, если чувствую, что можно получить больше, сохранив молчание и позволив ему ассоциировать по поводу собственного вопроса.

В этот момент мистер 3. был готов расплакаться и после короткой паузы рассказал мне, что в начале прошлого анализа задавал мно­жество вопросов, но его прежний аналитик никогда не отвечал на них и даже не объяснял, почему он молчит. Он ощущал молчание аналитика как унижение и только сейчас осознал, что его последующие периоды молчания были возмездием за эту воображаемую несправедливость. Несколько позже он осознал, что идентифицировался с воображаемым презрением своего первого аналитика. Мистер 3. чувствовал презрение к ханжеству аналитика и в то же самое время жестоко попрекал себя за свою собственную сексуальную практику, которую он затем проецировал обратно на аналитика.

Для меня было очень поучительно видеть, как идентификация с предыдущим аналитиком, основанная на страхе и враждебности, привела к искажению рабочих взаимоотношений вместо создания эффективного рабочего альянса. Вся атмосфера этого первого анализа была проникнута враждебными, недоверчивыми, мстительными чувствами и установками. Она оказалась повторением поведения пациента в отношении отца. Этот момент первый аналитик осознал и интерпретировал. Анализ сопротивления переноса, однако, был не­эффективным отчасти^из-за того, что предыдущий аналитик работал таким способом, который постоянно оправдывал инфантильное невротическое поведение пациента, что в дальнейшем привело к втор­жению в рабочий альянс невроза переноса.

Я работал с мистером 3. в течение четырех лет, и почти с самого начала у нас был установлен относительно эффективный рабочий альянс. Однако моя манера вести анализ, которая, как ему казалось, указывала на искреннюю человеческую заботу о его благоденствии и уважение к его положению — положению пациента, также мобили­зовала важные сопротивления переноса на более поздних стадиях анализа. На третьем году его анализа со мной я начал осознавать, что, несмотря на то, что был хороший рабочий альянс и сильный невроз переноса, во внешней жизни пациента было много таких областей, которые не изменились соразмерно проделанной аналитической работе. Со временем я понял, что пациент развил неявное, специфическое торможение при выполнении аналитической работы вне аналитической сессии. Когда мистер 3. бывал расстроен вне сессии, он спрашивал себя, что расстроило его. И обычно он преуспевал в припоминании этой ситуации. Иногда он даже мог вспомнить смысл того события, на который я указывал ему в предыдущий момент, но этот инсайт был относительно лишенным смысла для него, он ощущался чужим, искусственным и зафиксированным в памяти механически. Это был не его, а мой инсайт, и, следовательно, он не имел «живого» смысла для него. Поэтому он, в какой-то степени, не имел понятия о смысле события, которое расстроило его.

Видимо, хотя он и установил рабочий альянс со мной в аналити­ческой ситуации, этот альянс не распространялся за пределы сессии. Дальнейший анализ обнаружил, что вне аналитической сессии пациент не позволял себе иметь установки, отношения или использовать подход или точку зрения, которые напоминали бы ему мои. Он чувствовал, что разрешить себе это делать равносильно тому, чтобы позволить мне войти в себя. А это было невыносимо для него потому, что мистер 3. ощущал это как гомосексуальное изнасилование, повторение несколь­ких травматических ситуаций детства и подросткового периода. Постепенно мы смогли раскрыть, как пациент сексуализировал и агрессивизировал процесс интроекции.

Этот новый инсайт стал тем стартовым моментом для пациента, с которого он начал учиться различать разновидности «принятия внутрь». Постепенно пациент смог восстановить свободную от гомо­сексуальности идентификацию со мной с точки зрения принятия аналитической позиции. Таким образом, рабочие взаимоотношения, в которые вторгался невроз переноса, были вновь относительно свободны от черт инфантильного невроза. Предыдущие инсайты, которые оставались неэффективными, в конце концов привели к значи­мым и длительным изменениям. Случай мистера 3. будет описан более детально во втором томе.

 

Теперь я хочу вернуться к тем пациентам, которые упорно цепляются за рабочий альянс, потому что их страшат регрессивные черты невроза переноса. Такие пациенты развивают разумные отношения с аналитиком и не позволяют себе чувствовать ничего иррационального, будь это что-то сексуальное или агрессивное, или то и другое. Продолжительная разумность в анализе является псевдоразумностью, пациент бессознательно придер­живается ее из-за разнообразных бессознательных невротических мотивов. Позвольте мне проиллюстрировать это.

