рефераты конспекты курсовые дипломные лекции шпоры

Реферат Курсовая Конспект

Одна в глуши

Одна в глуши - раздел Литература, Кейт форсайт старая сказка   Скала Манерба, Озеро Гарда, Италия – Апрель 1600 Года...

 

Скала Манерба, озеро Гарда, Италия – апрель 1600 года

 

Лезвие кинжала устремилось к горлу Маргериты.

Она перехватила запястье ведьмы. К своему удивлению, у нее достало сил вырвать у колдуньи кинжал. А ведь La Strega всегда казалась ей такой сильной. И только сейчас Маргерита заметила, что она и ростом не уступает ведьме. Она перестала быть маленькой девочкой.

Кинжал со звоном полетел на пол. Маргерита с трудом поднялась на ноги, в панике оглядываясь по сторонам в поисках какого‑либо оружия. La Strega вновь схватила свой кинжал. Оскалив зубы, она замахнулась, и клинок со свистом рассек воздух. Маргерита испуганно попятилась, задев бедром буфет. Она зашарила рукой по столешнице, ища что‑либо, чем можно было бы ударить ведьму. И тут пальцы ее наткнулись на тяжелую серебряную сеточку для волос. Девушка изо всех сил швырнула ее в колдунью.

В сердце ее раздался бессловесный крик.

Каким‑то непонятным образом сеточка в полете перевернулась и раскрылась. Она накрыла колдунью, словно рыболовной сетью, и пригвоздила ее к земле, не давая пошевелиться.

На мгновение и Маргерита застыла на месте, изумленно глядя на дело рук своих. А потом ее захлестнула дикая радость. Отчетливо выговаривая каждое слов, она принялась читать нараспев:

– Силой трижды трех, я привязываю тебя к себе.

 

Отныне ты не смеешь ни говорить обо мне,

Ни поднять на меня руку,

Ни сделать хоть шаг из этого места,

Где я запираю тебя.

 

Ведьма ахнула и схватилась за сердце. Ее золотисто‑коричневые глаза потемнели от ярости и страха. Она попыталась заговорить, но язык отказался ей повиноваться. Маргерита рассмеялась и подхватила с пола свою зимнюю накидку и мешок с провизией. Волосы казались ей непривычно легкими, и кончики их ласково щекотали девушке шею. Поспешно порывшись в мешке с мукой, она достала оттуда обручальное кольцо и сдула с него белую пыль на беспомощную ведьму.

– Он любит меня, а я люблю его. Бедняжка, вы, наверное, никогда не могли сказать о себе того же?

Маргерита надела кольцо на палец. Кинжал ведьмы, поблескивая, валялся на полу. Обернув руку накидкой, она подняла его и выбросила в окошко – ни за что на свете она не прикоснулась бы теперь к чему‑либо, что принадлежало колдунье, – а потом заглянула под кровать, где лежал нож Лучо. Прицепив его на пояс, Маргерита выпрямилась, чувствуя, как от радости у нее кружится голова.

Но как же выбраться наружу? La Strega была прикована к ковру серебряной рыбацкой сетью. Скатать ковер, добраться до потайного люка и спуститься в подвал, где лежала оставленная Лучо веревка, было невозможно. Взгляд ее, блуждавший по комнате, наткнулся на щетку и серебряную ленту, лежавшие на буфете. Сеточка для волос, которую дала ей ведьма, превратилась в сеть, приковавшую ее к месту. Интересно, что можно сделать со щеткой и лентой?

Маргерита расхохоталась. Она сунула щетку в карман и поспешно привязала один конец ленты к крюку в стене. Выбросив другой конец из окна, она увидела, как он стал толще и удлинился, на глазах превращаясь в прочную серебряную веревку, которая скользнула вдоль башни вниз, к подножию, исчезая в темноте.

Маргерита взобралась на подоконник и принялась осторожно спускаться по веревке вниз, перебросив мешок через плечо. Ладони вспотели от страха. Тело налилось свинцовой тяжестью, руки дрожали. Она сосредоточилась на том, чтобы медленно перебирать ногами, упираясь ими в стену башни и не позволяя себе думать о пропасти, разверзшейся под нею. С каждой минутой мешок все сильнее давил на плечо.

