рефераты конспекты курсовые дипломные лекции шпоры

Реферат Курсовая Конспект

Женева: преподавание и исследования

Женева: преподавание и исследования - раздел Лингвистика, Фердинанд де Соссюр: Курс общей лингвистики В Женеве Соссюр Начинает Свои Занятия С Начала Семестра Зимой 1891 Г. (S. ...

В Женеве Соссюр начинает свои занятия с начала семестра зимой 1891 г. (S. М. 24 и Muret II F. d. S. 44 et 47). С 1891 по 1896 г. он был внештатным преподавателем, затем был включен в штат как преподаватель санскрита и индоевропейских языков (де Крю и Фавр в Ф. д. С. 17 и 31). К его педагогическим задачам прибавляются задачи директора библиотеки факультета филологии и социальных наук, и он выполняет эту работу, «день за днем руководя приобретением книг и их классификацией» (De Сгие II Е d. S. 18). Начиная с летнего семестра 1899 г. по зимний семестр 1908 г. каждый год он читает лекцию по

 

БИОГРАФИЧЕСКИЕ И КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ О Ф. ДЕ СОССЮРЕ

фонологии современного французского языка, а начиная с 1900 г.—также лекцию по французскому стихосложению («Изучение его законов начиная с XVI века до наших дней»), обе они организованы в рамках семинара по современному французскому языку (S. М. 13 и 26). В течение летнего семестра 1904 г. он заменяет Эмиля Редара на кафедре немецкого языка и литературы и читает лекцию о «Песне о Нибелунгах»; начиная с 1907 г. он также преподает общую лингвистику (см. ниже).

В течение 21 года, до самой своей смерти, Соссюр каждый год проводит полный курс санскрита. Он сам с большой тщательностью готовит упражнения для студентов, которые отправляют их к нему домой, так что к следующему занятию они уже исправлены:

Нет ничего менее банального, чем его оценка наших работ. Если он замечал, что удалось избежать какой-либо специальной трудности, он рассыпался в похвалах, несмотря на множество ошибок. Но случалось и наоборот, некоторые ошибки могли вывести его из себя. Однажды, сказав мне (что случалось весьма редко), что на всей странице я сделал лишь одну ошибку, он объявил мне с печальным видом, что тем не менее ставит мне ноль, потому что я спутал краткое аса долгим в случае, когда это было недопустимо (Duchosal 1950. Посещал лекции в 1896-1898 гг.).

Тем авторитетом, который он завоевал у нас сразу, этот учитель заставил нас соблюдать интеллектуальную дисциплину, которой мы (я имею в виду себя) совершенно не знали. Я вспоминаю, как однажды он мне вернул небольшую работу по санскриту (надо сказать, что он брал на себя труд давать нам упражнения и исправлять их), в которой я спутал немалое число долгих аса краткими и множество раз забыл поставить точку над ί и под п. Он написал на ней следующее замечание:

«Я должен предостеречь вас уже сейчас от приблизительного санскрита (Sechehaye//F. d. S. 64).

С. Карцевский, посещавший лекции Соссюра по санскриту в 1911-1912 гг., представил 40 страниц этих упражнений, составленных рукой Соссюра (S. М. 26, прим. 13).

Помимо санскрита и уже названных лекций по французской фонологии и стихосложению, Соссюр сосредотачивает свое преподавание в основном на латинском и греческом языках и, в меньшей степени, особенно в первые годы, на германских языках 8. По причинам, прежде всего педагогическим,

8В начале каждого курса Соссюр с некоторым педагогическим оптимизмом предупреждал учеников, что он считает, что они уже знают латинский, греческий, английский, французский, немецкий, итальянский язык, «что часто, как об этом можно догадаться, тут же сбивало их с толку» (Duchosal 1950). Темы курсов были следующие (в скобках указан источник или имя студента, чьи записи сохранились в общественной Библиотеке Женевы: SM 16-17): 1891-92 гг. — история индоевропейских языков (SM 24,30); 1892-93 гг. — фонетика греческого и латинского языка; история индоевропейского гаагола (SM24); 1893—94 гг. — изучение греческой и латинской этимологии (Бал-ли); греческий глагол (SM 24); 1894—95 гг. — изучение выбора древнегреческих написаний; изучение греческого склонения (Балли; SM 25); 1895-1896 гг.—греческие диалекты и древнегреческие написания; этимологические и грамматические исследования творчества Гомера; персидские надписи ахеменидских королей (Балли);

1896-1897 гг.— лекции по лексике Гесихия с изучением форм, важных для грамматики и диалектологии (Балли); 1897—1898 гг. — грамматика готского языка (Балли, Дюшо-заль); 1898—1899 гг. — древненемецкий язык (Балли); сравнительная грамматика греческого и латинского языков (Балли, П. Бове); 1899-1900 гг. — англосаксонские языки (Балли); 1900-1901 гг. — изучение диалекта Гомера и основных вопросов, связанных с ним (Балли, Бове); 1901-1902 гг.—литовский язык (Балли); 1902-1903 гг.—географическая лингвистика Европы (древняя и современная), с введением, посвященным объектам географической лингвистики; 1903—1904 гг.—греческая диалектология;

 

