рефераты конспекты курсовые дипломные лекции шпоры

Реферат Курсовая Конспект

МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ ЧТЕНИЯ

МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ ЧТЕНИЯ - раздел Лингвистика, А.А. Чувакин. Основы филологии Сергей Аверинцев. Похвальное Слово Филологии &l...

Сергей Аверинцев. Похвальное слово филологии

<...> Что такое филология и зачем ею занимаются? Слово «филоло­гия» состоит из двух греческих корней. «Филейн» означает «любить». «Логос» означает «слово», но также и «смысл»: смысл, данный в слове и неотделимый от конкретности слова. Филология занимается «смыс­лом» — смыслом человеческого слова и человеческой мысли, смыслом культуры, — но не нагим смыслом, как это делает философия, а смыс­лом, живущим внутри слова и одушевляющим слово. Филология есть искусство понимать сказанное и написанное. Поэтому в область ее непосредственных занятий входят язык и литература. Но в более ши­роком смысле человек «говорит», «высказывается», «окликает» своих товарищей по человечеству каждым своим поступком и жестом. И в этом аспекте — как существо, создающее и использующее «говорящие» символы, — берет человека филология. Таков подход филологии к бы­тию, ее специальный, присущий ей подступ к проблеме человеческого. Она не должна смешивать себя с философией; ее дело — кропотливая, деловитая работа над словом, над текстом. Слово и текст должны быть для настоящей филологии существенней, чем самая блистательная «концепция».

Возвратимся к слову «филология». Поразительно, что в ее име­ни фигурирует корень глагола «филейн» — «любить». Это свойство своего имени филология делит только с философией («любословие» и «любомудрие»). Филология требует от человека, ею занимающего­ся, какой-то особой степени, или особого качества, или особого модуса любви к своему материалу. Понятно, что дело идет о некоей очень не­сентиментальной любви, о некоем подобии того, что Спиноза называл «интеллектуальной любовью». Но разве математикой или физикой можно заниматься без «интеллектуальной любви», очень часто пере­растающей в подлинную, всепоглощающую страсть? Было бы нелепо вообразить, будто математик меньше любит число, чем филолог — сло­во, или, лучше сказать, будто число требует меньшей любви, нежели слово. Не меньшей, но существенно и н о й . Та и н т е л л е к т у а л ь н а я любовь, которой требует — уже самым своим именем! — филология, не выше и


 




не ниже, не сильнее и не слабее той интеллектуальной любви, которой требуют так называемые точные науки, но в чем-то качественно от нее отличается. Чтобы уразуметь, в чем именно, нам нужно поближе при­смотреться уже не к наименованию филологии, а к ней самой. Притом мы должны отграничить ее от ложных ее подобий.

Существуют два, увы, весьма распространенных способа прида­вать филологии по видимости актуальное, животрепещущее, «созвуч­ное современности» обличье. Эти два пути непохожи один на другой. Более того, они противоположны. Но в обоих случаях дело идет, по моему глубокому убеждению, о мнимой актуальности, о мнимой жиз­ненности. Оба пути отдаляют филологию от выполнения ее истинных задач перед жизнью, перед современностью, перед людьми.

Первый путь я позволил бы себе назвать методологическим пани­братством. Строгая интеллектуальная любовь подменяется более или менее сентиментальным и всегда поверхностным «сочувствием», и все наследие мировой культуры становится складом объектов такого со­чувствия. Так легко извлечь из контекста исторических связей отдель­ное слово, отдельное изречение, отдельный человеческий «жест» и с торжеством продемонстрировать публике: смотрите, как нам это близ­ко, как нам это «созвучно»! Все мы писали в школе сочинения: «Чем нам близок и дорог...»; так вот, важно понять, что для подлинной фило­логии любой человеческий материал «дорог» — в смысле интеллекту­альной любви — и никакой человеческий материал не «близок» — в смысле панибратской «короткости», в смысле потери временной дис­танции.