Спуск показался ей бесконечным. Наконец ветер, старавшийся оторвать ее от стены, ослабел, и звуки ночи стали другими, приглушенными и более интимными. Девушка рискнула посмотреть вниз и поняла, что земля чернеет уже совсем близко. Когда же нога наткнулась на что‑то твердое, мышцы не выдержали и она мешком повалилась на каменистую поверхность.

– Синьора, что случилось? – раздался позади нее высокий писклявый голос. Из темноты к ней шагнула чья‑то гигантская тень. Маргерита пронзительно вскрикнула, сунула руку в карман платья, выхватила оттуда щетку для волос и метнула ее под ноги гиганту. Вокруг него мгновенно вырос колючий терновник, а Маргерита бросилась прочь, в темноту.

Склон был каменистым и крутым, освещенным лишь слабым светом луны. Она то и дело падала, обдирая в кровь коленки и руки. Платье ее порвалось в нескольких местах, живот сводило судорогой от боли. Маргерита пыталась успокоиться, шагать размеренно и осторожно, но страх дышал ей в затылок, как стая гончих. Ничего не видя перед собой, она слепо бежала вперед.

«Я должна найти Лучо, – думала она. – Он поплыл на север, к месту, где растут лимоны». Она не знала, в какой стороне находится север, но следовала изгибу озера, который все дальше уводил ее от башни, помня неопределенный жест Лучо.

Сердце ее испуганно замирало от каждого шороха, и душа уходила в пятки. Окружающий мир казался мрачным и угрожающим. Скоро она не сможет бежать. Девушка присела на минутку, чувствуя острую боль в боку, но потом вскочила на ноги и заковыляла прочь.

Панорама рассвета стала для нее самым прекрасным зрелищем, какое она когда‑либо видела. Бездонное и прекрасное, над ней раскинулось небо, усеянное клочьями длинных облаков, похожих на распущенные девичьи волосы, и расчерченное малиновыми, розовыми, золотистыми и синими полосами. Внизу лежала сверкающая теми же цветами гладь озера. Куда бы она ни посмотрела, открывающиеся виды радовали глаз. Вдаль убегали горные кряжи, суровые вершины которых отливали бронзой. По воде скользила лодка с красно‑желтым парусом, а рядом, дробясь на волнах, бежало ее отражение. Птицы щебетали и чирикали во все горло, и каждая новая трель и рулада приводили ее в восторг.

В изгибе залива лежала маленькая деревушка, из высоких труб вился дым. Маргерита, хромая, направилась в ту сторону, раздумывая над тем, стоит ли ей входить в нее, чтобы попросить о помощи. Наверняка кто‑нибудь сможет помочь ей. Но потом она увидела на берегу мужчин с коричневыми от загара руками, которые вытряхивали рыбацкие сети и развешивали их для просушки. Сердце ее вдруг преисполнилось страха. Она вспомнила о ведьме, пытавшейся выбраться из‑под серебряной сеточки. Пожалуй, La Strega уже сумела освободиться, и сейчас наверняка преследует ее по пятам.

Маргерита повернулась спиной к деревушке и решительно углубилась в лес.

День тянулся медленно. Маргерита шла и отдыхала, шла и снова отдыхала. Она уже не чувствовала ног, а живот у нее болел и раздулся, словно она съела что‑либо непригодное для пищи. К полудню она добралась еще до одного городка, но и его обошла стороной. Мысль о том, что придется заговорить с кем‑либо или объяснять затруднительное положение, в котором она очутилась, привела девушку в ужас. Она хотела только одного – найти Лучо.

Постепенно горы подступали все ближе к берегу, огромные и серые. Идти вперед было невозможно. Отвесные скалы вздымались прямо из воды, уходя высоко в небо. Даже ее башня рядом с ними показалась бы крошечной.

Маргерита устала настолько, что больше не могла сделать и шагу. Завернувшись в шаль, она улеглась под деревом. Ей было холодно и неудобно, и девушка подумала, что не сможет заснуть. Но потом, сама не заметив, провалилась в сон.

Утром, открыв глаза, она полежала еще немного, будучи не в силах пошевелиться от усталости и окоченения. На шерстинках шали блестел иней. В кустах позади нее вдруг раздался шорох, и она испуганно села, стискивая в ладошке рукоять ножа. Из кустов осторожно вышел олень, устремив на нее бархатные черные глаза. Маргерита замерла, очарованная его красотой. Животное прошло мимо и исчезло в кустах. Она встала и двинулась по едва заметной тропинке, петлявшей меж деревьев.