Соссюр отказался от более узких тем, над которыми он работал в Париже перед аудиторией, имевшей более высокий уровень. Лишь с 1897 г., когда в Женеве начинает создаваться группа преданных ему учеников высокого уровня, курсы становятся более специальными, разнообразными. В 1897 г. Балли просит Соссюра прочесть курс готского языка, а четырьмя годами позже он просит его прочесть курс литовского языка (Duchosal 1950; S.M. 26). Учеников немного (Gautier 1916): среди самых преданных—Балли, посещавший лекции с 1893 по 1906 г. (S.M. 16); в течение целого года единственным учеником, изучавшим санскрит, был Дюшозаль; первый курс готского языка посещали кроме Балли Тожетти и Дюшозаль; другие преданные ученики — А. Сеше, посещавший лекции с 1891 по 1893 г., и В. Тожетти, посещавший первый курс и затем курс готского языка (Sechehaye II F. d. S. 61). В последние годы лекции регулярно посещали также Л. Готье, А. Ридлингер, П. Ф. Регар. Редкие сохранившиеся записи (обычно Соссюр рвал записи, приготовленные для лекций) показывают, с какой тщательностью и скрупулезностью он относился к своему преподаванию в Женеве (S. М. 26), несмотря на очевидное начальное различие «между аудиторией Парижа и аудиторией Женевы»:

Но это не приводило его в уныние. С мелом в руке с момента своего появления, всегда на ногах, никогда не пользуясь записями, он исписывал огромное пространство доски разнообразными словами, удивительными схемами и, не останавливаясь, не оборачиваясь, иногда устремив взгляд в небо через высокое окно, давал пояснения тихим монотонным голосом. Следовать и поспевать за ним не всегда было легко... (Duchosal 1950).

Как и парижские ученики, женевцы поражены ясностью изложения, которая представляется им методологически значимой:

Объяснить ваш способ изложения невозможно, потому что это уникальная вещь: это научное, воображение, самое плодотворное, о котором только можно мечтать, из которого вырастают как трава творческие идеи; это метод, одновременно гибкий и строгий... это... удивительная ясность видения... (Bally 1908 II F. d. S. 32-33; см. также Bally 1913; Sechehaye II F. d. S. 62-63; S.M. 26-27).

Если не считать университетской нагрузки, выполняемой с таким рвением, жизнь, казалось бы, текла спокойно: Соссюр женится на Мари Фэш, происходящей из древней женевской семьи, от этого брака рождаются Рай-мон и Жак. Зимой он большей частью живет в городе, в доме на Тертасс, летом — в Маланьи, близ Версуа, летней резиденции его детства, затем, сначала спорадически, но с 1903 г. более регулярно, — в Крё де Жантод (David II Е d. S. 36 и Lettres 94,98,99, а также письмо от 26 февраля 1903 г.). С 1907 г. на некоторых письмах стоит «Вуфланс сюр Морж» (Lettres 107), где у семьи Фэш был роскошный загородный замок, одна из главных башен которого согласно легенде принадлежала королеве Берте. Путешествия, о которых

1904-1905 гг.; древнескандинавский язык (Балли); 1905 г. — историческая грамматика английского и немецкого языка (зимой Соссюр был в Неаполе и Риме); 1906-1907 гг. — историческая грамматика немецкого языка; 1907-1908 гг. — историческая грамматика греческого и латинского языков (Ридлингер); 1908-1909 гг.—историческая грамматика греческого и латинского языков (с более углубленным изучением латинского языка); готский и древнесаксонский языки, изученные в качестве введения в грамматику германских языков (А. Ридлингер, Л. Готье); 1910-1911 гг. —древнегер-манский язык, введение в историческую грамматику немецкого и английского языков (Ридлингер, Дегалье, г-жа П. Лофе-Готье); 1911-1912 гг. — готский язык (Ридлингер);

греческая и латинская этимология: семьи слов и способы деривации (Briitsch).

 

БИОГРАФИЧЕСКИЕ И КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ О Ф. ДЕ СОССЮРЕ

сохранились какие-либо следы, редки: во Францию и в Париж в 1893 г. (Let-tres 93); в Италию, где он живет со своей женой в декабре 1905 г. в Неаполе и с января 1906 г. в Риме, в гостинице Pincio de la via Grigoriana (Lettres ] 05-106); вновь в Париж, в сопровождении жены и свояченицы, в 1909 г. (Lettres 120-121); в Англию и в Париж в 1911 г. (письмо, адресованное Мейе от 11 октября 1911 г.). После конгресса ориенталистов в 1894 г. (см. далее) он редко контактирует с внешним миром, в основном посредством нерегулярной переписки. Соссюр сам шутит о своей эпистолофобии (Lettres 93), пример тому находим в письме, адресованном Мейе, от 27 ноября 1900 г.:

«Я начал писать вам письмо, но так его и не отправил. Я скоро это сделаю», этим «скоро» будет 28 октября 1902 г., дата следующего письма. Помимо Мейе (письма, полученные им от Соссюра, были изданы Бенвенистом в 1963 г.), среди его корреспондентов был также Штрайтберг, попросивший у него в'1903 г. информацию относительно происхождения Memoire. Из этого родятся Souvenirs (см. выше прим. 1) которые, впрочем, Штрайтберг получил не от Соссюра, а от г-жи де Соссюр, уже после его смерти (Streitberg 1914. 203, note 1).