 

В течение почти двух лет молодой образованный мужчина, поверхностно знакомый с психоанализом, поддерживал позитивное и разумное отношение ко мне, своему аналитику. Если его сновидения i; показывали враждебность или гомосексуальность, он признавал это, но утверждал, что знает, что от него ожидают таких чувств по отно­шению к своему аналитику, но «в действительности» он их не испыты­вает. Если он опаздывал или забывал оплатить свой счет, он снова признавал, что это может выглядеть так, как если бы он не хотел приходить или оплачивать счет, но «на самом деле» это не так. У него были сильные реакции гнева в отношении других психиатров, которых он знал, но он настаивал на том, что они заслуживают этого, а я совсем другой. Какое-то время пациент был влюблен до безумия в другого мужчину-аналитика и «догадывался», что, возможно, тот напоминал ему меня, но это было сказано играючи.

Все мои попытки подвести пациента к осознанию его упорной разумности как способа избежать или преуменьшить его более глубокие чувства и импульсы провалились. Даже мои попытки проследить историческое происхождение такой формы поведения были непродук­тивными. Он принял роль шута, безобидного нонконформиста в годы г обучения в высшей школе и повторял ее в анализе. Поскольку я не мог

подвести пациента к тому, чтобы последовательно работать дальше '

с этим материалом, я в конце концов сказал ему, что мы стоим перед •■* • фактом отсутствия достижений, и нам следует рассмотреть альтерна­тиву продолжению психоанализа со мной. Пациент промолчал несколь­ко мгновений и сказал «откровенно», что он огорчен. Он вздохнул и затем продолжил высказываться в духе свободных ассоциаций. Я прервал его и спросил, что он делает. Он ответил: ему кажется, что я испытываю какое-то раздражение. Я заверил его, что это именно так. Тогда он медленно поднял глаза на меня и спросил, может ли он сесть. Я кивнул, и он сел. Он был совершенно потрясен и отрезвлен, имел бледный вид и совершенно очевидно страдал.

После нескольких минут молчания он сказал, что, может быть, * • он будет работать лучше, если он сможет смотреть на меня. Он должен быть уверен, что я не смеюсь над ним, не сержусь на него и не прихо­жу в сексуальное возбуждение. Последний момент показался мне поразительным, и я спросил о нем. Он сказал мне, что часто фантази­рует, что, возможно, я сексуально возбуждаюсь от его материала, но скрываю это от него. Этого материала он никогда ранее не привно­сил, это была мимолетная мысль. Но эта мимолетная мысль быстро привела ко многим воспоминаниям об отце, который неоднократно и без особой необходимости измерял ему температуру ректально. Это затем привело к множеству фантазий гомосексуальной и садомазо­хистской природы. Упорная разумность была, таким образом, защитой против них, а также игровой попыткой подразнить меня и спровоци­ровать на отыгрывание с ним. Мое поведение на сессии, описанной выше, не былоо хорошо контролируемым, но привело к осознанию того, что рабочий альянс использовался пациентом для того, чтобы отвратить невроз переноса.

 

Рабочий альянс стал фасадом для невроза переноса. Это была структура невротического характера, как скрывающая, так и, напротив, выражающая лежащий в его основе невроз. Только когда было прервано отыгрывание пациента и он осознал, что он на грани потери объекта переноса, тогда его ригидно разумное поведение стало чуждым Эго и доступным для терапии. Ему понадобилось несколько недель для того, чтобы он смог смотреть на меня и проверять, можно ли доверять моим реакциям. Затем он стал способен различать истинную разумность и поддразнивающую язвительную разумность своего невроза характера, и анализ начал продвигаться.

 

– Конец работы –

Эта тема принадлежит разделу:

ТЕХНИКА И ПРАКТИКА - ПСИХОАНАЛИЗА

На сайте allrefs.net читайте: "ТЕХНИКА И ПРАКТИКА - ПСИХОАНАЛИЗА"

Если Вам нужно дополнительный материал на эту тему, или Вы не нашли то, что искали, рекомендуем воспользоваться поиском по нашей базе работ: ОТКЛОНЕНИЕ В РАБОЧЕМ АЛЬЯНСЕ

Что будем делать с полученным материалом:

Если этот материал оказался полезным ля Вас, Вы можете сохранить его на свою страничку в социальных сетях:

Все темы данного раздела:

Гринсон Ральф Р.
Техника и практика психоанализа/Пер. с англ. — М.: «Когито-Центр», 2003. — 478 с. (Университетское образование) Г 85 УДК 159.964.2 ББК 88 Учебник выдающегося аме

Изменения в теории терапевтического процесса
  Работа «Исследования истерии» (1893—1895) может рассматри­ваться как начало психоанализа. Фрейд пытался обнаружить то, что составляет сущность терапевтического процесса при лечении

СВЯЗЬ МЕЖДУ ТЕОРИЕЙ И ПРАКТИКОЙ
  Прежде чем перейти к более полному и системному рассмотрению терапевтических процедур и процессов, сделаем краткий обзор некоторых основных теоретических концепций психоанализа. Меж

