рефераты конспекты курсовые дипломные лекции шпоры

Реферат Курсовая Конспект

Второе пришествие апокрифов 3

Второе пришествие апокрифов 3 - раздел Религия, Православие и современность. Электронная библиотека оккультизм в православии Но Издатели "жизни Вечной" В Жертву Своей Диссидентско-Раскольничес...

Но издатели "Жизни Вечной" в жертву своей диссидентско-раскольнической похоти готовы принести реальную Церковь. Из номера в номер они настраивают читателей против священства: "Большинство духовенства страшно боится таких прозорливых людей, как Пелагия!.. "Ведь и Спаситель пошел против священников, обличая их, а они прям зубами скрипели", - говорила Пелагия Рязанская"[227]. И значит, дух, которым руководствуются издатели этой газетки, не есть дух Христов. И борьба с их лжепророчествами не есть борьба с крайностями "народного благочестия", а есть противостояние прелести.

Следовательно, не только можно, но и нужно спорить с подобного рода текстами. Ибо именно в том случае, если церковная власть и церковная мысль будут безнаказанно пропускать подобного рода вещания, то и выйдет огромнейший соблазн для "несмысленных". И соблазн будет двойным.

Во-первых, соблазн выйдет для православных, которые будут воспитываться на вере в могущество "магов", в бесобоязни и на беспоповских декларациях.

Во-вторых, соблазн будет для тех десятков тысяч людей, которые оказались в протестантских сектах и которые свое пребывание вне Православия оправдывают (и весьма небезосновательно) именно тем, что в православном быту слишком много откровеннейшего язычества и магизма.

Протестанты убеждены, что православные не умеют поверять стихийные движения слепого религиозного чувства (того чувства, которое и порождает "естественные религии", сиречь язычество) светом ясных истин Откровения. Своими книгами и лекциями я пробую защитить Православие от протестантских нападок[228]. Значит, для меня полемика с псевдоправославным язычеством не новая тема, а прямое продолжение защиты Православия от протестантизма. Полемика с псевдоправославными апокрифами оказывается просто-напросто необходимой частью миссионерской работы с протестантами. Нельзя вести с протестантами честный диалог, отмечая в их доктринах отклонения от библейских истин, и при этом молчать по поводу искажения Писания в православном быту, а сегодня даже и в литературе. Нельзя обнаруживать сучки в их глазах, при этом не обращая внимания на то, что в своих собственных впору устраивать лесозаготовки...

Постоянный миссионерский аргумент в диспуте с протестантами - это призыв сравнивать не грехи тех или иных православных с добродетелями баптистов, а сравнивать и сопоставлять вероучения. Но если оказывается, что книги, продаваемые в храмах и монастырях, выпускаемые церковными издательствами и имеющие соответствующее благословение (и тем самым воспринимаемые как вероучительные), несут в себе откровеннейший заряд оккультизма, - то защищать Православие становится сложнее. В таких случаях необходимо следовать той тактике, которую предлагал еще в начале века славянофил Ю. Самарин: "Когда крепость готовится встретить осаду, гарнизон начинает с того, что сам налагает руку на предместья: не задумываясь и не давая места неразумной пощаде, он сносит и выжигает все деревянные хижины, всю соломенную гниль, все ненадежное и неустойчивое, все, что снаружи пристроилось к кремлевской стене и чем бы непременно воспользовался бы неприятель для подступа. Пора и нам такою же добровольною жертвою очистить и спасти на поприще духовного боя вверенную нам твердыню"[229].

Если во времена митрополита Платона разговор о недоброкачественности некоторых церковных книг мог вызвать смущение у "малосмысленных", то сегодня, напротив, отсутствие такого разговора порождает вполне законное смущение у множества думающих людей: как церковных, так и сочувствующих Православию, как светских, так и прямых протестантов. Апостол Павел ради того, чтобы не быть препятствием для обращения других людей, отказывался от употребления мяса (1 Кор. 8, 13), то есть от действия, которое само по себе вполне безгрешно, но которое выглядело соблазнительным в глазах некоторых собеседников апостола. Нам же ради приближения людей к Церкви и ко Христу тем более надо уметь отказываться от того, что греховно не только в глазах некоторых людей, но и по своей сути, - отказываться молчать при виде перемешивания язычества и Православия.