В женевский период публикации также становятся реже и научная активность уменьшается. Он проводит некоторую работу в 1894г. по подготовке Χ конгресса ориенталистов, состоявшегося в Женеве в сентябре, в ходе которого Соссюр 8-го сентября делает доклад относительно ударения в литовском языке (письмо, адресованное Мейе от 4 января 1894 г. // Lettres 94, 95; Meillet W3=F.d. S. 79,81-82; BaltyllF.d. S. 55; Rec. 603-604). «Начиная с этой даты периоды от одной до другой публикации все более увеличиваются...» (Meillet 1913).Лишьв1897г. вновь публикуется краткая заметка (in: I. F. 1897. 7.216 = Rec. 539-541), рецензия на работу И. Шмидта Kritik der Sonantentheorie. Eine sprachwissenschaftliche Untersuchung (Weimer, 1895). В 1898г. он публикует две фригийские работы в Chantre Е. Mission en Cappados (Paris, 1898.165 et sv. = Rec. 542-575). В 1897-1898 гг. появляются стенограммы трех лекций по теории слога, прочитанные в ходе летнего курса и записанные Балли, но поскольку разрешение Соссюра не получено, они не были опубликованы (Bally II Е а. S. 56 и см. К. О. Л. 44). Он делает три доклада Обществу истории и археологии, членом которого является с 14 февраля 1892 г. (Favre II F. d. S. 33):

28 марта 1901 г. — о названии Орон римской эпохи (in: Journal de Geneve. 7 апреля 1901 г. == Rec. 604-605; изданный с примечаниями Л. Гоша в «Indicateur d'histoire suisse», 1920.286-298); 29 января 1903 г. — о топонимах Jowc и Jura (фр. Юра) (о которых он дает разъяснения Ж. Лоту, см.: Revue celtique. 1907. 28.340 = Rec. 607), Genthod и т. д. (Origines de quelques noms de lieux de la region genevoise II Bull. de la Soc. d'hist. et d'areh. de Geneve. 2.342 = Rec. 605); 7 декабря 1904 г. — о Бургундах на римской территории (Les Burgondes et la langue burgonde en pays roman = Rec. 606). В течение девяти последних лет своей жизни он публикует еще несколько небольших работ: О ώμήλυσις в Τριπτολεμος (Melanges Nicole. Geneve, 1905.503-514 = Rec. 576-584), Sur les composes latin du type agricola [О латинских сложных словах типа agricola] (Melanges Havet. Paris, 1909. 59-71 =Rec. 585-594), Adjectifs indo-europeens au typecaecus «ave-ugle» [Индоевропейские прилагательные типа caecus, «слепой»] (Festschrift/. W. Thomson. Leipzig, 1912.202-206 =Rec. 595-599). К перечисленному следует добавить рецензию на работу П. Ольтамара Histoire des idees theosophiques dans I 'Inde [История теософских идей в Индии} («Journal de Geneve», 29 июля 1907 г.) и статью Alamans [Алеманы} (in: Dictionnaire historique, geographique et statistique du canton de Vaud, опубликовано Е. Mottaz, 1911.1. 54-56. После его смерти благодаря П. Е. Мартену выйдет в свет La destruction d'Avenches

 

dans les sagas scandinaves, d'apres des notes de F. d. S. // Indicateur d'histoire suisse. 1915.1-13.

Мейе в своем некрологе предлагает два объяснения скудной «производительности» Соссюра после 1894г.: некое подобие мании перфекциониста («Ф. д. С. более не считал, что он достаточно продвинулся в разработке теории какого-либо языкового явления, чтобы излагать ее публике... Он был слишком занят работой над окончательным трудом, и с этого времени прерывал молчание, лишь публикуя довольно краткие заметки...») и интерес к новым темам, отчасти чуждым лингвистике, таким, как поэма «Песнь о Нибелунгах» (F. d. S. 78-79). Основным моментом в интерпретации научной биографии Соссюра является определение значения этих двух объяснений, предложенных Мейе.

Изучение неизданных бумаг подтвердило, что Соссюр в значительной степени интересовался «Песнью о Нибелунгах»: сохранилось (S. М. Inv. А. V.) 150 листов заметок о «Песне о Нибелунгах», 14 тетрадей и 22 страницы о Тристане; одна из заметок находится в письме, датированном 1903 г., а одна тетрадь имеет дату 1910 г.: Мейе (цит. выше), по-видимому, имеет в виду дату, предшествующую 1903 г., близкую 1894 г. Тезис Соссюра заключается в том, что «именно книга мифов о приключения Тесея стала основой однойиз наиболее распространенных ветвей германских героических легенд», что, вероятно, было обусловлено «продвижением классических мифов к северу при помощи мореходства... и отчасти через названия созвездий» (S. М. 14 и 28). Увеличение количества курсов, посвященных германским языкам, начиная с 1898 г. (восемь за двенадцать лет), курсы о «Нибелунгах», которые он читал вместо Е. Редара, связаны с этими интересами Соссюра, о которых, впрочем, можно также догадаться по докладу о бургундах: «Следовало бы выяснить, какова роль бургундской Швейцарии в генезисе и распространении легенды о Нибелунгах» (Bull. cit. = Rec. cit.). Эти интересы контрастируют с представлением о Соссюре как о борце за разделение внутренней и внешней лингвистики, стороннике необходимости изучения языка «лишь в нем самом и для него самого», вне его социально-исторического контекста. Не желая обсуждать сейчас верность такого представления, напомним, что в 1894 г. Соссюр писал Мейе: «В конечном счете интерес для меня представляет лишь живая, выразительная сторона языка, та, которая определяет его своеобразие как принадлежащего определенному народу, имеющему определенные корни, то есть сторона почти этнографическая» (Lettres 95). А один из его женевских учеников заявляет:

