рефераты конспекты курсовые дипломные лекции шпоры

Реферат Курсовая Конспект

Вечное влечение дорог

Вечное влечение дорог - раздел Литература, Алексей иванов географ глобус проп   После Уроков Градусов, Коварно Изловленный Служкиным, Сопя, М...

 

После уроков Градусов, коварно изловленный Служкиным, сопя, мыл пол в кабинете географии, а Служкин с отцами обсуждал предстоящий поход. Служкин сидел за столом, расстелив перед собой потрепанную карту. Придвинув стул, рядом основательно устроился Бармин. Овечкин и Чебыкин уселись напротив за парту. Деменев притулился на подоконнике. Тютин тревожно торчал за плечом у Служкина и с ужасом вглядывался в извилистую линию реки.

— Вы давайте все конкретно объясните, — потребовал Бармин.

— Объясняю конкретно, — начал Служкин. — Выезжаем в четверг вечером, ночью в Комарихе пересадка, и утром мы на станции Гранит.

— Вот она. — Бармин на карте прижал станцию ногтем, чтобы она не убежала, как таракан.

— От станции до реки километр. На реке собираем катамаран.

— Целый километр? — охнул Тютин. — А точно? Не три? Не пять?

— А катамаран нас выдержит? — осведомился Бармин.

— Выдержит... Ну и дальше плывем пять дней.

— Деревни по пути будут? — выяснял Бармин.

— Одна. Межень. Вот она.

— А чего интересного мы на реке увидим? — спросил Овечкин.

— Много разного... Расскажу по ходу пьесы.

— А погода, погода какая будет? — беспокоился Тютин.

— Не знаю, не Господь Бог. Плохая, наверное.

— Промокнем, простудимся... — страдальчески прошептал Тютин. — Виктор Сергеевич, вы умеете первую медицинскую помощь оказывать?

— Последнюю умею. Медными пятаками глаза закрывать.

— Лишь бы не соскучиться, — плотоядно сказал Чебыкин, — а погода — фигня. Порогов бы побольше, завалов там лесных, чтоб по-пырому.

— Порог будет перед Меженью, Долган — да? — вспомнил Бармин.

В дальнем конце кабинета Градусов яростно запыхтел и начал швырять шваброй стулья.

— А сколько у нас палаток будет? — продолжал допрос Борман.

— Одна на всех. Я возьму большую шатровую.

— Чур, я посредине сплю, — быстро вставил Тютин.

— А жратвы хватит?

— Я оч-чень много ем... — тихо шепнул Тютин на ухо Служкину.

— Хватит, — заверил Служкин. — Раскладку я сегодня вечером составлю, а вы завтра зайдите ко мне и перепишите, кому чего и сколько покупать.

Служкин и отцы еще долго обсуждали все тонкости, потом Служкин диктовал список снаряжения, перечень вещей и одежды, высчитывал цены. Все это время Градусов сидел на задней парте и задумчиво возил шваброй в проходе. Наконец отцы двинулись на выход, озабоченно переговариваясь. В кабинете кроме Градусова как-то незаметно остался Деменев.

— Виктор Сергеевич, — блестя глазами, негромко спросил он. — А девки? Девки же еще хотели!..

— Какие девки? — удивился Служкин.

— Ну... Митрофанова с Большаковой.

— Почему же они мне-то ничего не сказали? Я как должен про их намерения узнавать — гадать по бараньим кишкам?

— Они стеснялись.

Деменев выбежал и через некоторое время втолкнул в кабинет смущенных Машу и Люську. Увидев Служкина, Люська вдруг почему-то вытаращила глаза, словно бы ей до этого сообщили, что Служкин умер и уже погребен. Служкин указал девочкам на парту перед собой.

— Значит, в поход хотите?.. — переспросил он, глядя на Машу.

Маша посмотрела на Служкина и покраснела.

— Чего вы это вдруг разохотились?.. — риторически спросил Служкин, но Люська оказалась словно бы неожиданно потрясена этим вопросом и ошеломленно уставилась на Машу, будто прозрела: «А чего это и вправду мы такие дуры?..»

— Поход — это ведь дело муторное, — передвигая по своему столу различные предметы, сказал Служкин. — Придется таскать тяжести, трудно ехать, спать в сыром спальнике, все время что-то делать — ставить палатки, варить жратву, отскребать котлы в ледяной воде... Будет грязно, холодно, непременно попадем под дождь, стрясутся какие-нибудь беды, а крыши над головой нет, горячего душа нет, и все трудности надо преодолевать самостоятельно. А мы будем неприлично ругаться, пьянствовать и никто даже не попытается хоть маленько за вами поухаживать, помочь...