Тропинка привела ее на лесную поляну. На камне сидела пожилая женщина и с помощью прялки и веретена свивала нить из комков овечьей шерсти. Она была в грубом крестьянском платье, а седые волосы были собраны в пучок и скреплены заколкой из кожи и дерева. Тяжелые веки прикрывали темные глаза. Она подняла голову и улыбнулась, глядя на Маргериту, которая вышла из кустов.

– Доброе утро, – поздоровалась старуха надтреснутым голосом. – Сегодня чудный день для прогулки.

Маргерита застенчиво кивнула и инстинктивно попятилась.

– Хочешь есть? Я только что собралась нарушить свой пост, и ты можешь составить мне компанию, если хочешь.

Старуха отложила в сторону веретено, поставила на колени корзинку и сняла салфетку, под которой обнаружился свежий черный хлеб с фруктами и орехами. В прохладном воздухе над ним еще поднимался легкий парок. В животе у Маргериты предательски заурчало. Пожилая женщина улыбнулась, обнажив беззубый рот. Отломив краюху, она протянула ее Маргерите. От хлеба исходил такой вкусный запах, что у девушки потекли слюнки.

– Хочешь пить? – поинтересовалась старуха, отщипывая кусочки от своей порции. – У меня есть свежее козье молоко.

Она достала из корзинки глиняный кувшин, сняла крышку и передала его Маргерите, которая с жадностью сделала несколько глотков.

– Ну и куда же ты направляешься в такое замечательное утро? – осведомилась старуха.

Маргерита набралась мужества и ответила.

– В Лимоне. Вы не могли бы подсказать мне туда дорогу?

– Лимоне? – удивилась старуха. – В Лимоне легче всего попасть на лодке. Если ты спустишься в порт Десенцано, то сможешь купить место на грузовом корабле.

– У меня нет денег, – сказала Маргерита.

На лице пожилой женщины отразилось беспокойство.

– Если у тебя нет лодки, то пешком предстоит проделать долгий и трудный путь. Ты уверена, что хочешь попасть туда?

– Да, – ответила Маргерита. – Я должна.

– Через горы ведет старая тропа, по которой раньше ходили караваны мулов, – с сомнением протянула старуха. – Но она крутая и узкая, и ею уже давно никто не пользуется.

– Ничего, я дойду, – сказала Маргерита. – Я не знаю, что еще можно сделать.

– А ты не хочешь подождать здесь? Я живу здесь неподалеку, в лесу, и с радостью предоставлю тебе крышу над головой.

– Я не могу ждать.

Маргерита живо представила себе, как ведьма и гигант идут по темному лесу, с каждым шагом приближаясь к ней. Она не могла больше терять ни минуты. Поэтому пожилая женщина объяснила ей, какой дорогой идти через горы, хотя на ее морщинистом лице отражалось нешуточное беспокойство.

– Большое вам спасибо! – вскричала Маргерита.

– Не спеши, – посоветовала ей старуха. – Иначе ты родишь своих малышей раньше срока.

– Малышей? – Маргерита удивилась и испугалась одновременно. – Что вы имеете в виду?

Пожилая женщина указала веретеном на округлившийся живот Маргериты.

– А ты разве не знала? Там у тебя ребенок – даже два, если я не ошибаюсь.

– Ребенок? Два ребенка?

Мысль об этом внезапно наполнила Маргериту жгучей радостью. Ее собственные дети. Ее и Лучо. Вот, оказывается, почему платье стало тесным. Теперь желание найти Лучо лишь усилилось. Она с мрачной решимостью окинула горы взглядом.

– Надеюсь, ты найдешь его. – Старуха вновь взялась за веретено и прялку.

Маргерита поднималась по тропе все выше и выше, оставив лес далеко позади. Ноги и легкие у нее горели, как в огне. С отвесного склона утеса там и сям срывались небольшие водопады, пересекая тропу, отчего она стала скользкой. Девушка касалась рукой скалы, осторожно ступая по камням и медленно пробираясь вперед, несмотря на то, что ее подгоняло желание как можно скорее отыскать Лучо.