Освоить духовный мир чужой эпохи филология может лишь по­сле того, как она честно примет к сведению отдаленность этого мира, его внутренние законы, его бытие внутри самого себя. Слов нет, всег­да легко «приблизить» любую старину к современному восприятию, если принять предпосылку, будто во все времена «гуманистические» мыслители имели в принципе одинаковое понимание всех кардиналь­ных вопросов жизни и только иногда, к несчастью, «отдавали дань времени», того-то «недопоняли» и того-то «недоучли», чем, впрочем, можно великодушно пренебречь... Но это ложная предпосылка. Ког­да современность познает иную, минувшую эпоху, она должна осте­регаться Проецировать на исторический материал себя самое, чтобы


не превратить в собственном доме окна в зеркала, возвращающие ей снова ее собственный, уже знакомый облик. Долг филологии состоит в конечном счете в том, чтобы помочь современности п о з н а т ь с е б я и оказаться на уровне своих с о б с т в е н н ы х задач; но с самопознанием дело обстоит не так просто даже в жизни отдель­ного человека. Каждый из нас не сможет найти себя, если он будет ис­кать себя и только себя в каждом из своих собеседников и сотоварищей по жизни, если он превратит свое бытие в монолог. Для того, чтобы найти себя в нравственном смысле этого слова, нужно преодолеть себя. Чтобы найти себя в интеллектуальном смысле слова, то есть по­знать себя, нужно суметь забыть себя и в самом глубоком, самом серьезном смысле «присматриваться» и «прислушиваться» к другим, отрешаясь от всех готовых представлений о каждом из них и проявляя честную волю к непредвзятому пониманию. Иного пути к себе нет. Как сказал философ Генрих Якоби, «без «ты» невозможно «я» (сравни за­мечание в Марксовом «Капитале» о «человеке Петре», который спо­собен познать свою человеческую сущность лишь через вглядывание в «человека Павла»). Но так же точно и эпоха сможет обрести полную ясность в осмыслении собственных задач лишь тогда, когда она не бу­дет искать эти ситуации и эти задачи в минувших эпохах, но осознает на фоне всего, что не она, свою неповторимость. В этом ей должна по­мочь история, дело которой состоит в том, чтобы выяснять, «как оно, собственно, было» (выражение немецкого историка Ранке). В этом ей должна помочь филология, вникающая в чужое слово, в чужую мысль, силящаяся понять эту мысль так, как она была впервые «помыслена» (это никогда невозможно осуществить до конца, но стремиться нужно к этому и только к этому). Непредвзятость — совесть филологии.

Люди, стоящие от филологии далеко, склонны усматривать «ро­мантику» труда филолога в эмоциональной стороне дела («Ах, он про­сто влюблен в свою античность!..»). Верно то, что филолог должен любить свой материал — мы видели, что об этом требовании свиде­тельствует само имя филологии. Верно то, что перед лицом великих духовных достижений прошлого восхищение — более по-человечески достойная реакция, чем прокурорское умничанье по поводу того, чего «не сумели учесть» несчастные старики. Но не всякая любовь годится как эмоциональная основа для филологической работы. Каждый из нас знает, что и в жизни не всякое сильное и искреннее чувство мо-25


жет стать основой для подлинного взаимопонимания в браке или в дружбе. Годится только такая любовь, которая включает в себя по-с т о я н н у ю , неутомимую волю к пониманию, подтверждающую себя в каждой из возможных конкретных ситуаций. Любовь как ответствен­ная воля к пониманию чужого — это и есть та любовь, которой требует этика филологии.

Поэтому путь приближения истории литературы к актуальной ли­тературной критике, путь нарочитой «актуализации» материала, путь нескромно-субъективного «вчувствования» не поможет, а помешает филологии исполнить ее задачу перед современностью. При подходе к культурам прошедшего мы должны бояться соблазна ложной понятно­сти. Чтобы по-настоящему ощутить предмет, надо на него натолкнуть­ся и ощутить его сопротивление. Когда процесс понимания идет слиш­ком беспрепятственно, как лошадь, которая порвала соединявшие ее с телегой постромки, есть все основания не доверять такому пониманию. Всякий из нас по жизненному опыту знает, что человек, слишком легко готовый «вчувствоваться» в наше существование, — плохой собесед­ник. Тем более опасно это для науки. Как часто мы встречаем «интер­претаторов», которые умеют слушать только самих себя, для которых их «концепции» важнее того, что они интерпретируют! Между тем стоит вспомнить, что само слово «интерпретатор» по своему изначаль­ному смыслу обозначает «толмача», то есть перелагателя в некотором диалоге, изъяснителя, который обязан в каждое мгновение своей изъ­ясняющей речи продолжать неукоснительно прислушиваться к речи изъясняемой.