Психоаналитическая ТЕОРИЯ НЕВРОЗА
  Теория и техника психоанализа базируются в основном на клини­ческих данных, полученных при изучении неврозов. Хотя в последние годы наметилась тенденция расширять рамки психоаналити

Теория психоаналитической техники
  Психоаналитическая терапия — каузальная терапия, она пытается уничтожить причины, вызывающие невроз. Ее цель — разрешение невроти­ческих конфликтов пациента, включая инфантильный не

Продуцирование материала
  Свободная ассоциация — основной метод продуцирования материала в психоанализе. Этот метод используется в отдельных случаях и в других формах вскрывающей1 психотерапии, та

Анализирование материала пациента
  В классическом психоанализе большое число терапевтических процедур используется для работы на различных уровнях. Общей характери­стикой для всех аналитически ориентированных техник

Рабочий альянс
  Пациент идет на психоанализ потому, что его невротическое страдание вынуждает его начать это трудное терапевтическое путешествие. Его проблема достаточно тяжела, чтобы побудить его

Неаналитические терапевтические процедуры и процессы
  В классическом психоанализе до некоторой степени используются и другие разновидности терапевтических процедур и процессов, но их цель — подготовить инсайт или сделать его эффективны

Аффекты, являющиеся признаком сопротивления
  Наиболее типичный признак сопротивления с точки зрения эмоций пациента наблюдается, когда пациент сообщает что-то вербально, но аффекты при этом отсутствуют. Его замечания су

Поза пациента
  Очень часто пациенты раскрывают наличие сопротивления той позой, которую они принимают на кушетке. Когда пациент ригиден, неподвижен, свернулся в клубок, как бы оберегая себя, это м

Фиксация во времени
  Обычно, когда пациент рассказывает относительно свободно, в его вербальной продукции будут колебания между прошлым и настоящим. Когда пациент рассказывает последовательно и неизменн

Мелочи или внешние события
  Когда пациент рассказывает о поверхностных, маловажных, относительно незначительных событиях в течение длительного периода времени, он избегает чего-то такого, что действительно явл

Избегание тем
Для пациентов очень типично как сознательное, так и бессозна­тельное избегание болезненных тем. Это особенно верно для некоторых аспектов сексуальности, агрессии и переноса. Поразительно, что многи

Ригидность
  Любой установившийся порядок, который пациент выполняет без изменения во время аналитических сессий, следует рассматривать как сопротивление. В поведении, свободном от сопротивления

Опоздания, пропуски сессий, забывчивость при оплате
Очевидно, что опоздания пациента, пропуски сессий, забывчивость при оплате являются показателями нежелания приходить или платить за ана­лиз. И вновь это может осознаваться и, следовательно, быть от

Отсутствие сновидений
Пациенты, которые знают, что они видели сновидение, и забывают его, очевидно, сопротивляются процессу воспоминания своих снов. Пациенты, которые рассказывают свои сновидения, но чьи сны указывают н

Пациент скучает
Скука у пациента показывает, что он избегает осознания своих инстинктивных влечений и фантазий. Если пациенту скучно, это означает, что он пытается отвратить осознание своих импульсов и вместо них

Отыгрывание
Отыгрывание — очень частое и важное событие в психоанализе. Вне зависимости от того, что еще оно может означать, оно всегда служит функциям сопротивления. Это сопротивление, поскольку отыгрывание —

Частые веселые сессии
Аналитическая работа — серьезная. Она может быть не всегда мрачной и печальной, и не каждая сессия депрессивна и болезненна, но в ос­новном это, по меньшей мере, тяжелая работа. Пациент может иметь

Пациент не изменяется
Иногда аналитик работает с пациентом явно хорошо и успешно, но при этом заметных изменений в симптоматике или поведении пациента нет. Если это продолжается долго, а сопротивление не проявляется, ан

Молчаливое сопротивление
Здесь я остановлюсь на том сопротивлении, которое трудно ухватить и мысль о котором часто приходит в голову, когда аналитик думает о пациенте вне аналитической ситуации. Аналитик часто осознает при

Сопротивление и регрессия
  Регрессия — описательная концепция, она относится к возвраще­нию к более ранним, более примитивным формам психической деятельности (Freud, 1916—1917, р. 342). При регрессии имеется

В СООТВЕТСТВИИ С ИСТОЧНИКОМ СОПРОТИВЛЕНИЙ
  В своих работах, посвященных проблеме защиты и сопротивления, Фрейд в разное время пытался выделить разные типы сопротивления. В работе «Торможения, симптомы и тревога» (Freud, 1926