За каждым поворотом открывалась очередная панорама гор, долин и быстрых пенистых речек. Там, где тропа расширялась, она присаживалась отдохнуть. Деревьев попадалось совсем немного, но под каждым она собирала упавшие сучья и ветки, пряча их в мешок. Если она захочет приготовить себе горячую еду, ей понадобится костер.

После полудня Маргерита вышла на уступ и впервые увидела озеро далеко внизу. При виде его темно‑зеленых глубин с серебристыми искорками у нее перехватило дыхание, а сердце переполнила болезненная радость. Она уже начала опасаться, что старуха отправила ее не в ту сторону, и она лишь удаляется от озера.

А вскоре ей попался особенно крутой подъем. Маргерита старалась поддерживать огромный живот руками, и мысль о том, что она несет новую жизнь, придавала ей сил и решимости защитить ее.

Похолодало. В расщелинах скал лежал снег, белыми шапками укрывая большие валуны вокруг. Деревья исчезли совершенно, и лишь упрямая трава кое‑где торчала из трещин в сплошном камне. Маргерита собирала сухие листья для растопки, хотя они больно кололи ее озябшие руки.

Вскоре тропинка вывела ее на самую вершину горы, откуда открывался потрясающий вид на озеро внизу и снежные пики горных кряжей, тянувшихся во все стороны, насколько хватал глаз. Холодный ветер пробирал до костей, но она раскинула руки, чувствуя, как замерзают на щеках слезы. «Все это видит орел, – подумала она, – когда парит под облаками. И теперь я свободна, как птица!»

Девушка двинулась дальше, опираясь на суковатую палку. Она миновала скалистый выступ, похожий на большой палец, и вспомнила, что старуха в точности описала ей его. Она шла в нужном направлении.

Всю вторую половину дня она упрямо карабкалась наверх, хотя теперь подъем стал уже не таким крутым. Тропа петляла по зеленым лужайкам и взбиралась на каменистые пустоши, выводя ее на следующую вершину, с которой открывался очередной вид, от которого захватывало дух. Стало так холодно, что было больно дышать, а ноги у нее совсем окоченели. Маргерита сунула ладони под мышки и пошла дальше.

Каждый шаг давался ей с неимоверным трудом. Каждый вдох обжигал легкие. Она то и дело спотыкалась, но упрямо шла вперед. Острая боль в боку подгоняла ее, не давая остановиться. Солнце медленно садилось за спиной, и по заснеженным вершинам гор побежали фиолетовые и розовые тени. Кажется, они тянулись в бесконечность, эти горы, волнистые гряды которых таяли в голубой дымке вдали. Маргерита начала побаиваться, что не сумеет отыскать дорогу вниз. Похоже, она заблудилась. Старуха сказала, что до Лимоне всего один день пути. Хотя, может, она просто идет слишком медленно. Маргерита ускорила шаг.

К тому времени, когда на небе взошла луна, золотистая и надкусанная, как головка сыра, Маргерита ощутила, что боль в боку значительно усилилась. Она накатывала приступами, и промежутки между ними становились все короче. Всякий раз, когда ее пронзало раскаленное копье, она останавливалась и, задыхаясь, пережидала приступ, чувствуя, как земля уходит у нее из‑под ног. Когда же боль отступала, она ослабевала настолько, что долго не могла сделать первый шаг.

Она остановилась передохнуть. Боль навалилась на нее жгучими рычащими волнами, так что перед глазами у девушки поплыли красные круги. Маргерите оставалось только ждать, пока она не пройдет, чтобы, спотыкаясь, двинуться дальше. Вскоре она стала озираться по сторонам, ища хоть какого‑нибудь укрытия на ночь. Наконец тропинка обогнула огромный валун и вывела ее в узкое ущелье, над которым нависли отвесные скалы. В дальнем его конце обнаружилась неглубокая пещера. Рядом из трещины в скале бил маленький родничок. Маргерита наклонилась, чтобы напиться. Вода оказалась ледяной и восхитительной на вкус. Когда же девушка вновь попыталась встать на ноги, мир вокруг нее пустился в пляс, а живот пронзила острая боль. Она ахнула, чувствуя себя котенком, которого несет бурный паводок.