— Ну и что? — негромко сказала Маша и пожала плечами.

— Можно подумать, пацаны здесь за нами ухаживают! — возмущенно выпалила Люська.

— Ну смотрите... А родители вас отпустят?

— Отпустят, — твердо пообещала Маша.

— Меня уже отпустили! — независимо заявила Люська.

— А денег на эту затею у вас хватит?

— Хватит! — тотчас сообщила Люська. — А сколько надо?

— Ох, девчонки... — вздохнул Служкин, складывая руки. — Ищете вы приключений на свою... знаете что?

— Что? — испугалась Люська.

— Знаем, — печально согласилась Маша.

— Ну тогда давайте записывайте.

Служкин заново начал перечислять все параметры похода. Маша не стала записывать, надеясь на Люську, и задумчиво глядела куда-то в сторону, чтобы не встретиться со Служкиным глазами. Служкин диктовал и смотрел на Машу. Люська лихорадочно строчила в тетрадке какие-то магические заклинания: «...свтр 2 шт тр 1 бр 1 штан бол 1 бот сапг нск шрст побольше... »

— Сама-то потом поймешь свои шифровки? — насмешливо спросил Служкин, и Люська, не поднимая головы, фыркнула, сдув с лица упавшую челку.

— Ну а за списком продуктов завтра придете ко мне вместе с пацанами, — в заключение сказал Служкин.

Люська кивнула и начертала: «за жртв зв с пц к Геогрф».

Деменев увел девочек. Служкин закурил, блаженно щурясь, и вдруг увидел, что на том месте, где только что сидели девочки, из клубов дыма материализовался Градусов — маленький, нахохленный, носатый, рыже-растрепанный и красный от злости.

— Виктор Сергеевич, — проскрипел он, — а меня в поход возьмете?

Служкин медленно поголубел от изумления.

— Тебя? — переспросил он, пытаясь заглянуть Градусову в лицо.

Градусов тяжело занавесил глаза бровями и мрачно уставился куда-то назад через плечо.

— Слушай, Градусов, — сердечно произнес Служкин, — а ты что, не помнишь, как ты меня весь год доставал? Тебе напомнить, что ли?

— Не надо, — буркнул Градусов, слезая с парты. — Я и так знал, что не возьмете...

Он отпихнул с дороги стул, забросил за спину свой идиотский ранец с шестью замками и катофотами и пошел на выход.

— Постой, — окликнул его Служкин.

Градусов, уже распахнувший дверь, остановился в проеме, недоверчиво покосившись на Служкина.

Служкин, не торопясь, снова закурил.

— Знаешь, сегодня у меня неожиданно счастливый день, — сказал он Градусову. — Поэтому я никого не хочу огорчать, даже если кто этого и заслуживает... Приходи завтра ко мне вместе со всеми: получишь свой список продуктов.

 

– Конец работы –

Эта тема принадлежит разделу:

Алексей иванов географ глобус проп

Географ глобус пропил..

Если Вам нужно дополнительный материал на эту тему, или Вы не нашли то, что искали, рекомендуем воспользоваться поиском по нашей базе работ: Вечное влечение дорог

Что будем делать с полученным материалом:

Если этот материал оказался полезным ля Вас, Вы можете сохранить его на свою страничку в социальных сетях:

Все темы данного раздела:

Глухонемое козлище
  — Конечная станция Пермь-вторая! — прохрипели динамики. Электричка уже подкатывала к вокзалу, когда в вагон вошли два дюжих контролера — один с ближнего конца, другой с дал

Географ
  Дымя сигаретой и бренча в кармане спичечным коробком, бывший глухонемой, он же Виктор Служкин, теперь уже побритый и прилично одетый, шагал по микрорайону Новые Речники к ближайшей

Знакомство
  В комнате на диване лежали раскрытые чемоданы. Надя доставала из них свои вещи, напяливала на плечики и вешала в шкаф. Рядом в нижнем ящике четырехлетняя Тата раскладывала своих кук

Достатки и недостоинства
  Водку допили, и Будкин ушел. За окнами уже стемнело. Надя мыла посуду, а Служкин сидел за чистым столом и пил чай. — Тут у крана ишачу, а ты пальцем не шевельнешь, — ворчал