В СООТВЕТСТВИИ С ТОЧКАМИ ФИКСАЦИИ
  Все попытки классифицировать сопротивления обязательно будут частично перекрываться. Тем не менее эти классификации необходимо знать как свои пять пальцев, ибо это поможет психоанал

В СООТВЕТСТВИИ С ТИПАМИ ЗАЩИТЫ
  Другой продуктивный подход к сопротивлениям состоит в выясне­нии типа защиты, который сопротивление использует. Например, мы можем различать девять типов защитных механизмов, которы

В СООТВЕТСТВИИ С ДИАГНОСТИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИЕЙ
  Клинический опыт показывает, что пациенты, относящиеся к той или иной диагностической группе, будут использовать специфические для этой группы типы защит и, следовательно, в ходе ан

Предварительные замечания
Перед тем как продолжать обсуждение технических проблем, следует осветить некоторые фундаментальные вопросы. Психоанализ как техника появился на свет тогда, когда сопротивления стали анализироватьс

ДИНАМИКА ТЕРАПЕВТИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ
Терапевтическая ситуация мобилизует конфликтующие тенденции внутри пациента. До того как мы попытаемся анализировать сопротивления, было бы полезно рассмотреть расстановку сил у пациента (см. Freud

КАК АНАЛИТИК СЛУШАЕТ
Возможно, покажется ненужным педантичное описание того, как пси­хоаналитику следует слушать. Однако клинический опыт учит нас: то, как ана­литик слушает, характеризует этот столь уникальный и сложн

Распознавание сопротивления
  Первая задача аналитика заключается в том, чтобы распознать наличие сопротивления. Это может быть просто, когда сопротивление очевидно, как в клиническом примере, приведенном в разд

Прояснение сопротивления
  ДаБайте продолжим рассмотрение процедур, используемых при анализировании сопротивления. Мы заставили пациента осознать, что у него есть сопротивление. Что мы делаем дальше? Существу

Интерпретация мотива сопротивления
Здесь я должен отметить, что иногда для аналитика нет необходимости демонстрировать и прояснять сопротивление, потому что пациент делает это сам спонтанно. Эти шаги не обязательно предпринимать в о

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ФОРМЫ СОПРОТИВЛЕНИЯ
Иногда при анализировании сопротивления не аффект и не влечение или некоторое событие являются наиболее обещающей линией исследования. Может оказаться, что форма сопротивления: метод или способ соп

СОПРОТИВЛЕНИЕ НА ПЕРВЫХ СЕССИЯХ
В начале анализа, на первых сессиях, когда сопротивление уже опознано аналитиком и продемонстрировано пациенту, прежде чем приступить к исследованию мотива или формы сопротивления, следует рассмотр

СОПРОТИВЛЕНИЕ СОПРОТИВЛЕНИЮ
В клинической практике часты случаи, когда «данное» сопротивление в действительности не состоит из одной-единственной силы, противостоящей какому-то содержанию. На самом деле сопротивление может со

Отклонения в технике
  Обсуждая основную процедуру, как и некоторые специальные проблемы техники анализа сопротивления, мне кажется полезным со­поставить ее с двумя подходами, отклоняющимися от классическ

АНАЛИЗ, БЕРУЩИЙ НАЧАЛО С ПОВЕРХНОСТИ
  На ранних этапах развития психоанализа техника была сфокуси­рована на попытке получить вытесненные воспоминания, задачей было просто сделать бессознательное сознательным. Считалось,

МИНОРНЫЕ СОПРОТИВЛЕНИЯ
Хотя психоаналитическая техника отличается от всех остальных методов именно тем, что мы анализируем сопротивления, мы не анализируем при этом все и каждое сопротивление. С небольшими и временными с

УТРАТА ФУНКЦИЙ ЭГО
Иногда в анализе возникают ситуации, когда отсутствие сопро­тивлений обусловлено утратой функций Эго. Тогда нашей задачей будет позволять и даже поощрять развитие некоторой степени сопротивления. Э

ПЕРЕНОС
  В сущности, развитие техники психоанализа определялось эволюцией наших знаний о природе переноса. Величайший прогресс в психоаналитической технике был следствием открытия Фрейдом (1

Интенсивность
  Вообще говоря, интенсивные эмоциональные реакции по отноше­нию к аналитику являются показателями переноса. Это верно для различных форм любви, так же как и для ненависти и ст

Амбивалентность
  Все реакции переноса характеризуются амбивалентностью, сосу­ществованием противоположных чувств. Обычно в психоанализе принято считать, что в случае амбивалентности один аспект чувс

Непостоянность
  Другим важным качеством реакций переноса является их непосто­янность. Чувства переноса часто неустойчивы, беспорядочны и причудливы. с*то в особенности верно для начала анализа. Гло