Но наряду с соблазном субъективизма существует и другой, проти­воположный соблазн, другой ложный путь. Как и первый, он связан с потребностью представить филологию в обличье современности. Как известно, наше время постоянно ассоциируется с успехами техниче­ского разума. Сентенция Слуцкого о посрамленных лириках и торже­ствующих ф и з и к а х — едва ли не самое з а т а с к а н н о е из ходовых словечек последнего десятилетия. Герой эпохи — это инженер и физик, который вычисляет, который проектирует, который «строит модели». Идеал эпохи — точность математической формулы. Это приводит к мысли, что филология и прочая «гуманитария» сможет стать современной лишь при условии, что она примет формы мысли, характерные для точ­ных наук. Филолог тоже обязывается вычислять и строить модели. Эта


тенденция выявляется в наше время на самых различных уровнях — от серьезных, почти героических усилий преобразовать глубинный строй йауки до маскарадной игры в математические обороты. Я хотел бы, чтобы мои сомнения в истинности этой тенденции были правильно п о -няты. Я менее всего намерен отрицать заслуги школы, обозначаемой обычно как «структурализм», в выработке методов, безусловно оправ­дывающих себя в приложении к определенным уровням филологиче­ского материала. Мне и в голову не придет дикая мысль высмеивать стиховеда, ставящего на место дилетантской приблизительности в описании стиха точную статистику. Поверять алгеброй гармонию — не выдумка человеконенавистников из компании Сальери, а закон науки. Но свести гармонию к алгебре нельзя. Точные методы — в том смысле слова «точность», в котором математику именуют «точной наукой», — возможны, строго говоря, лишь в тех вспомогательных дисциплинах филологии, которые не являются для нее специфичными. Филология, как мне представляется, никогда не станет «точной наукой»: в этом ее слабость, которая не может быть раз и навсегда устранена хитрым ме­тодологическим изобретением, но которую приходится вновь и вновь перебарывать напряжением научной воли; в этом же ее сила и гор­дость. В наше время часто приходится слышать споры, в которых одни требуют от филологии объективности точных наук, а другие говорят о ее «праве на субъективность». Мне кажется, что обе стороны неправы. Филолог ни в коем случае не имеет «права на субъективность», то есть права на любование своей субъективностью, на культивирование субъективности. Но он не может оградиться от произвола надежной сте­ной точных методов, ему приходится встречать эту опасность лицом к лицу и преодолевать ее. Дело в том, что каждый факт истории человече­ского духа есть не только такой же факт, как любой факт «естественной истории», со всеми правами и свойствами факта, но одновременно это есть некое обращение к нам, молчаливое окликание, вопрос. Поэт или мыслитель прошедшего знают (вспомним слова Баратынского):

И как нашел я друга в поколеньи, Читателя найду в потомстве я.

Мы — эти читатели, вступающие с автором в общение, анало­г и ч н о е (хотя никоим образом не подобное) общению между совре­менниками («...И как нашел я друга в поколеньи»). Изучая слово поэта


и мысль мыслителя прошедшей эпохи, мы разбираем, рассматриваем, расчленяем это слово и эту мысль, как объект анализа; но одновремен­но мы позволяем помыслившему эту мысль и сказавшему это слово апеллировать к нам и быть не только объектом, но и партнером нашей умственной работы. Предмет филологии составлен не из вещей, а из слов, знаков, из символов; но если вещь только позволяет, чтобы на нее смотрели, символ и сам, в свою очередь, «смотрит» на нас. Великий немецкий поэт Рильке так обращается к посетителю музея, рассматри­вающему античный торс Аполлона: «Здесь нет ни единого места, к о -г о р о е бы т е б я не в и д е л о . — Ты должен изменить свою жизнь» (речь в стихотворении идет о безголовом и, стало быть, безглазом тор­се: это углубляет метафору, лишая ее поверхностной наглядности).