Зондеркоманда
  Кабинет географии был совершенно гол — доска, стол и три ряда парт. Служкин стоял у открытого окна и курил, выпуская дым на улицу. Дверь была заперта на шпингалет. За дверью бушевал

Воспитание без чувств
  — Вы что, курили здесь, Виктор Сергеевич? — спросила Угроза. — Э... — растерялся Служкин. — Я в окно... Окно открывал... — Виктор Сергеевич, я попрошу вас больше н

Сашенька
  После работы Служкин пошел не домой, а в Старые Речники. Район был застроен двухэтажными бревенчатыми бараками, похожими на фрегаты, вытащенные на берег. Прощально зеленели палисадн

На крыше
  — Недавно я Руневу встретил, — лениво сообщил Служкин. — Где? — так же лениво поинтересовался Будкин. — А-а, случайно, — сказал Служкин. — У нее на работе.

Красная профессура
  — Ну что, Красная профессура, готовы? — бодро спросил Служкин. Три передние парты по его настоянию были пусты. — За передние парты с листочками и ручками садятся.

Отклонение от темы
  Служкин проводил самостоятельную работу в девятом «бэ». Заложив руки за спину, он вкрадчивой походкой перемещался вдоль рядов. — Бармин, окосеешь. Петляева, вынь учебник из

Отлучение от мечты
  В понедельник после первой смены в кабинете физики проходил педсовет. Служкин явился в числе первых и занял заднюю парту. Кабинет постепенно заполнялся учителями. В основном это был

Мясная порода мамонтов
  Будкин сидел за рулем и довольно хехекал, когда «запор» особенно сильно подкидывало на ухабах. Тарахтя задом, «запор» бежал по раздолбанной бетонной дороге. Параллельно бетонке тяну

Кира валерьевна
  Служкин сидел в учительской и заполнял журнал. Кроме него, в учительской проверяли тетради еще четверо училок. Точнее, проверяла только одна красивая Кира Валерьевна — водила ручкой

Пробелы в памяти
  Служкин, в длинном черном плаще и кожаной кепке, с черным зонтом над головой, шагал в садик за Татой. Небо завалили неряшливо слепленные тучи, в мембрану зонта стучался дождь, как в

Выпускной роман
  С утра газоны оказывались седыми, а воздух каменел. Лужи обморочно закатывали глаза. Люди шли сквозь твердую, кристальную прохладу, как сквозь бесконечный ряд вращающихся стеклянных

Градусов
  Прозвенел звонок. Служкин, как статуя, врезался в плотную кучу девятого «вэ», толпившегося у двери кабинета. Распихав орущую зондеркоманду, он молча отпер замок и взялся за ручку. Р

Мертвые не потеют
  Служкин проторчал на остановке двадцать минут, дрожа всеми сочленениями, и, не выдержав, пошел к Кире домой. — Ты чего так рано? — удивилась Кира. Она была еще в халате.

Торжество
  Который год подряд первый тонкий, но уже прочный зимний снег лег на землю в канун служкинского дня рождения, и Служкин, проснувшись, вместе с диваном поплыл в иглистое белое свечени

Темная ночь
  — Вовка, я с Шурупом домой пошла! — громко объявила Ветка. — Ты оставайся, если хочешь, а меня Витька проводит. Надя, отпустишь его?.. Надя фыркнула. Шуруп был уст

В тени великой смерти
  День 1-й   К школьному крыльцу Витька выскакивает из тесного куста сирени, бренчащие, костяные ветки которого покрыты ноябрьским инеем. К

Пропажи
  В зеленоватом арктическом небе не было ни единого облака, как ни единой мысли. Серебряное, дымное солнце походило на луну, с которой сошлифовали щербины. Замерзшие после оттепели де

Собачья доля
  После школы Служкин пошел не домой, а к Будкину. — Ты чего в таком виде? — мрачно спросил он Будкина, открывшего ему дверь в трусах и длинной импортной майке. — Я

Станция валёжная
  — Эй, парень, станция-то ваша... Служкина тормошил дед, занимавший скамейку напротив. Служкин расклеил глаза, стремительно вскочил в спальнике на колени и выглянул в верхню

Фотография с ошибкой
  Служкин зашел за Татой в садик, но ее уже забрала Надя. В раздевалке среди прочих мам и детей Лена Анфимова одевала Андрюшу. — С наступившим, Лен, — сказал Служкин. — Приве

Посетители
  На тех же санках Будкин отвез Служкина в больницу, и там ему наложили гипс. С тех пор Служкин сидел дома, а в школе началась третья четверть. Проснувшись, как обычно, после

Бетономешалка
  В середине февраля Будкин возил Служкина на осмотр в травмпункт. Он пожелтел от выкуренных сигарет, пока ждал Служкина то от хирурга, то с рентгена, околачиваясь по коридорам больни

Ищу человека
  Будкин открыл Служкину дверь, завернутый, как в тогу, в ватное одеяло, словно римский патриций в далекой северной провинции. — Ты чего в такую рань? — удивился он.

