Одна шестая — много или мало.

Толерантность — терпимость, способность уважать инакомыслие, начинать общение с позиции поиска точек соприкосновения, объединяющих мотивов и целей; своим поведением, мимикой и аргументацией показывать искреннее уважение и к самому собеседнику, и к его позиции, точке зрения.

Словарь риторики

Помните, мы обсуждали, что порядка пяти шестых восприятия информации передается формой и только одна шестая — содержанием сообщения? Настало время поговорить именно о том, что вы говорите. О способе формирования содержания. Об оформлении речи.

Правда, совсем чуть-чуть — только в контексте подстройки и ведения.

Чебурашка подходит к крокодилу Гене:

— Гена! Верни мне мои пять рублей!

— Пять рублей? Какие еще четыре рубля? А, та самая трешка? Ну хорошо, сейчас найду твои два рубля… Держи свой рубль.

В какой-то степени, подстраиваться на уровне содержания мы давно умеем. Действительно, мы уже четко знаем, что присоединение начинается с согласия. С принятия взглядов другого человека. С готовности выслушать его мнение и желания искать и находить общие точки на ваших картах реальности.

Пусть, еще не все могут позволить себе такую роскошь — уважать убеждения соседа. Пусть, им еще трудно поверить, что существуют и другие точки зрения. Возможно, они еще не в состоянии признать правоту оппонента. Я не стану на них давить. Они могут оставаться при своем мнении. И отстаивать его перед кем-нибудь другим.

"Не стоит прогибаться под изменчивый мир.

Пусть лучше он прогнется под нас!"[55]

Они всю жизнь этим и занимаются — подгоняют мир под формочку своей карты. Ради Бога! Это их право. Как и право мухи на стекле — раз за разом биться головой о перегородку, когда рядом открытая форточка.

А мы с вами уже давно знаем, что за подстройкой может следовать ведение, и как только мы приняли и признали право другого на правоту, мы открываем ворота к взаимному сотрудничеству. Если вы не посягаете на его модель мира, он уже может убрать все свои запоры и защитные приспособления и пойти к вам навстречу.

"Сила действия равна силе противодействия" — записал Ньютон несколько веков назад. Как только вы соглашаетесь с оппонентом, он уже просто не в состоянии спорить. Ему просто не с кем этого делать! И даже удар, нанесенный им по вашей, предельно мягкой и гибкой, позиции, не в состоянии нанести вам ни малейшего вреда. Он просто проваливается в никуда.

Самое удивительное, что признавая возможность другого говорить разумные вещи, мы действительно можем найти в его словах множество полезной информации. Внести свежую струю в свою модель мира.

Женщина жалуется врачу-психиатру:

— В последнее время мой муж ведет себя очень странно: выпив кофе, съедает фарфоровую чашку, оставляя только ручку.

— Странно, — говорит врач, — ведь самое вкусное — это ручка.

И присоединившись к его идеям, мы уже можем начинать вести его к новым мирам. Проявив внимание к мнению собеседника, мы действительно узнаем, как устроена его модель мира.

А зная это, нам уже не составляет никакой сложности упаковать свои реплики в приемлемую для него форму. Таким образом, чтобы ему было легче их понять и принять. Мы можем буквально работать в мире его понятий, говорить на его языке.