Поэтому филология есть «строгая» наука, но не «точная» наука. Ее строгость состоит не в искусственной точности математизиро­ванного мыслительного аппарата, но в постоянном нравственно-интеллектуальном усилии, преодолевающем произвол и высвобожда­ющем возможности ч е л о в е ч е с к о г о понимания. Одна из главных задач человека на земле — понять другого человека, не превращая его мыслью ни в поддающуюся «исчислению» вещь, ни в отражение соб­ственных эмоций. Эта задача стоит перед каждым отдельным чело­веком, но и перед всей эпохой, перед всем человечеством. Чем выше будет строгость науки филологии, тем вернее сможет она помочь вы­полнению этой задачи. Филология есть служба понимания.

Вот почему ею стоит заниматься. <...>

Цит. по: Юность. 1969. № 1. С. 99—101.

Д.С. Лихачев. Об искусстве слова и филологии

<...> Сейчас время от времени вопрос о необходимости «возвраще­ния к филологии» поднимается вновь и вновь.

Существует ходячее представление о том, что науки, развиваясь, дифференцируются. Кажется поэтому, что разделение филологии на ряд наук, из которых главнейшие лингвистика и литературоведение,-дело неизбежное и, в сущности, хорошее. Это глубокое заблуждение.

Количество наук действительно возрастает, но появление новых идет не только за счет их дифференциации и «специализации», но и


за счет возникновения связующих дисциплин. Сливаются физика и химия, образуя ряд промежуточных дисциплин, с соседними и несо­седними науками вступает в связь математика, происходит «матема­тизация» многих наук. И замечательно продвижение наших знаний о мире происходит именно в промежутках между «традиционными» науками.

Роль филологии именно связующая, а потому и особенно важ­ная. Она связывает историческое источниковедение с языкознани­ем и литературоведением. Она придает широкий аспект изучению истории текста. Она соединяет литературоведение и языкознание в области изучения стиля произведения — наиболее сложной области литературоведения. По самой своей сути филология антиформали-стична, ибо учит правильно понимать смысл текста, будь то исто­рический источник или художественный памятник. Она требует глубоких знаний не только по истории языков, но и знания реалий той или иной эпохи, эстетических представлений своего времени, истории идей и т.д.

Приведу примеры того, как важно филологическое понимание значения слов. Новое значение возникает из сочетания слов, а иногда и из их простого повторения. Вот несколько строк из стихотворения «В гостях» хорошего советского поэта, и притом простого, доступно­го, — Н. Рубцова.

И все торчит

В дверях торчит сосед,

Торчат за ним разбуженные тетки,

Торчат слова,

Торчит бутылка водки,

Торчит в окне бессмысленный рассвет!

Опять стекло оконное в дожде,

Опять туманом тянет и ознобом.

Если бы не было в этой строфе двух последних строк, то и повто­рения «торчит», «торчат» не были полны смысла. Но объяснить эту магию слов может только филолог.

Дело в том, что литература — это не только искусство слова — это искусство преодоления слова, приобретения словом особой «легкости»


от того, в какие сочетания входят слова. Над всеми смыслами отдель­ных слов в тексте, над текстом витает еще некий сверхсмысл, который и превращает текст из простой знаковой системы в систему художе­ственную. Сочетания слов, а только они рождают в тексте ассоциации, выявляют в слове необходимые оттенки смысла, создают эмоцио­нальность текста. Подобно тому как в танце преодолевается тяжесть человеческого тела, в живописи преодолевается однозначность цвета благодаря сочетаниям цветов, в скульптуре преодолевается косность камня, бронзы, дерева,- так и в литературе преодолеваются обычные словарные значения слова. Слово в сочетаниях приобретает такие от­тенки, которых не найдешь в самых лучших исторических словарях русского языка.