Стойкость
  Поразительной чертой реакций переноса является то, что они обладают внутренне противоречивой природой. Я уже описывал, каким непостоянным и мимолетным может быть перенос, и теперь д

Происхождение и природа реакций переноса
  Перед тем как мы приступим к исследованию некоторых теорети­ческих вопросов, касающихся явлений переноса, необходимо уточнить значение этого термина. Существует множество различных

ПЕРЕНОС И ОБЪЕКТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ
Реакция переноса у невротиков представляет собой отношение, включающее троих людей — субъект, объект из прошлого и объект из на­стоящего (Searles, 1965). В аналитической ситуации это пациент, какая

ПЕРЕНОС И ФУНКЦИИ ЭГО
Реакции переноса демонстрируют силу и слабость функций Эго невротического пациента. Как утверждалось ранее, невротические явления переноса показывают, что пациент имеет стабильную Я-репрезентацию,

ПЕРЕНОС И ПОВТОРЕНИЕ
Одной из важных характеристик реакций переноса является их повто­ряемость, сопротивление изменениям, стойкость. Существует много факторов, которые играют роль в этом феномене, и много различных тео

ПЕРЕНОС И РЕГРЕССИЯ
Аналитическая ситуация дает пациенту возможность повторить путем регрессии все его прошлые стадии объектных отношений. Феномен переноса является таким ценным, потому что он ярко освещает, помимо об

ПЕРЕНОС И СОПРОТИВЛЕНИЕ
Перенос и сопротивление связаны друг с другом во многих отноше­ниях. Выражение «сопротивление переноса» обычно используется в психоана­литической литературе в качестве краткого обозначения тесных,

Невроз переноса
Фрейд использовал термин «невроз переноса» в двух различных смыслах. С одной стороны, для обозначения группы неврозов, характеризу­ющихся способностью пациента формировать и поддерживать относитель

Рабочее определение
Понятие рабочего альянса давно используется и в психиатрической, и в психоаналитической литературе. Рабочий альянс описывался под разными названиями, но большинство авторов, за исключением Цетцель

ВКЛАД ПАЦИЕНТА
Для того чтобы рабочий альянс имел место, пациент должен обладать способностью формировать особую разновидность объектных отношений. Люди, по своему существу нарциссические, не будут способны сдела

ВКЛАД АНАЛИТИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ
Гринейкр (Greenacre, 1954), Макалпайн (Macalpine, 1950) и Шпиц (Spitz, 1956b) отмечали, как различные элементы аналитического сеттинга и процедур способствуют развитию регрессии и невроза переноса.

ВКЛАД АНАЛИТИКА
Я уже говорил о том, что теоретическая ориентация и личность аналитика влияют на формирование рабочего альянса. Интересно наблюдать, как некоторые аналитики занимают теоретические позиции, которые

Позитивный и негативный перенос
  Хотя Фрейд (1912а) очень рано осознал, что все явления переноса амбивалентны по своей природе, он сохранил прежнее деление переноса на по­зитивный и негативный. НЛмотря на все свои

НЕГАТИВНЫЙ ПЕРЕНОС
Термин «негативный перенос» используется для обозначения чувств переноса, которые основаны на ненависти в любой из ее многочисленных форм, ее предшественников и производных. Негативный перенос може

Реакции переноса с точки зрения объектных отношений
  Другой практический метод классификации отдельных типов переноса может быть основан на рассмотрении их с точки зрения объектных отношений раннего детства, которым он обязан своим пр

Реакции переноса с точки зрения либидинозных фаз
  Иногда полезно описывать реакции переноса в связи с конкретной либидинозной фазой, от которой они произошли (Freud A. , 1936, р. 18—19). Это означает, что мы можем распределить реак

Реакции переноса с точки зрения структуры.
  Иногда лучшим способом описать определенные реакции пациента на ана­литика — описать их со структурной точки зрения; аналитик может стать образом Супер-Эго, Ид или Эго для пациента.

Идентификация как реакция переноса
  Идентификации играют важную и сложную роль в формировании объектных представлений. Ранние идентификации предшествуют объектным отношениям, и существуют идентификации, которые замеща

Сопротивления переноса.
  Сопротивления переноса можно вполне можно было бы обсу­ждать как одну из категорий клинических реакций переноса. Однако эта группа явлений переноса имеет особую клиническую важность

Поиск удовлетворения переноса
Самые простые и наиболее часто встречающиеся источники сопротивления переноса имеют место, когда пациент развивает сильные эмоциональные и инстинктивные побуждения, направленные на аналитика, и стр

Реакции переноса защит
  Другая типичная форма сопротивления переноса наблюдается, когда пациент повторяет и повторно проживает по отношению к аналитику свои защиты против инстинктивного и эмоционального во