Слабым местом в целом замечательного труда, опубликованного г-ми Балли и Сеше, является то, что они позволяют считать, что Ф. д. С. отделял изменения языка от внешних условий, от которых они зависят... Но автор данного предисловия слышал множество раз, как Ф. д. С. объяснял этими внешними условиями не только изменения языка, но и сохранение некоторых черт. Так, например, он объяснял то, что литовский язык сохранил свою удивительную древность, тем фактом, что на литовских землях долгое время сохранялось язычество... (Redard 1919. 10-11).

Именно с таких позиций (которые, как мы увидим, получили осознанную теоретическую разработку в общей лингвистике Соссюра) может быть оправдан интерес Соссюра к явлениям, принадлежащим к культурному контексту германских языков.

Эта связь между внешними, филологическими исследованиями и собственно лингвистическими интересами приводит к тому, что в записях, посвященных общефилологическим вопросам, можно найти ценные замечания по теории языка. Вскоре мы увидим, что это можно также отнести и к исследованиям анаграмм. Мы находим это и в тетрадях о «Песне о

 

БИОГРАФИЧЕСКИЕ И КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ О Ф. ДЕ СОССЮРЕ

Нибелунгах». В одной из них (сохранившейся в Bibliotheque publique et uni-versitaire de Geneve. Ms. Fr. 3958 4) находятся, например, важные замечания относительно семиотического характера символа (с. 4 обложки и с.1):

—Легенда состоит из серии символов, в смысле, который следует уточнить.

—Эти символы, сами того не подозревая, подчиняются тем же случайностям и тем же законам, что и все другие серии символов, например, символы, являющиеся словами языка.

—Они являются частью семиотики.

Ни один из методов не позволяет предположить, что символ остается неподвижным, либо что он должен изменяться до бесконечности. Вероятно, он должен изменяться в определенных границах.

—Идентичность определенного символа невозможно зафиксировать, начиная с того момента, когда он становится символом, то есть погружается в социальную массу, каждое мгновение фиксирующую его значение. Так, руна Υ— это «символ». Его идентичность кажется вещью, до нелепости ощутимой, чтобы лучшим образом обеспечить ее, и заключается в следующем:

она имеет форму Υ; она читается как z; она является восьмой буквой алфавита;

она имеет таинственное название zann, наконец, иногда она стоит первой в слове. Через некоторое время... она десятая в алфавите... но уже здесь она подразумевает собой единицу. Где теперь идентичность? Обычно на это отвечают улыбкой, в массе своей не замечая философского характера происшедшего, позволяющего утверждать, что для всякого символа, с момента включения его в движение,— а ведь символ существует лишь постольку, поскольку он включен в движение—совершенно невозможно сказать, в чем будет заключаться его идентичность в последующее мгновение.

Именно с этой общей точки зрения мы приступаем к изучению какой-либо легенды, поскольку каждый ее персонаж является символом, у которого может изменяться (в точности как у руны): а) имя, б) позиция по отношению к другим, е) характер, г) функция и поступки; если перемещается какое-либо имя, то может последовать перемещение части поступков, и наоборот, или в подобном случае может измениться вся драма в целом.

Еще одним занятием Соссюра в первые годы века было изучение «анаграмм» (Starobinski 1964). Должно быть, он говорил с Мейе об этой проблеме или писал ему до 23 сентября 1907 г. (дата письма, в котором он благодарит своего парижского ученика за обещание прочесть тетради об анаграммах Гомера и объясняет ему, что он распространяет свои исследования творчества Гомера на другие области индоевропейской лингвистики). Гипотеза Соссюра заключается в том, что в древних индоевропейских языках стихосложение, наряду с известными нормами, подчиняется также некоторым фундаментальным правилам, касающимся распределения звуковых элементов в стихах: 1) в конце стихов 6-е и 8-е звуковые элементы должны иметь парное количество; это происходит потому, что 2) двухсложные и трехсложные чередования перекликаются; 3) независимо от правил 1 и 2 можно выдвинуть гипотезу, что многосложные единицы (двух- и трехсложные) воспроизводят в стихах фонемы «важного слова» (обозначающего божество и т. п.) и являются, таким образом, анаграмматическими сочетаниями (Lettres 110-112). По мнению Соссюра, эта нормы встречаются не только у Гомера и в сатур-нической латинской поэзии, но также в Песне о Хшъдебрандте и в ведах (Lettres ИЗ), так что «то, что заставляло сочинителя какой-нибудь песни продуманным образом располагать слоги, составляющие эту песню, и рифмы, которые они образовывали между собой или с определенным словом, идет из индоевропейских времен. Любой античный поэт был прежде всего специалистом по фонемам...» (Lettres 114). Значение, которое Соссюр придает