В числе псевдоцерковных книг, на которые надо ставить гриф: "Перед прочтением - сжечь" и от которых надо защищать и православный люд, и память тех подвижников, кому эти книги посвящаются, на первом месте оказывается наипопулярнейшая книжка - "Сказание о житии блаженной старицы Матроны". Тираж - 100 000. Со страниц этой книги подвижница, которая, по мнению Синодальной комиссии по канонизации святых, достойна прославления и почитания как местночтимая святая, предстает, скорее, в качестве колдуньи. Именно распространение такого рода книг хулит память святых, а никак не критика подобного рода апокрифов.

Книжка удачная, - читая ее, так и слышишь неподдельные разговорные интонации, бабушкины пересуды. В качестве источника по этнографии, по народным верованиям она - ценна и незаменима. Но боюсь, что издана она не для этнографов. И читается она, скорее, как введение в мир Православия. Но Православие, предстающее со страниц этой книжки, - очень уж странное. На всю книжку в 126 страниц - ни одной цитаты из Евангелия. Лишь на последней страничке приведено одно изречение апостола Павла - и это единственное место из всей Библии, воспомянутое составителями и рассказчиками.

Даже имя Христово практически отсутствует в этой книжке. Все связывают свои надежды и верования только с Матронушкой. "Умру, ходите ко мне на могилку, я всегда там буду, не ищите никого другого. Не ищите никого, иначе обманетесь"[230]. "Видя все это, я как-то сказала: "Матушка, как жалко, что никто из людей не узнает, какие чудеса Богом вы творите", а она мне в ответ: "Как это не узнают? Узнают. Ты и напишешь... Цепляйтесь все-все за мою пяточку, и спасетесь, и не отрывайтесь от меня, держитесь крепче"[231] "И вот вижу сон: стою и смотрю, как матушка облачается в мундир генеральский, царских времен, с аксельбантами, лентой полосатой через плечо, и прикрепляет на груди множество значков, а я спрашиваю: "Матушка, что это такое?" Она отвечает: "Это регалии - мои заслуги перед Богом". Я спрашиваю: "А куда же Вы так одеваетесь?" А она недовольно: "Куда-куда?.. К Самому Богу Саваофу на поклон""[232].

Не помню я такой интонации ни у кого из святых древности. Никто не называл себя "столпом России"[233]. Никто не говорил о своих "заслугах", никто не считал себя последним праведником на земле. Оптинский старец Макарий именно мнение человека о себе самом считал критерием его праведности: "Из одного этого, что странник говорит вам: "В доме вашем стала умножаться благодать" (а вы пишете, что ничего особенного не видите и не понимаете), и угрожает, говоря, что "если не станете его принимать, то смотрите не потужите, что не будет ходить", и еще говорит, что "весь град его молитвами держится", нельзя поверить его святости; нигде не видим в житиях, чтобы святые или праведные сами о себе так проповедовали, а напротив, считали себя прах и пепел и недостойными, а благодать Божия действовала чрез них"[234].

Но не только по этой причине книжка с такими сентенциями должна быть изъята из православной книготорговли. По сути своей тот взгляд на Матрону, который выражен в этой книге, не является православным. Это, скорее, жизнеописание какой-нибудь магической целительницы и ясновидицы вроде Ванги, но не христианки.

Религиозная жизнь персонажей этой книжки вращается главным образом вокруг "сглазов" и "порчи". "К матушке приходили разные люди, в том числе и темные, после которых она болела, сникала и говорила: за борьбу с ними она расплачивается болезнями. Рассказывала она мне, что сидячей стала так: шла в храме после Причастия и знала, что к ней подойдет женщина и отнимет у нее хождение. Так и было"[235]. "Матушка сказала: "Бывают мнимые болезни, их насылают. Боже упаси поднимать на улице что-либо из вещей или денег"[236] "В дни демонстраций Матушка просила закрывать окна, форточки, двери. Полчища демонов заняли все пространство, весь воздух и объяли всех людей"[237]. Оказывается, оконное стекло может остановить демонов. Живи под стеклянным колпаком - и спасешься... Но не стоит на это надеяться. Как предупреждал преподобный Антоний Великий: "Если бы демоны обложены были бы такими же телами, как и мы, то могли бы они сказать: людей укрывающихся мы, мол, не находим, а найденным причиним вред. Тогда и мы могли бы укрыться и утаиться от них, заперев двери. Но они не таковы; могут входить и в запертые двери" (свт. Афанасий Великий. Житие Антония, 28).