Генерализованные реакции переноса
  До сих пор в нашем обсуждении различных типов явлений переноса и сопротивлений переноса мы описывали реакции на аналитика, которые являются производыми переживания, связанного с осо

Отыгрывание реакций переноса
  Фрейд осознавал важность распознавания и анализирования переноса, сопротивлений переноса и в особенности отыгрывания реакций переноса начиная со случая Доры, которую он лечил в 1900

ОТЫГРЫВАНИЕ В АНАЛИТИЧЕСКОМ СЕТТИНГЕ
Самая простая форма отыгрывания реакций переноса имеет место, когда пациент отыгрывает что-то в аналитическом сеттинге. Фрейд приводил пример пациента, который вел себя вызывающе и критически по от

ОТЫГРЫВАНИЕ ВНЕ АНАЛИЗА
Молодая замужняя женщина, будучи в анализе, неожиданно вступила в сексуальную связь. Я был убежден, исходя из клинических данных, что это было отыгрыванием трансферентных чувств: пациентка едва зна

Общие замечания
  Следует заметить, что заголовок этого раздела — «Техника анализирования переноса», а не «Интерпретация переноса или управление переносом». Хотя интерпретация является решающим инстр

Гарантирование переноса
  Концепция гарантирования переноса относится к принципу защиты такого отношения пациента к аналитику, при котором он мог бы развить наибольшее разнообразие и интенсивность реакций пе

ПСИХОАНАЛИТИК КАК ЗЕРКАЛО
Фрейд (1912b) рекомендовал психоаналитику быть как бы зеркалом для пациента. Это было неправильно понято и неправильно истолковано в том смысле, что аналитику следует быть холодным и неотзывчивым п

ПРАВИЛО АБСТИНЕНЦИИ
Фрейд (Freud, 1915a) дал важную рекомендацию о том, что при лечении у пациента следует поддерживать состояние абстиненции. Он говорил очень ясно: «Аналитическое лечение следует проводить, наскол

КОГДА ОН ЯВЛЯЕТСЯ СОПРОТИВЛЕНИЕМ
Из нашего предыдущего обсуждения переноса и сопротивления стало ясно, насколько тесно могут быть переплетены эти два явления. Одни реакции переноса вызывают сопротивления, другие — проявляются как

КОГДА ДОСТИГНУТ ОПТИМАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ ИНТЕНСИВНОСТИ
Другое полезное правило, касающееся вопроса о том, когда мы вме­шиваемся в ситуацию переноса, состоит в следующем. Аналитик будет позволять развиваться ситуации переноса до тех пор, пока она не дос

НЕКОТОРЫЕ ПОПРАВКИ И УТОЧНЕНИЯ
Иногда обращение внимания на малейший признак переноса может быть для пациента значимым переживанием. Это может наблюдаться в случае, когда наряду с какой-либо умеренно сильной реакцией переноса ан

КОГДА НАШЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО БУДЕТ ДОБАВЛЯТЬ НОВЫЙ ИНСАЙТ
До сих пор мы рассматривали два показателя, определяющих, когда мы вмешиваемся в ситуацию переноса: 1) когда работает сопротивление переноса; 2) когда достигнут оптимальный уровень интенсивн

Сильные аффекты
Время для интерпретации переноса наступает тогда, когда реакции переноса содержат самые сильные аффекты по сравнению с остальным материалом пациента. Когда мы слушаем пациента, мы должны решить, ка

Противоречия
Пациентка около года имела сильный позитивный отцовский перенос на меня с эдиповыми и фаллическими чертами. Во время этого периода были засвидетельствованы случаи ее сильной враждебности, ревности

Повторения
На аналитической сессии пациент начинает рассказывать о том, что семейный доктор стал тру дно досягаем, он кажется таким занятым, > у него нет прежнего интереса к пациенту. Затем он переходит к

Сходства
Уступчивый и послушный пациент описывает во время аналитической сессии, как у него испортилось настроение из-за приятеля. Они вместе ехали на машине почти час, и пациент старался вовлечь приятеля в

Символизм
Пациенту снится, что он в книжной лавке смотрит на какие-то старые книги. Он выбирает одну из них в коричневом кожаном переплете, но не может сказать, где ее начало, а где конец. Когда он открывает

Ключевые ассоциации
Иногда наиболее важный ключ к тому, должны ли мы интерпретировать перенос и какой его аспект исследовать, дается какой-то единичной ассоциа­цией. Некоторые ассоциации имеют преимущества перед други

Технические этапы анализирования переноса
  При обсуждении техники работы с явлениями переноса мы рас­смотрели два важных вопроса: почему и когда мы анализируем перенос. Теперь мы перейдем к центральной техничес

ДЕМОНСТРИРОВАНИЕ ПЕРЕНОСА.
Перед тем как приступить к исследованию чувств переноса, необходи­мо, чтобы пациент осознал, что предметом обсуждения является именно его реакция на аналитика. Это может быть очевидно для пациента.