 

этому исследованию, можно определить на основании того факта, что всего за несколько месяцев, с 23 сентября 1907 г. по 8 января 1908 г., Соссюр пишет своему парижскому ученику четыре длинных письма, составляющие половину всего того, что он написал в течение 17 лет их переписки. Письма на эту тему внезапно прекращаются с января 1908 г.: возможно, ученые обсудили эту проблему, когда Мейе приезжал в Женеву в июле 1908 г. Из писем Соссюра можно заключить, что парижский ученик не решается ответить напрямую и, видимо, негативно оценивает всю совокупность исследований. Из фактов, собранных Старобински (1964, 1967, 1969), и из воспоминаний Л. Готье, ученика, имевшего в те годы близкие отношения с Соссюром (см. с. 257, 265,268), можно предположить, что исследования анаграмм продолжались до осени 1908 г.: «Изучение современных поэтов, пишущих на латинском языке, заставило его заинтересоваться лауреатами Certamen Hoef-ftianum Академии Амстердама. Он внимательно изучил итальянские поэмы Джованни Пасколи, получившего множество наград этого конкурса: из его текстов было ясно видно, что он прибегал к гипограмме. Однажды (Леопольд Готье относит это событие к концу 1908 г.) Соссюр написал Пасколи и спросил, сознательно ли тот использовал этот метод стихосложения. Ответа он не получил. Соссюр воспринял молчание Пасколи как отрицание и оставил занятие анаграммами». Итак, конец этим исследованиям положило скорее не сдержанное отношение Мейе, а молчание Пасколи: Rossi 1968 также настаивает на этом. По мнению Р. Якобсона (неизданная лекция, Рим, январь 1967), исследования Соссюра заслуживают того, чтобы их опубликовали целиком и проверили. В действительности, это представляется спорным. Если сдержанное отношение Мейе (или, как некоторые предпочитают думать, молчание итальянского поэта Пасколи) и подтолкнуло Соссюра к прекращению исследований, это произошло потому, что сам Соссюр имел множество сомнений относительно правильности своей работы. Старобински, основной издатель заметок, посвященных анаграммам, казалось бы, разделяет эти сомнения, кажущиеся нам более чем оправданными. Помимо биографических моментов, эти соссюровские рукописи интересны тем, что в них встречаются продуктивные теоретические высказывания: например, идея о «последовательности» и линейности языковых знаков впервые высказана именно в этих тетрадях, посвященных анаграммам (Starobiski 1964. 254 et sv., Rossi 1968.113-127); см. также: Νανά G. Lettres de F. d. S. a G. Pas-coli // C. F. S. 1968. 24. 73-81 и Wunderii P. Saussures Anagramm-Studien // Neue Zurcher Zeitung. 13. 2. 1972. 73. 51-52).

Осталось выяснить, почему эти исследования и другие, относящиеся к периоду после 1894 г., так и не увидели свет? Мейе, как мы видели, объясняет это психологическими причинами: Соссюра сдерживало стремление к совершенству. В действительности, мы имеем дело с несколько иным явлением. Многочисленные свидетельства парижских и женевских соратников показывают, что Соссюр требовал предельной точности и от учеников. Бен-венист отлично уловил смысл этого:

Обучение строгости в лингвистике было необходимо еще более, чем в любой другой дисциплине. Следовало научить студентов тому, что язык состоит из определенного количества специфических элементов, и каждый из них должен быть точно выявлен; если ограничиваться приблизительными данными, результаты анализа будут ложными. Здесь поставлена на карту сама база описания; установленное соответствие или воссоздание не может быть правильным, если оно базируется на плохо выведенных или небрежно воспроизведенных формах... Сравнительная грамматика тогда была бы не более чем... набором соответствий, взятых без разбора из всех

 

БИОГРАФИЧЕСКИЕ И КРИТИЧЕСКИЕ ЗЛМЕТКИ О Ф. ДЕ СОССЮРЕ

родственных языков. Соссюр же, напротив, сравнивает диалекты лишь для выявления характеристик, присущих определенному языку... Он восстанавливает... индивидуальность языка... Это подразумевает, что особенности языка связаны между собой и не должны изучаться изолированно... (Benveniste I965. 28-29, 30).