Так что же это за "насланные болезни", что это за "сглазы" и "порчи"?

Поскольку эти слова не встречаются в богословских словарях и энциклопедиях, равно как и в серьезных богословских трудах, то они нуждаются в особом пояснении. Если эти слова пришли не из церковного языка, то откуда же? Из язычества, из народничества, из фольклора. Из мира сплетен и преданий, перешептываний и сказок они сейчас, во время повального интереса к магии, проникают в мир книг.

Поскольку же мы ничего не узнаем о "порче" из книг по богословию и истории церковной мысли, то надо обратиться к историкам, изучавшим народные верования. Н. Костомаров так пишет об этом народном убеждении: "Под именем порчи в обширном смысле разумелось вообще нанесение вреда человеческому здоровью от злоумышления или зложелательства при участии нечистой силы; но в тесном смысле сюда относились по преимуществу те нервные болезни, которые внезапностью и исключительным ужасом припадков потрясают воображение, настроенное к таинственным толкованиям... Порча сообщалась через разные предметы, посредством ветра и выимки следа. Равным образом колдуны пересылали свое зложелательство через подмет разных вещей, к которым случайно мог прикоснуться тот, на кого обращалось злое намерение. Не только верили, но даже избегали сомненья в том, что причины таких явлений надобно искать исключительно во влиянии злых духов, а не в обыкновенной природе. Очень часто появлялись беснующиеся и кликуши. Кликушами они называются потому, что кликали на кого-нибудь, то есть указывали, что такой-то их испортил. О таких бесноватых ходили изустно и письменно истории самые мрачные и вместе самые затейливые. В одном из сборников XVII в. есть повесть об одной священнической дочери, в первую ночь своего брака подвергнувшейся власти бесов, потому что муж ее неосторожно вышел, оставив дверь отворенной и неосененной крестным знамением. Бесы таскали ее на болото, терзали и мучили. Она делалась беременной и рождала чудовищ, наподобие змей, которые сосали ее до крови... Появление кликуш в городах было истинным наказанием для всего общества; их указания часто принимались и преследовались судом. По одному клику бесноватой женщины брали обвиняемого ею человека и подвергали пыткам; иногда притворные кликуши служили орудием корыстолюбивым воеводам и дьякам; последние нарочно подущали их обвинять богатых хозяев, чтобы потом придраться и ограбить последних. А если кто-нибудь, обезумленный страданиями пытки, наскажет на себя, что он действительно колдун, того сжигали на срубе. Между тем правительство, получив известие о распространении порчи и появлении кликуш в каком-нибудь крае, посылало туда нарочных сыщиков отыскивать и выводить ведунов и ведуний; всеобщее зло удваивалось. Часто обыкновенная болезнь человека служила началом дела о колдовстве. Больное воображение искало причин болезни и тотчас нападало на мысль, что болезнь происходит от супостата. Томит сухота сердечная, есть-пить не хочется, свет белый не мил - верно, напустили, может быть из-под ветру или со следа, а может быть, зелия чревно-отравного дали, что чаровница собрала в ночь Купалы. Домашние придумывали, от кого бы могла случиться беда. Они имели право указывать на ведуна и просить сыску; а нужно, чтобы только заподозрили в ведовстве, - до пытки не далеко. Самый ничтожный факт, если его не могли объяснить, достаточен, чтобы обвинить человека в колдовстве... Во время войны боялись, чтобы чужие государи не подослали волшебниц испортить государеву семью. Опасение, чтобы лихие люди не нанесли порчи царю и царскому семейству, не имело границ. Чуть только случилось прихворнуть государыне или кому-нибудь из царских детей, сейчас подозревали, что их испортили, сглазили или напустили на них худобу. Если в домашнем царском быту возникал какой-нибудь спор между супругами, - и этому искали причины в ведовстве и порче. Болезнь царского младенца приписывалась сглазу и порче"[238].