Молчание и терпение
Очень часто пациент спонтанно осознает реакцию переноса, если аналитик подождет, пока увеличится интенсивность чувств переноса. Такое увеличение часто происходит просто в результате того, что пацие

Конфронтация
Если мы подождали достаточно и реакция переноса стала доступной, то есть достаточно очевидной для пациента, и он, как кажется, не имеет ощутимого сопротивления ей, тогда аналитику следует попытатьс

Использование очевидности
Я показываю пациенту источник моей гипотезы только тогда, когда я чувствую, что желательно задействовать его интеллект для убеждения его в том, что он сопротивляется. Затем я должен буду перейти к

Поиски интимных деталей
Наша конечная цель в анализировании реакции переноса пациента — суметь интерпретировать происхождение этой реакции в прошлом пациента. Одним из наиболее плодотворных направлений для нахождения ключ

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ПЕРЕНОСА
Теперь мы переходим к той технической процедуре, которая отличает психоаналитический метод от всех других форм психотерапии. Интерпретация является единственным и имеющим решающее значение инструме

Исследование аффектов, импульсов и установок
Исследование аффектов и импульсов является наиболее плодотворным при раскрытии бессознательных источников реакции переноса. Вопрос, который мы задаем нашим пациентам, может быть сформулирован так:

ПРОРАБОТКА ИНТЕРПРЕТАЦИЙ ПЕРЕНОСА
Клинический опыт учит нас, что никакая отдельная интерпретация, пусть даже она будет абсолютно правильной, не остается эффективной в течение длительного периода времени. Для того чтобы она стала эф

Клинический материал
Теперь я бы хотел представить ряд клинических данных, которые проиллюстрируют интерпретацию и частичную проработку реакции переноса. Это материал трехнедельного периода психоаналитической терапии.

Острые эмоциональные волнения и опасные повторные разыгрывания
  Чувства переноса пациента могут достигнуть такой интенсивности, которая на протяжении некоторого времени будет препятствовать использова­нию пациентом своей способности разделять ра

Сессия в понедельник
  Правильнее было бы назвать этот раздел «Сессия в пятницу и в понедельник» или лучше всего «Реакции пациента на сепарацию от анали­тика из-за уикенда». Для краткости, а также потому,

УИКЕНД КАК ПРАЗДНИК
  Для некоторых пациентов разлучение, вызванное уикендом, явля­ется поводом для празднования: это перерыв, передышка, отдых; оно означает возможность восстановления сил после строгост

УИКЕНД КАК ОСТАВЛЕНИЕ
  Для многих пациентов уикенды или интервалы между аналити­ческими сессиями означают потерю объекта любви. Для них перерыв — это сепарация, отстранение, разобщение, потеря связи или к

УИКЕНД И ФУНКЦИИ ЭГО
  Некоторыми пациентами, находящимися в довольно сильном регрессивном состоянии, отсутствие аналитика может восприниматься как утрата функций Эго. Это в первую очередь относится к пог

ДРУГИЕ КЛИНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ
  Существуют пациенты, которые будут прекращать работать по пят­ницам, руководствуясь формулой «Я покину вас прежде, чем вы меня». Вопрос о том, кто кого покидает, может быть весьма в

ТЕХНИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ
  Одной из технических проблем является восстановление рабочего альянса, с тем чтобы аналитик мог анализировать реакцию пациента на сепа­рацию. Я полагаю, что, когда Фрейд говорил о «

Не поддающиеся анализу реакции переноса
Я уже говорил о том, что наиболее частой причиной тупика в психоанализе являются «не поддающиеся» анализу реакции переноса. Под этим я подразумеваю такое сопротивление переноса, которое ос

З.10.311. Эротизированный перенос
Под таким заголовком я бы хотел описать ту разновидность пациентов, которые на поверхности кажутся типичными психоневротиками, но развивают на ранних стадиях анализа не поддающийся анализу эротичес

Другие типы не поддающихся анализу реакций переноса
Пациенты, описанные выше, не подходили для психоанализа из-за склонности к не поддающимся анализу реакциям переноса, эти случаи можно классифицировать как пограничные состояния, перверсии или латен

Случайные ошибки
Ошибки в технике, которые вызывают появление не поддающихся анализу реакций переноса — это, как правило, неуловимые, давние, повторя­ющиеся и неосознанные изъяны в технике. Грубые ошибки в технике,