Структурная лингвистика вообще и соссюровская лингвистика в частности слишком долгое время рассматривались в основном как лингвистика антифилологическая. Истинным же является обратное утверждение. «Если поставить себе целью определить, в чем заключается наиболее характерная черта лингвистики XX в. по сравнению с лингвистикой века прошлого, следует отметить... стремление последней дойти до конкретных фактов, чтобы на их основе определить единицы языка» (Prieto 1964. 11). Значение языковых единиц нельзя определить при указании, на манер сравнительной грамматики, более или менее схожих соответствийиз другой языковой среды. Напротив, его можно определить, если определить функциональность и функционирующие совместно элементы самой системы. Если, как писал Соссюр в своем докладе по номинативу в литовском языке (Rec. 514 = Sur Ie пот. II Op. cit. 457), «значение формы полностью находится в тексте, из которого ее взяли, то есть в совокупности морфологических, фонетических, орфографических обстоятельств, окружающих и объясняющих ее», то филологическое исследование (в случае с мертвыми языками) является не роскошью, а жизненной необходимостью. Путешествие в Литву, филологическое мастерство, проявленное в диссертации, вкус к «живой, выразительной стороне языка, отличающей его от всех остальных» становятся уже не любопытными фактами биографии, а отражают центральное понятие новой лингвистики: понятие систематизированности языковых единиц, включающее в себя понятие исторической особенности любой языковой реальности в плане семантического содержания и в плане выражения. Начиная с периода Лейпцига, со все большей ясностью Соссюр должен был осознавать всю «тщетность» (Lettres 95) частичного подхода к языковым явлениям, необходимость начинать все в свете операционного понятия системы. Г. Мунен (1966) показал, что это понятие осталось большей частью чуждым Мейе. Соссюр, подавленный осознанием «грандиозного объема работы», которую следовало провести для эффективного внедрения новой лингвистики (Lettres 95), представал в глазах своего парижского коллеги лишь как человек, страдающий от комплексов гиперкритичности. В действительности же, сознавая исключительную сложность задачи, к решению которой он готовился в 1894 г. (см. ниже), он предпочел перенести ее в далекое будущее и рассматривать ее как задачу коллективную. Он пишет об этом в своей рецензии на Kritik Шмидта:

Когда теория языка будет создана, одним из первейших принципов... явится то, что всегда, в любом случае, правило, характеристикой которого является его движение внутри состояния языка (= меж двух терминов, существующих одновременно), а не в фонетическом событии (= двух терминов, сменяющих один другого), может иметь не более чем случайное значение.

На вопрос, поставленный Годелем («Каково было в действительности место общей лингвистики в научной карьере и деятельности Ф. д. С.?» [S. М. 24]), вероятно, следует ответить, подтверждая написанное Балли и Сеше в начале предисловия к К. О. Л.:

Сколько раз нам приходилось слышать из уст Фердинанда де Соссюра сетования на недостаточность принципов и методов той лингвистики, в

 

сфере которой развивалось его дарование. Всю свою жизнь он упорно искал те руководящие законы, которые могли бы ориентировать его мысль в этом хаосе (К. О. Л. 5).

Утверждение, следующее непосредственно за этим, не вполне верное:

«Лишь в 1906 г., сменив на его посту Жозефа Вертгеймера в университете Женевы, он смог представить публике свои личные идеи, вынашиваемые в течение стольких лет». В действительности, как мы это много раз подчеркивали, Соссюр уже представил публике в период Memoire и диссертации серию общих положений. К уже сказанному прибавляется свидетельство Адриена Навиля, декана факультета филологии и социальных наук Женевы9. Оно не противоречит другим публичным представлениям соссю-ровской мысли и известным нам сегодня рукописным записям, показывающим, что Соссюр весьма быстро пришел к некоторым фундаментальным идеям и что затем, более медленно и трудно, он занимался выработкой взаимосвязей, сети доказательных аргументов, бесчисленных короллари-ев. Именно эта работа, как один из аспектов соссюровской мысли, оставалась неизвестной до женевских курсов, и этот аспект позволяет сказать, что теоретические вопросы также занимали, хотя с разной интенсивностью,умСоссюра. Но повторимся, некоторые центральные идеи соссюровской мысли — идея относительного значения, оппозитивности языковых единиц, связанная с этим идея системы, следующаяиз этого необходимость отличать лингвистику состояний от лингвистики реализации и развития — появились у женевца весьма рано.

9В работе Nouvelle classification des sciences. Etudes philosophigue (Paris, 1901), А. Навиль полностью переработал предшествующий труд (Де la classification des sciences. Etudes logique. Geneve-Bale, 1888); в главе V (Филологические науки), параграфе В, посвященном социологии, он пишет (103-106):

«Социология—это наука о законах жизни сознательных существ — а именно людей — е обществе. Она должна признать в качестве данных величин все условия, без которых мы не можем представить себе социальную жизнь. Каковы эти условия? Мне не известно, достаточно ли они выявлены и перечислены наукой.

Одно из наиболее очевидных условий—это существование знаков, посредством юго-рых живущие вместе существа сообщают друг другу о своих чувствах, мыслях, желаниях.

Г-н де Соссюр настаивает на необходимости весьма общей науки, называемой им семиотикой, объектом которой должны стать законы создания и изменения знаков и их смысла. Семиотика— важная часть социологии. Поскольку наиважнейшей системой знаков является конвенционный язык людей, наиболее развитой семиотической наукой является лингвистика, или наука о законах жизни языка. Фонология и морфология изучают в основном слова, семантика — смысл слов. Но, несомненно, существует взаимодействие слов и их смысла, и наоборот, смысла и слов; попытки разделить эти исследования будут означать непонимание их объекта. Современные лингвисты отказались от чисто биологических (физиологических) объяснений в фонологии и справедливо считают лингвистику психологической наукой.

Лингвистика является или, по крайней мере, стремится стать наукой законов;

она все более четко будет отделяться от истории языка и от грамматики.