"В старину ни одно дело не обходилось без обвинений в чародействе", - пишет исследователь русского фольклора А. Афанасьев[239]. "И до сих пор (работы Афанасьева выходили в 1860-х годах) простой народ думает, что все калеки, расслабленные и хворые изурочены колдунами и нечистой силой; всякое телесное страдание и всякое тревожное чувство приписываются порче "недобрых людей", их завистливой мысли, оговору и сглазу и называются напускной тоской; нервные болезни - кликушество, икота и падучая, а равно грыжа, сухотка и колотье признаются поселянами за действие злых духов, насланных на человека на срок или навсегда мстительным колдуном. Сами больные, разделяя то же убеждение, выкрикивают во время припадков имена своих врагов, подозреваемых в наслании болезни, и обвиняют их в этом мнимом преступлении"[240].

И даже прямое противодействие церковных проповедников этому верованию перетолковывалось в его же пользу. Так, когда в XIX столетии священник попытался разъяснить крестьянам, что подозреваемая ими женщина никак не виновата в "порче", то есть в том, что в деревне развелось множество истеричек-кликуш, крестьяне решили, что колдунья испортила и батюшку, который однажды зашел к ней в хату и пил у нее чай. "Пошли разные толки и рассказы о том, будто бы во время службы батюшка забывает выходить с Дарами, не может вынести креста, так как он сам "спорчен". Все это оказалось игрой воображения, лишенного всякого основания, и показывает, какой высокой степени нервного возбуждения достигло все население, едва не впавшее в массовые галлюцинации"[241].

Знаменитый исследователь русского языка и народной культуры В. Даль с горечью пишет о том же суеверии: "Нигде не услышите вы столько о порче... как на Севере нашем... Болезнь эта передается от одной бабы к другим, потому что им завидно смотреть на подобострастное участие и сожаление народа, окружающего кликушу и нередко снабжающего ее из сострадания деньгами... Покуда на селе только одна кликуша, можно смолчать, потому что это бывает баба с падучей болезнью, но как скоро появится другая и третья, то необходимо собрать их всех вместе в субботу перед праздником и высечь розгами. Двукратный опыт убедил меня в отличном действии этого средства: как рукой снимет"[242].

Официальное и церковное отношение к этим повериям было двояким. Безусловно, чародейство считалось грехом. Но признавалась ли действенность этих чар?

С одной стороны, даже в крестоцеловальных записях на верность царю Борису Годунову содержалось обещание "государю, царице и их детям зелья лихого и коренья не давати, и не испортити, да и людей своих с ведовством да со всяким лихим зельем и с кореньем не посылати и их, государей, на следу всяким ведовским мечтанием не испортити, ни ведовством по ветру никакого лиха не посылати и следу не выимати"[243]. Воеводу князя Михаила Воротынского обвиняли в связи с ведьмами. Когда связанного князя привели к Ивану Грозному, царь спросил его: "Се на тя свидетельствует слуга твой, иже мя еси хотел очаровать и добывал еси на меня баб шепчущих". - "Не научихся, царь, - отвечал знаменитый воин, - и не навыкох от прародителей своих чаровать и в бесовство верить, но Бога единого хвалити"[244].

С другой стороны, церковные кары для чародеев были слишком мягки. За те грехи, за которые в Европе в средние века сжигали, на Руси лишь налагали епитимьи. По наблюдению историка, к великой чести нашего духовенства надо сказать, что у него колдуны отделывались куда дешевле, чем у западного. В том самом XVI веке, когда в Европе пылали костры, на которых горели живьем сотни ведьм, наши пастыри заставляли своих грешников только бить покаянные поклоны... Для наших патриархов, митрополитов и прочих представителей высшего духовенства ведун, ведьма были люди заблуждающиеся, суеверы, которых надлежало вразумить и склонить к покаянию, а для западноевропейского папы, прелата, епископа они были прямо адовым исчадием, которое подлежало истреблению"[245]. Обращает на себя внимание мягкость этих епитимий. Так, в патриаршей грамоте на основание Львовского братства 1586 г. предписывается за чародейство "епитимья 40 дней поклонов по 100 на день"[246]. Если бы издатель этой грамоты полагал, что колдовство действенно и может по-настоящему навредить человеку и даже погубить его жизнь и здоровье или, что еще хуже, привести ко вселению беса в ни в чем не повинного человека, - то епитимья должна была бы быть значительно строже и, как минимум, приравниваться к епитимье за убийство.

В синодальную эпоху церковное и государственное отношение к верованиям в "порчу" становится более определенным.

Духовный Регламент обязывает епископов: "Спросит же епископ священства и прочих человек: "Не делаются ли где суеверия? Не обретаются ли кликуши?""[247].