Пусть будкин плачет
  Надя и Таточка уже спали, а Служкину надоело сидеть на кухне с книжкой, и он решил сходить в гости. Например, к Ветке. Дымя сигаретой, он брел по голубым тротуарам изогнуто

Сосна на цыпочках
  Когда красная профессура ввалилась в кабинет, она увидела Служкина, в пуховике и шапке сидящего за своим столом и качающегося на стуле. Изо рта у него торчала незажженная сигарета.

Последние холода
  Седьмого марта в детском садике устраивали утренник в честь Восьмого марта. Служкин пришел один — Надя не смогла. Небольшой зал на втором этаже садика был уже заполнен бабк

Хочешь мира - не готовься к войне
  У Служкина был пустой урок, и он проверял листочки с самостоятельной зондеркоманды. Служкину срочно требовались оценки, чтобы выставить четвертные, поэтому он не углублялся в сущнос

Окиян окаян
  На каникулах Служкин сидел дома, и однажды заявилась Ветка. — Блин!.. — еще в прихожей начала ругаться она, стаскивая сапоги. — Замерзла как собака в этом долбаном автобусе

Свини - свинями
  Сразу после звонка зондеркоманда расселась за парты с откровенным интересом к предстоящему. Служкин насторожился. Он прошелся у доски, словно пробуя пол на прочность, и сказал:

В центре плоской земли
  — Папа, если хочешь попасть в грязь, то иди за мной, — сказала Тата, топая сапожками по плотному песчаному склону. Служкин тащил рюкзак и держал Тату за ручку, а сзади шла

Виктор сергеевич макиавелли
  — Витус, твою мать! На фиг ты криво-то клеишь?! — Это у тебя глаза кривые, а я клею — прямее не бывает! Сделаем, как в Эрмитаже... Служкин и Будкин, толкаясь плеча

Незачем и не за что
  Посреди урока Служкина вызвали в учительскую к телефону. — Витя, это ты? А это я, — пропищало в трубке. — Сашенька? Ничего себе! — изумился Служкин. — Как ты номер

Уважительная причина для святости
  Когда заявился Служкин, Ветка ожесточенно лепила пельмени. Она сидела за столом в криво застегнутом, испачканном мукой халате, спиной к окну. Во все окно пылал закат. На его фоне Ве

Первые сутки
  — Пермь-вторая, конечная! — хрипят динамики. Колеса трамвая перекатываются с рельса на рельс, как карамель во рту. Трамвай останавливается. Пластины дверей с рокотом отъезж

Второй день
  Я просыпаюсь в таком состоянии, словно всю ночь провисел в петле. Еще не открыв глаза, я вслушиваюсь в себя и ставлю диагноз: жестокое похмелье. О господи, как же мне плохо...

Заполнение пустоты ничем
  Открыв на звонок дверь, Служкин увидел Градусова. — Вот так хрен! — удивился он. — Чем обязан? — Беда, Географ... — вздохнул Градусов. — Поговорить надо.

Умение терять
  Служкин сидел на кухне, пил чай, курил и читал газету, выкраденную из соседского почтового ящика. Надя у плиты резала картошку для ужина. Тата в комнате играла в больницу. Пуджик си

Одиночество
  Двадцать пятого мая утром Служкин отвел Тату в садик и снова завалился спать. Теперь ему некуда было торопиться. Проснувшись, он не стал ни бриться, ни причесываться, попил на кухне

Хотите получать на электронную почту самые свежие новости?
Education Insider Sample
Подпишитесь на Нашу рассылку
Наша политика приватности обеспечивает 100% безопасность и анонимность Ваших E-Mail
Реклама
Соответствующий теме материал
  • Похожее
  • Популярное
  • Облако тегов
  • Здесь
  • Временно
  • Пусто
Теги