Еще одним условием социальной жизни... является принуждение... Само развитие языка подразумевает принуждение...».

 

БИОГРАФИЧЕСКИЕ И КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕТКИ О Ф. ДЕ СОССЮРЕ

– Конец работы –

Эта тема принадлежит разделу:

Фердинанд де Соссюр: Курс общей лингвистики

Cows de linguistique generate.. Public par Charles Bally et Albert Sechehaye avec la collaboration de Albert..

Если Вам нужно дополнительный материал на эту тему, или Вы не нашли то, что искали, рекомендуем воспользоваться поиском по нашей базе работ: Женева: преподавание и исследования

Что будем делать с полученным материалом:

Если этот материал оказался полезным ля Вас, Вы можете сохранить его на свою страничку в социальных сетях:

Все темы данного раздела:

Курс общей лингвистики
Екатеринбург Издательство Уральского университета 1999         ББКШ1г(0)5 С 66 Научный редактор М. Э. Рут

Изображение языка посредством письма
§ 1. Необходимость изучения письма [92] Итак, конкретным предметом нашего изучения является социальный продукт, который отражен в мозгу каждого, то есть язык. Но этот прод

Неизменчивость и изменчивость знака
§ 1. Неизменчивость знака [146] Если по отношению к выражаемому им понятию означающее представляется свободно выбранным, то, наоборот, по отношению к языковому коллективу,

Статическая лингвистика и эволюционная лингвистика
§ 1. Внутренняя двойственность всех наук, оперирующих понятием значимости [163] Едва ли многие лингвисты догадываются, что появление фактора времени способно создать лингв

Синтагматические отношения и ассоциативные отношения
§ 1. Определения [246] Итак, в каждом данном состоянии языка все покоится на отношениях. Что же представляют собою эти отношения? Отношения и различия между члена

Причины фонетических изменений
Выяснение причин фонетических изменений является одним из труднейших вопросов лингвистики. Было предложено несколько объяснений, ни одно из которых не пролило окончательного света на этот вопрос.

Неограниченность действия фонетических изменений
Если кто-либо пожелает выяснить действие тех или иных фонетических изменений, тог легко убедится, что они безграничны и неисчислимы; иначе говоря, невозможно предвидеть, где они прекратятся. Наивно

Грамматические последствия фонетической эволюции
§ 1. Разрыв грамматической связи [276] Первым последствием фонетического изменения является разрыв грамматической связи, соединяющей два или несколько слов. В результате э

Стирание сложного строения слов
Другое грамматическое следствие фонетического изменения состоит в том, что отдельные значимые части слова теряют способность выделяться: слово становится неделимым целым. Примеры: франц.

Фонетических дублетов не бывает
В обоих случаях, рассмотренных в § 1 и 2, в результате эволюции в разные стороны расходятся элементы языка, первоначально грамматически связанные. Это явление может дать повод к грубейшей ошибке в

Чередование
По-видимому, в таких двух словах, как maison «дом» и menage «хозяйство», нет смысла искать, что отличаетих друг от друга, отчасти вследствие того, что различительные

Законы чередования
Можно ли свести чередования к определенным законам и какого рода эти законы? Разберем столь часто встречающееся в современном немецком языке чередование е: i; при этом возьмем все с

Чередование и грамматическая связь
Как мы уже видели, фонетическая эволюция, изменяя форму слов, приводит к разрыву соединяющих их грамматических связей. Но это верно лишь относительно таких изолированных пар, как maison «дом

Явления аналогии не являются изменениями
Первые лингвисты не поняли природы образования по аналогии и называли ее «ложной аналогией». Они полагали, что, вводя форму honor «честь» вместо honos, латинский язык «ошибся». Всякое

Аналогия как принцип новообразований в языке
Выяснив, чем не является аналогия, и переходя к изучению ее с положительной точки зрения, мы сразу же замечаем, что принцип аналогии попросту совпадает с принципом языковых новообразований вообще.

Каким образом новообразование по аналогии становится фактом языка?
Все, что входит в язык, заранее испытывается в речи: это значит, что все явления эволюции коренятся в сфере деятельности индивида. Этот принцип, уже высказанный нами выше (см. стр. 99), особенно пр

Образования по аналогии — симптомы изменений интерпретации
Язык непрестанно интерпретирует и разлагает на составные части существующие в нем единицы. Чем же можно объяснить, что истолкование этих единиц непрерывно меняется от одного поколения к другому?