Со ссылкой на Регламент Императрица Анна Иоанновна дала соответствующий указ Синоду: "Сего ноября 15 дня (1737 г.) в полученном Ея Императорского Величества за подписанием собственныя ея Императорского величества руки Святейшему Синоду в указе, сего же ноября 14 дня состоявшемся, объявлено: может-де памятно быть не токмо суду, но и прочим духовным и мирского чина подданным Ея Императорского Величества, тщательным к твердому содержанию веры и Закона Божия и догматом церковным людям, какия в прошедших летах явились в Российской Империи от некоторых не знающих совершенно закона и правил и истинного ко спасению души пути самовымышленныя к поколебанию и сумлительствам простого народа разные суеверия, между которыми находились инде кликуши; но все такие бездельные суеверцы тогда же, по взятии их к следствию, в тех противных закону и совести продерзостях признались и за то жестоко наказаны, и впредь того во всей Ея Императорского Величества Империи не токмо указами предецессоров Ея И. В. прилежно предостерегать и таких суеверцев, где б иногда кто явился, хватать и наказывать повелено... и каждому архиерею в своей епархии тщательно наблюдать и смотреть о кликушах, чтоб оных до суеверных шалостей не допускать; и для лучшего того смотрения указано епископам по всем городам учредить из духовного чина нарочных благочинных, которые б, сколь скоро где что в народе к суеверию подлежащее появилось, тотчас объявляли о том им"[248].

13 мая 1773 г. последовал указ Синода о воспрещении духовенству петь молебны и читать слово Божие над кликушами и прочими порчеными людьми, о которых "не иное должно иметь рассуждение, как о прямом притворстве и обмане и суеверии"[249].

Ст. 937 Уложения о наказаниях Российской Империи гласила: "Так называемые кликуши, которые делают на кого-либо наветы, утверждая, что он причинил им зло будто бы посредством чародейства, подвергаются за сей злостный обман: заключению в тюрьме на время от 4-х до 8-ми месяцев"[250]. Эта норма закона не была вполне бездейственной. Так, в 1861 г. Екатеринославская уголовная палата признала священника Донцова виновным в распространении суеверных представлении о "порче" и кликушестве[251].

Впрочем, не только некоторые представители духовенства продолжали рассказывать о "порчах". Было бы странно, если бы это общенародное убеждение вовсе не просочилось на страницы церковных книг.

 

– Конец работы –

Эта тема принадлежит разделу:

Православие и современность. Электронная библиотека оккультизм в православии

Диакон андрей кураев..

Если Вам нужно дополнительный материал на эту тему, или Вы не нашли то, что искали, рекомендуем воспользоваться поиском по нашей базе работ: Второе пришествие апокрифов 3

Что будем делать с полученным материалом:

Если этот материал оказался полезным ля Вас, Вы можете сохранить его на свою страничку в социальных сетях:

Все темы данного раздела:

Об авторе
Диакон Андрей Кураев родился 15 февраля 1963 года в Москве, выпускник философского факультета МГУ, кандид

Александр Мень: потерявшийся миссионер
Встретив впервые книгу отца Александра Меня "Магия, оккультизм, христианство. Из книг, лекций и бесед" (М., Фонд имени Александра Меня, 1996), я обрадовался. Оснований сомневаться в том,

Церковная награда - проповедникам оккультизма
На прошедших в конце января 1996 г. в Москве Рождественских педагогических чтениях высокая церковная награда - орден святого князя Даниила Московского - был вручен академикам А. Л. Яншину и И. В. Б

Еще раз об орденах и оккультистах
Моя статья в прошлом номере "Радонежа" "Церковная награда - оккультистам" вызвала разные толки. В ней шла речь о том, что председатель Отдела религиозного образования и катехиза

Как меня критикуют - 1
После выхода двух моих статей о награждении оккультистов церковными орденами естественно было ожидать реакции. Я надеялся, что хоть тень раскаянии проскользнет в этих ответах. Произошло иначе. В

Если церковные ордена даются оккультистам, то что остается на долю православных?
По мере ознакомления со статьей В. Л. Шленова моя радость возрастала. Всегда приятно слушать человека, излагающего суждения, близкие к собственным. Как и Валерий Львович, я считаю, что в возвращени

Отдел религиозного образования и катехизации предлагает заняться магией
В книжном магазине Отдела религиозного образования и катехизации Московского Патриархата - новинка. Русский перевод книги Томаса Шипфлингера "София-Мария. Целостный образ творения".