Ошибки, связанные с длительным воздействием контрпереноса
Наиболее серьезными при работе с реакциями переноса являются неуловимые, хронические, не осознанные аналитиком ошибки, которые он совершает в течение длительного времени, годами, не замечая их. Они

Другие затяжные ошибки в технике
Контрперенос — не единственный источник серьезных ошибок в технике при работе с реакциями переноса, хотя он обычно является наиболее частой и наиболее трудно определяемой причиной. Отсутствие клини

Обучающиеся кандидаты
  Развитие переноса при анализе обучающихся кандидатов заслу­живает специального рассмотрения, поскольку оно осложняется несколькими факторами. Во-первых, тренинг-аналитик является ре

Проблемы тренинг-анализа
Balint (1948, 1964), Bernfeld (1962), G. Bibring (1954), Ekstein (1955,1960a, 1960b), A.Freud (1950a), Gitelson (1954), Glover (1955), Greenacre (1966a), Grotjahn (1954), Heimann (1954), Kairys (19

Мотивация
  Только тот пациент, который сильно мотивирован, будет способен работать в психоаналитической ситуации упорно и с полной отдачей. Невроти­ческие симптомы или дисгармоничные черты хар

Способности
  По сравнению со всеми современными видами психотерапии психоанализ предъявляет значительно больше самых разных требований к пациенту. И дело не только в том, что психоанализ подверг

Черты личности и характера
  Мотивации и способности пациента, которые позволяют ему работать в анализе, тесно связаны с чертами его личности и характера и зависят от них. Определяя, сможет ли пациент удовлетво

Что в психоанализе -требуется от психоаналитика
  Для того чтобы практиковать терапевтический психоанализ, психоаналитик должен быть способен выполнять определенные технические процедуры по отношению к пациенту и к себе самому, а ч

ПОНИМАНИЕ БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО
Наиболее важным умением, которым должен обладать психоана­литик, является его способность соотносить сознательные мысли, чувства, фантазии, импульсы и поведение с их бессознательными предшественник

СООБЩЕНИЕ ПАЦИЕНТУ
Давайте допустим, что аналитик понял значение материала пациента, использовав эмпатию, интуицию и теоретическое знание. Следующей его задачей будет сообщить это пациенту. Он должен решить, что

СОДЕЙСТВИЕ РАЗВИТИЮ НЕВРОЗА ПЕРЕНОСА И РАБОЧИЙ АЛЬЯНС
Психоаналитическая ситуация требует от аналитика, чтобы он обладал способностью взаимодействовать с пациентом таким образом, чтобы тот развивал как невроз переноса, так и рабочий альянс. Это еще од

Черты личности и характера психоаналитика
  Те умения, которых требует от аналитика психоаналитическая ситуация, приобретаются не только из обучения и опыта, но также зависят от его личности и характера, то есть от его темпер

ЧЕРТЫ, СВЯЗАННЫЕ С ПОНИМАНИЕМ БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО
Постоянно продолжающиеся поиски инсайта и понимания, которые занимают центральное место в психоаналитической терапии, являются производными различных граней личности аналитика. Прежде всего он дол­

ЧЕРТЫ, ИМЕЮЩИЕ ОТНОШЕНИЕ К КОММУНИКАЦИИ С ПАЦИЕНТОМ
Когда аналитик добивается успеха в понимании пациента, он встает перед проблемой, как эффективно сообщить ему инсайт. Способность выбрать подходящее для интерпретации время, проявить такт, оценить

ПЕРЕНОСА И РАБОЧЕГО АЛЬЯНСА
  Как я отмечал ранее, установки и черты характера, которые содейст­вуют развитию невроза переноса, в основе своей являются противоположными тем чертам, которые содействуют рабочем

Аналитическая ситуация
По мере настоящего обсуждения постепенно должно стать ясно, что на са­мом деле невозможно отделить умения аналитика от его личностных черт, причем и то, и другое связано с его мотивациями. Факти

Удовлетворение и фрустрация в аналитическом сеттинге
Glover (1955), Greenacre (1959), Hoffer (1955), Kubie (1950), Menninger(1958), Nacht (1957).   Библиография   AARONS, Z. A. (1962

ТЕХНИКА И ПРАКТИКА ПСИХОАНАЛИЗА
Редактор — О. В. Шапошникова , . Обложка и компьютерная верстка — А. Пожарский Корректор — Е. В. Феоктистова   ИД № 05006 от 07.06.01 С

Хотите получать на электронную почту самые свежие новости?
Education Insider Sample
Подпишитесь на Нашу рассылку
Наша политика приватности обеспечивает 100% безопасность и анонимность Ваших E-Mail
Реклама
Соответствующий теме материал
  • Похожее
  • Популярное
  • Облако тегов
  • Здесь
  • Временно
  • Пусто
Теги