Аналогия как обновляющее и одновременно консервативное начало
Может возникнуть сомнение, действительно ли так велико значение аналогии, как это, казалось бы, следует из предшествующего изложения, и действительно ли она охватывает область, столь же обширную, к

Определение агглютинации
Наряду с аналогией, важное значение которой мы только что отметили, в создании новых языковых единиц участвует и другой фактор: агглютинация. С этими двумя факторами не может сравниться ни

Агглютинация и аналогия
Контраст между аналогией и агглютинацией разителен: 1. При агглютинации две или несколько единиц в результате синтеза сливаются в одну единицу (например, encore «еще» от hanc hor

А. Анализ субъективный и анализ объективный
Анализ языковых единиц, ежеминутно производимый говорящими, может быть назван субъективным анализом, не следует смешивать его с объективным анализом, опирающимся на историю языка. В т

Б. Субъективный анализ и выделение единиц низшего уровня
Итак, в отношении анализа можно установить метод и сформулировать определения, лишь исходя из синхронической точки зрения. Это мы и хотим показать, высказав ряд соображений относительно частей слов

Сосуществование нескольких языков в одном пункте
До сих пор мы рассматривали географическое разнообразие языков в его идеальном виде: сколько территорий, столько и различных языков. Мы были вправе так поступать, ибо географическое разделение явля

Литературный язык и диалекты
Это еще не все: языковое единство может быть нарушено в результате влияния, оказанного литературным языком на диалекты. Это неукоснительно случается всякий раз, когда народ достигает определенного

Основная причина разнообразия языков—время
Абсолютное многообразие языков (см. стр. 190) ставит чисто умозрительную проблему. Наоборот, многообразие родственных языков ставит нас на почву конкретного наблюдения; это многообразие может быть

Действие времени на язык на непрерывной территории
Возьмем теперь одноязычную страну, то есть такую, где всюду говорят на одном языке и где население оседло, например Галлию около 450 г. н. э., когда в ней повсюду прочно укоренился латинский язык.

У диалектов нет естественных границ
Обычное представление о диалектах совершенно иное. Их представляют себе как вполне определенные языковые типы, строго   / а t Ϊ—

У языков нет естественных границ
Трудно определить, в чем состоит разница между языком и диалектом. Часто диалект называют языком, потому что на нем имеется своя литература; таковы языки португальский и голландский. Некоторую роль

Сведение обеих взаимодействующих сил к одному общему принципу
В некоторой точке пространства, то есть на минимальной площади, которую можно приравнять точке, например, в отдельной деревне, не составляет труда отличить, что обусловлено действием «духа родимой

Языковая дифференциация на разобщенных территориях
Лишь после того, как мы убедились, что в одноязычной массе сила внутреннего сцепления варьирует от одного языкового явления к другому, что не все инновации получают общее распространение, что непре

Степень достоверности реконструкций
Одни из восстановленных форм совершенно несомненны, другие спорны или вообще сомнительны. А между тем, как мы только что видели, степень достоверности целых форм зависит от той относительной достов

Свидетельства языка в антропологии и доистории
§ 1. Язык и раса [302] Благодаря ретроспективному методу лингвист может двигаться назад—в глубь веков и восстанавливать языки, на которых говорили народы еще до своего вст

Лингвистическая палеонтология
Если общность языка позволяет говорить о социальной общности, лежащей в ее основе, то не дает ли язык возможности вскрыть природу этого общего этнизма? Долго предполагали, что языки являют

Начало учебы
Соссюр начал свою учебу в коллеже Хофвила недалеко от Берна, где ранее учился А. Пикте, автор работы Origines indo-europeennes. Essai depale-ontologie linguistique (In 2 vol. Geneve, 1859-18

Курсы общей лингвистики. Последние годы жизни
После выхода Вертгеймера на пенсию (выше с. 240) факультет филологии и социальных наук Женевы доверил Соссюру преподавание «общей лингвистики и сравнения индоевропейских языков», о чем свидетельств

Формирование общей лингвистики Соссюра
Как писал Р. Энглер (1966. 35), «система не вышла во всеоружии из головы Соссюра». Она явилась результатом, лишенным, впрочем, последней своей реорганизации, упорядочения приобретений, часть из кот

Судьба К. О. Л. в различных странах
К. О. Л. был издан в 1916 г. (337 страниц), затем, с новой нумерацией страниц, в 1922,1931,1949,1955,1962 гг. и т. д. Первое издание сопровождали многочисленные рецензии (в основном критичес

Присутствие идей Соссюра в различных лингвистических тенденциях
Картину судьбы К. О. Л. в различных странах мира можно дополнить картиной присутствия идей Соссюра в различных лингвистических тенденциях. Не считая самого Блумфилда, присутствие идей Соссюр

Список сокращений
A. L. — «Acta Linguistica», В. S. L. — «Bulletin de la Societe de Linguistique de Paris», C. F. S. — «Cahiers Ferdinand de Saussure», I. F. — «Indogermanische Forschungen», F. d. S. — Ferd

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ БИБЛИОГРАФИЯ
Соссюр Ф. де. Труды по языкознанию. М.: Прогресс, 1977. Соссюр Ф. де. Заметки по общей лингвистике. М.: Прогресс, 1990. Соссюр Ф. де. Курс общей лингвистики. М.: Логос, 1998.

ПРЕДМЕТНЫЙ И ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ
Аблаут 142, 158-160 Агглютинация 170, 177-179; определение 177; три фазы агглютинации 177-178; агглютинация и аналогия 178-179 Аккомодация 59 Акт

Хотите получать на электронную почту самые свежие новости?
Education Insider Sample
Подпишитесь на Нашу рассылку
Наша политика приватности обеспечивает 100% безопасность и анонимность Ваших E-Mail
Реклама
Соответствующий теме материал
  • Похожее
  • Популярное
  • Облако тегов
  • Здесь
  • Временно
  • Пусто
Теги