Поэзия и хорошая проза ассоциативны по своей природе. И фило­логия толкует не только значения слов, а и художественное значение всего текста. Совершенно ясно, что нельзя заниматься литературой, не будучи хоть немного лингвистом, нельзя быть текстологом, не вдава­ясь в потаенный смысл текста, всего текста, а не только отдельных слов текста.

Слова в поэзии означают больше, чем они называют, «знаками» чего они являются. Эти слова всегда наличествуют в поэзии — тогда ли, когда они входят в метафору, в символ или сами ими являются, тогда ли, когда они связаны с реалиями, требующими от читателей не­которых знаний, тогда ли, когда они сопряжены с историческими ас­социациями.

<...>

Поэтому не должно представлять себе, что филология связана по преимуществу с лингвистическим пониманием текста. Пони­мание текста есть понимание всей стоящей за текстом жизни сво­ей эпохи. Поэтому филология есть связь всех связей. Она нужна текстологам, источниковедам, историкам литературы и историкам науки, она нужна историкам искусства, ибо в основе каждого из ис­кусств, в самых его «глубинных глубинах» лежат слово и связь слов. Она нужна всем, кто пользуется языком, словом; слово связано с любыми формами бытия, с любым познанием бытия: слово, а еще точнее, сочетания слов. Отсюда ясно, что филология лежит в основе не только науки, но и всей человеческой культуры. Знание и творче-


ство оформляются через слово, и через преодоление косности слова рождается культура. <...>

Цит. по: Лихачев Д.С. О филологии. М.: Высш. шк., 1989. [Электронныйресурс]. ЦШ: ЬПр: / / имм.дитег.тГо / ЫЬНо(ек_

– Конец работы –

Эта тема принадлежит разделу:

А.А. Чувакин. Основы филологии

Филология слово практическая деятельность знание область науки возникновение филологии как деятельности и как.. я проспал тот миг когда она проходила мимо моего.. дома..

Если Вам нужно дополнительный материал на эту тему, или Вы не нашли то, что искали, рекомендуем воспользоваться поиском по нашей базе работ: МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ ЧТЕНИЯ

Что будем делать с полученным материалом:

Если этот материал оказался полезным ля Вас, Вы можете сохранить его на свою страничку в социальных сетях:

Все темы данного раздела:

А.А. Чувакин ОСНОВЫ ФИЛОЛОГИИ
Учебное пособие Под редакцией А.И. Куляпина Рекомендовано УМО по классическому университетскому образованию для студентов высших учебных заведений

И как знания
Филология существует более двух с половиной тысячелетий. В ц е н т р е ее и н т е р е с о в не с л у ч а й н о всегда с т о я л о с л о в о. «Я сло­вом все могу!» — утверждал русский писатель М. Пр

Что такое современная филология?
Чтобы получить ответ на поставленный вопрос, оттолкнем­ся от определения филологии, сформулированного на рубеже 1960—1970-х годов С.С. Аверинцевым. С некоторыми вариаци­ями оно публиковалось в «Бол

Образования. Цели и задачи курса
«Основы филологии» Вместе с философией, историей, искусствоведением, культу­рологией, педагогикой, психологией и другими науками фило­логия образует область гуманитарных н

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ
• Первые филологические профессии. Объясните причины их возникновения. » В каком отношении к первым филологическим профессиям на­ходится профессия учителя риторики? • Что тако

Русской культуры
<...> 3. Эволюция концепта 'Слово' была теснейшим образом связана со становлением цикла наук о с л о в е (конечно, называть их «нау­ками» можно лишь с большой долей условности). Поск

Комплексное знание
(V—IV вв. до н.э. — середина XIX в. н.э.) До середины XIX в. филология сохраняет статус практиче­ски ориентированного знания и деятельности и имеет комплекс-ныйхарактер

Рубежное значение трудов Ф.А. Вольфа и его современников для филологии
Важным рубежом в развитии филологии стали труды ряда немецких ученых конца XVIII - середины XIX в.: Ф. А. Вольфа, А. Бёка, Ф. Шлейермахера и др. Дело в том, что Германия с сере­дины XVIII в. искала