Мало‑помалу боль стихла. Маргерита поняла, что у нее есть всего несколько минут, прежде чем она вернется. Нетвердой походкой она вошла в пещеру и быстро опорожнила свой мешок, собирая в кучу все листья и веточки, которые принесла с собой. Руки у нее дрожали так сильно, что ей понадобилось несколько ударов, чтобы высечь искру и разжечь костер. По стенам пещеры заплясали огненные отблески, и вскоре она начала согреваться.

Она набрала воды в горшок и поставила его на огонь. Когда вода нагрелась, Маргерита скинула с себя верхнюю одежду и вымылась так тщательно, как только могла. О том, как надо рожать, она почти ничего не знала, но полагала, что для этого лучше быть чистой.

По животу вновь растеклась боль. Она согнулась пополам, задыхаясь, и уперлась руками в колени. Когда же боль схлынула, Маргерита села и стала рвать нижнюю юбку на лоскуты. Ей понадобятся пеленки для ребенка и для себя. Но она успела лишь разорвать ткань напополам, когда боль пронзила ее снова, намного сильнее, чем раньше. Она заплакала.

– Мама, ты нужна мне, – сказала она. Звук собственного голоса придал ей уверенности и заставил отступить одиночество. – Как бы мне хотелось, чтобы ты была рядом. Я хочу, чтобы ты знала – я жива. Я знаю, ты любила меня. А ей я никогда не верила. Я имею в виду, что старалась не верить ей. Ой, мама, как мне хочется, чтобы ты была рядом!

Маргерита испугалась, что так и умрет здесь, в глуши, одна.

Боль набросилась на нее, как бешеная собака, треплющая в зубах тряпичную куклу. Она скорчилась на полу пещеры. Ей казалось, будто живот выворачивает наизнанку. Из горла вырвался дикий животный крик. А потом вдруг Маргерита испытала резкое облегчение, и между ног у нее потекло что‑то горячее и скользкое. Она сунула туда руки и извлекла на свет Божий ребенка. Это был мальчик, с красным личиком и рыжими волосиками. Он кричал во все горло и беспорядочно размахивал крошечными кулачками. Грудь Маргериты сотрясли сдавленные рыдания. Она села на корточки и прижала малыша к груди. Несколько мгновений она сидела вот так, словно оцепенев, но его громкий плач привел ее в чувство, и она завернула ребенка в кусок материи, беспомощно качая его на руках. Его волосики отражали пламя костра, цветом напоминая только что отчеканенные медные монеты. Глазки его были крепко зажмурены, но кричал он беспрерывно, высоким и пронзительным голосом, как морская чайка. В памяти у нее всплыли виденные в детстве образы Мадонны с младенцем на руках. Она поднесла ребенка к груди и неловко сунула ему в ротик набухший сосок. Мальчик моментально зачмокал и принялся жадно сосать.

И вдруг внизу живота Маргерита ощутила сосущую боль. В следующий миг она стала такой острой, что у девушки перехватило дыхание, а на глаза навернулись слезы. Сын ее недовольно захныкал, когда она непроизвольно вздрогнула. Маргерита с плачем прижала его к себе, а потом быстро положила рядом, на кучу тряпок. Она успела вовремя. Боль, ударившая снизу, была такой острой, что на мгновение она лишилась чувств; мир вокруг перестал существовать. Тело напряглось в последнем усилии, и она почувствовала, как из нее выскользнул еще один ребенок. Это оказалась крошечная девочка с влажными темными кудрями и посиневшим личиком. Она молчала. Маргерита поднесла ее к груди, но малышка обмякла у нее на руках и никак не отреагировала на ее прикосновение. Маргерита в отчаянии стиснула дочку в объятиях, бессвязно шепча:

– Кто‑нибудь, помогите мне, пожалуйста.

Тело девочки покрывала беловатая слизь. Маргерита принялась вытирать ее куском ткани. Ее охватывала паника, и движения становились все более резкими.

– Пожалуйста, не дай моему ребенку умереть, – выкрикнула она и прижала малышку к себе.

Девочка поперхнулась воздухом и закричала. Маргериту охватила слабость. Она завернула дочку в чистый кусок ткани и поднесла ее к груди, а потом второй рукой подхватила сына и пристроила рядом с сестрой. Воцарилась тишина. Маргерита сидела, обессилевшая и ошеломленная, глядя на две крошечные головки, прижавшиеся к ее груди. Одна – огненно‑красная, другая – темная, как ночь.