Как меня критикуют - 2
Как и в первом случае, Отдел религиозного образования встал на путь оправдания своих странных действий. На этот раз мне было отправлено открытое письмо Валентина Никитина, члена-корреспондента Р

Вероотступничество как частное дело христианина
Появление Валентина Никитина в "Журнале Московской Патриархии" и в "Богословских трудах" было подлинной радостью и самым неожиданным и приятным событием в русской церковной журн

Как меня критикуют - 3
Как ни странно, дискуссия с ОРОК на этом не закончилась. В. Никитин направил мне очередное открытое письмо (от 20 сентября 1997 года). Здесь оно публикуется (с сокращениями) впервые.

"Экологическое мышление" новое слово для старого язычества
Поскольку дискуссия вращается вокруг довольно очевидных вещей, постараюсь в новом ответе быть кратким. 1. То, что автор - священник, никак не гарантирует того, что всё, вышедшее из-под его

Церковное не-отношение к валеологии
Много было неудач в церковной жизни 90-х годов. Многое из того, что должно было бы состояться, не состоялось. Многое из планировавшегося "не удалось. Да и немалое число реализованных проектов

Виктор Аксючиц под тенью оккультизма
Виктор Аксючиц - лидер Российского христианско-демократического движения. Если два слова пишутся через дефис, значит, между явлениями, обозначаемыми этими словами, довольно непростые отношения. Сое

Второе пришествие апокрифов: проповедь о "порче" вместо проповеди о Христе
К сожалению, несмотря на наши предупреждения, в ряде храмов по-прежнему продается литература, носящая неправославный характер, несущая суеверия... Патриарх Алексий II[180]

Второе пришествие апокрифов 2
В условиях, когда лишь один священник из десяти имеет хотя бы семинарское образование (а такова сегодня статистика нашей Церкви после того, как 200 000 священнослужителей было расстреляно большевик

Второе пришествие апокрифов 4
В требниках печатались молитвы, неотличимо похожие на заклинания. "Заклинаю вас, червие, гусеницы, мыши, мухи, мравие, Богом Отцом Безначальным и Сыном Его Собезначальным и Единосущным и Духом

Второе пришествие апокрифов 5
От тех же страхов избавлял свою паству и святитель Иоанн Златоуст: "Бесы без Его позволения не смеют даже прикасаться и к свиньям... Что бесы ненавидят нас более, нежели бессловесных животных,

Второе пришествие апокрифов 6
Очень многое в нашу церковную жизнь приходит минуя цензуру богословского разума. Приходит, обживается. И спустя несколько поколений уже начинает казаться частью Предания (скажем, убеждение в том, ч

Второе пришествие апокрифов 7
В замечательной книге С. Фуделя "У стен Церкви" рассказывается о похожем случае. Один монах, тяжело потрясенный кощунственным вскрытием мощей преподобного Сергия Радонежского большевиками

Второе пришествие апокрифов 8
Так что, - может, правы Е. Блаватская с ее "элементалями" и Даниил Андреев со своими "стихиалями"? Может, правы "магистры магии", уверяющие, что "порчу" с че

Конец света в 1997 году: предсказание "православных" рериховцев
Уже несколько лет мне приходится постоянно разъяснять: рериховское учение - это учение религиозно-сектантское и движение рериховцев есть именно секта. Как всегда в таких случаях в ответ сыпались об

Как меня критикуют - 4
26 июня 1997 года правление Международного центра Рерихов выпустило "Обращение к представителям рериховских организаций" (Исх. № 170-1/25), в котором, в частности, говорится:

В защиту богословия
Богословие - это догматика. Догматика это оковы мысли. Догматика - это схоластика. Схоластика - это скучно и безжизненно. Догматика - это осуждение "ересей". Догматика это нетерпимость.

Хотите получать на электронную почту самые свежие новости?
Education Insider Sample
Подпишитесь на Нашу рассылку
Наша политика приватности обеспечивает 100% безопасность и анонимность Ваших E-Mail
Реклама
Соответствующий теме материал
  • Похожее
  • Популярное
  • Облако тегов
  • Здесь
  • Временно
  • Пусто
Теги