Середина XIX - середина XX в.
В середине XIX - середине XX в. в филологии активно раз­виваются процессы специализации знаний. Разные предметные области, входившие в состав комплексного филологического знания, превратились в осн

Современная, или «новейшая филология»: человек как центр филологии
В середине XX в. в развитии науки произошли серьезные изменения. После Второй мировой войны (1939-1945) в мире растет понимание ценности человеческой жизни, возможности существования разных предста

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ
Назовите задачи, объединяющие классическую, библейскую и восточную филологию в период их возникновения и первона­чального развития. Какие задачи различают эти три направле­ния филологии? Н

М.М. Бахтин. Проблемы творчества Достоевского
Глава V СЛОВО У ДОСТОЕВСКОГО 1. ТИПЫ ПРОЗАИЧЕСКОГО СЛОВА. СЛОВО У ДОСТОЕВСКОГО <...> мы имеем в виду слово, то есть язык в его конкретной и жи­вой целокупности, а не язык ка

А.К. Михальская. Основы риторики. Определение современной риторики
<...> § 14. Теперь у нас есть некоторые основания для того, чтобы попытаться найти определение с о в р е м е н н о й р и т о р и к и . Риторика — это т е о р и я и мастерство целесо­

М.Ю. Сидорова. Лингвистическая уникальность и лингвистическая банальность русского Интернета
<...> Никто не приходит в Интернет в двухмесячном возрасте и не погружается в виртуальный мир настолько, чтобы полностью утратить нужду в мире реальном и контакт с этим окружающим миром (речь

II. «Сосна» Лермонтова в сравнении с ее немецким
прототипом / 2 / Целью и этого опыта толкования стихотворений является показ тех лингвистических средств, посредством которых выражается идей­ное и связанное с ним эмоцион

Почему естественный язык является объектом современной филологии?
Естественный человеческий язык всегда был в центре вни­мания филологии. В XX в. он признается объектом филологии. Характерна позиция Ф. де Соссюра (1857-1913) - одного из величайших лингви

Естественный язык как объект современной филологии
«Мы существуем... в языке и при языке», — пишет герману ский философ XX в. М. Хайдеггер (1889-1976). Именно поэт-му язык — одно из наиболее сложных и трудно определяемых науке явлений. Для

Естественный язык и другие знаковые системы
Язык является одной из знаковых систем, но систем особого рода. Считается, что я з ы к — это универсальная з н а к о в а я система: посредством языка можно выразить в принципе любое содержа­

Аспекты изучения языка в филологических науках
Вновь вернемся к приведенному в разделе 3.1 суждению Ф. де Соссюра, согласно которому признание языка одним из объектов филологии предполагает, что в филологии и в лингви­стике различаются и понима

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ
Почему естественный язык является объектом современной филологии? Одинаково ли отношение языка к литературе и сетературе? Ответ аргументируйте. (Понятие литературы можно заимство­вать из у

Филологии?
Текст всегда признавался объектом филологии.Филоло­гия и возникла в связи с необходимостью прочитать, понять и сохранить древние тексты. Во времена возникновения филоло­гии древним

Современной филологии
Что такое текст? Ответ на этот вопрос кажется простым: каждому из говорящих (пишущих) интуитивно ясно, что есть текст. Тем более что и современная школа предлагает учащимся ответ на поставленный во

Текст в мире текстов
Тексты существуют не поодиночке, а во взаимодействии друг с другом, образуя мир текстов — отдельную область реально­сти, заполненную текстами. В основе взаимодействия текстов лежат диалоги

Аспекты изучения текста в филологических науках
В филологических науках текст изучается и как объект фи­лологии, и отдельно каждой из филологических наук. Изучая текст как объект, филология рассматривает в нем то общее, что значимо для

У. Эко. Поэтика открытого произведения
Это необходимо подчеркнуть, потому что, когда речь идет о произ­ведении искусства, наше западное эстетическое сознание требует, ч т о -бы под «произведением» понималось нечто, созданное определенно

Почему Ь о т о ^ и е п з является объектом современной филологии?
Термин кото Ьдиепз входит в терминологический ряд, от­крываемый кото заргет 'человек разумный': кото /аЬег 'чело­век — создатель орудий труда'

Понятие Ьото ^ и е п » как объекта современной филологии
В филологических науках человек выступает как субъект и Как объект. Человек как субъект филологии — это, во-первых, филолог-Исследователь и, во-вторых, «потребитель»

Понятие творческой личности покрывает творческуюлич­ность автораи творческую личность читателя.
Автор и читатель являются создателями художественной реальности. Различие между ними состоит «только» в том, что один из них, автор, создает реальность оригинальную (от. лат. ощтаИ$ — первон

Аспекты изучения Ьото ^иепз в филологических науках
В современной филологии еще не сложилась общефилоло­гическая научная дисциплина, предметом изучения которой является Ьото Ьциепз как объект филологии. (Ср.: например, текст как объект филологии изу

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ
Дайте определение термина Ьото Ьяиепз. Истолкуйте суждение В. фон Гумбольдта: «Язык - это мир лежащий между миром внешних явлений и внутренним мир0м человека». Какое значение оно

Т.А. ван Дейк. Структура дискурса и сообщения-новости
ДИСКУРС КАК КОММУНИКАТИВНОЕ СОБЫТИЕ Ся Выше указывалось, что дискурс, в широком смысле слова, являет-сложным единством языковой формы, з

О. Розеншток-Хюсси. Право человека говорить
1. ГОВОРЯТ ВСЕ <...> В лингвистике недостаточно иметь теорию о языке. Ведя разго­вор о разговоре, держа речь о речи и письменно изъясняясь о письме, я нахожусь в

Филологическое научное исследование: логика процесса исследованя
Важнейшими аспектами рассмотрения научного иссле­дования является внутренняя логика процесса исследования (движение мысли исследователя в направлении проблема - ги­потеза — результат исследовани

Их задачи
Научное исследование как деятельность исследователя, целью которой является получение нового теоретического результата, представляет собой ряд взаимосвязанных действий — от выбора темы до введения

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ
Приведите определения основных понятий научного исследо­вания. Свои рассуждения проиллюстрируйте. Назовите основные общенаучные методы научного исследова­ния. В чем значимость каждого

МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ ЧТЕНИЯ В.И. Карасик. Языковой круг: личность, концепты, дискурс
НАУЧНЫЙ ДИСКУРС Научный дискурс традиционно привлекает к себе внимание линг­вистов." Участниками научного дискурса являются исследователи как представители научной общественности, при

У. Эко. Как написать дипломную работу. Гуманитарные науки
О НАУЧНОМ СМИРЕНИИ Не пугайтесь названия этого раздела. Я не имею в виду ваш м о -ральный облик. Я имею в виду ваш подход к источникам и к их кон­спектированию. Вы видели на приме

Пояснительная записка
Федеральным государственным образовательным стандартом по направлению подготовки 032700 — Филология (бакалаври­ат) введена новая учебная дисциплина — «Основы филологии». «Основы филологии» является

Текст как объект современной филологии
Текст как традиционный объект филологии. Общефилоло­гическая значимость текста на современном этапе развития фи­лологии. Многообразие современных текстов. Фактура текста: тексты устные, письменные,

Ното ^ и е п » как объект современной филологии
Внимание к человеку говорящему на разных этапах развития филологии. Роль антропологического поворота в гуманитарных науках, изменения статуса речевой коммуникации, повышения коммун

Методология филологии
Методология филологии как учение об основаниях и спосо­бах действования с ее объектами. Филология как научный принцип (С.С. Аверинцев). Фило­логический подход к исследованию, его сущность.

Хотите получать на электронную почту самые свежие новости?
Education Insider Sample
Подпишитесь на Нашу рассылку
Наша политика приватности обеспечивает 100% безопасность и анонимность Ваших E-Mail
Реклама
Соответствующий теме материал
  • Похожее
  • Популярное
  • Облако тегов
  • Здесь
  • Временно
  • Пусто
Теги