 

– Конец работы –

Эта тема принадлежит разделу:

Кейт форсайт старая сказка

Старая сказка.. кейт форсайт..

Если Вам нужно дополнительный материал на эту тему, или Вы не нашли то, что искали, рекомендуем воспользоваться поиском по нашей базе работ: Одна в глуши

Что будем делать с полученным материалом:

Если этот материал оказался полезным ля Вас, Вы можете сохранить его на свою страничку в социальных сетях:

Все темы данного раздела:

Язык мой – враг мой
  Замок Шато де Казенев, Гасконь, Франция – июнь 1666 года   Я всегда любила поболтать, а уж сказки были моей страстью. – Вам следует попридержа

Сделка с дьяволом
  Аббатство [15]Жерси‑ан‑Брие, Франция – январь 1697 года   Привратница вела меня по коридору, в который выходили арочные проемы, подд

Воздушные замки
  Аббатство Жерси‑ан‑Брие, Франция – январь 1697 года   В ту ночь я лежала в постели и плакала. Слезы лились ручьем, сотрясая тело и перехват

Полночные бдения
  Аббатство Жерси‑ан‑Брие, Франция – 1697 год   Пробил полночный колокол, и я проснулась, как от толчка. Несколько мгновений я лежала неподви

Сила любви
  Люксембургский дворец, Париж, Франция – июль 1685 года   – Уф! Я больше ни секунды не могла оставаться в Версале. Этот отвратительный запах, жара, толп

Дьявольское семя
  Аббатство Жерси‑ан‑Брие, Франция – апрель 1697 года   Мне казалось, что я падаю в бездонный темный колодец. Ощущение было настольк

Веточка петрушки
  Гора Манерба, озеро Гарда, Италия – май 1599 года   Она была уверена в трех вещах: Ее зовут Маргерита. Родители любили ее. О

Колдунья
  Венеция, Италия – апрель 1590 года   На следующий день Маргерита вновь встретила колдунью. Женщина с глазами льва заглянула в окно мастерской и прямо ч

Любит‑не‑любит
  Кастельротто, Италия – ноябрь 1580 года   – Вся моя семья умерла от ужасной лихорадки, – сказала Паскалина, убирая непослушную прядку волос со лба Марг

Горькая зелень
  Венеция, Италия – январь 1583 года   Мы должны были быть счастливы. И так оно и случилось. Почти. Когда мы поженились, ты была совсем еще мале

Солнечный свет и тени
  Ospedale della Pieta, Венеция, Италия – 1590–1595 годы   Ее день подчинялся строгому распорядку колокольного звона и молитв. Маргерита просыпалась на р

Дрянная девчонка
  Аббатство Жерси‑ан‑Брие, Франция – апрель 1697 года   Сидя на корточках и слушая рассказ сестры Серафины, я вдруг почувствовала резкую боль

Король Франции
  Замок Шато де Казенев, Гасконь, Франция – май 1660 года   Людовик XIV Французский оказался на удивление невысоким молодым человеком с длинными и тяжелы

Легкое помешательство
  Скала Манерба, озеро Гарда, Италия – апрель 1595 года   На следующий день после лунного затмения La Strega показала Маргерите, какими длинными стали ее

Глядя на луну
  Скала Манерба, озеро Гарда, Италия – апрель 1595 года   Маргерита замерла, боясь пошевелиться, стараясь расслышать хоть что‑либо сквозь грохот св

Зарубки на стене
  Скала Манерба, озеро Гарда, Италия – март – апрель 1596 года   Маргерите часто снились эти восемь мертвых девушек. Она настолько сроднилась с их волоса

Шлюхино Отродье
  Венеция, Италия – август 1504 года   Разумеется, на самом деле меня зовут вовсе не Селена Леонелли. И не La Strega Bella, хотя это имя и доставляет мне

Королевские тридцать девять
  Венеция, Италия – май 1508 года   Лагуна искрилась под солнцем, и волны с ласковым журчанием разбегались из‑под носа нашей гондолы. В воздухе зву

Белладонна
  Венеция, Италия – май – август 1508 года   Ярость дала мне силы увести ее прочь. Мать едва передвигала ноги, что было неудивительно. Я буквально волоко

Любовь и ненависть
  Венеция, Италия – 1508–1510 годы   Любовь и ненависть были разменной монетой и движущей силой колдовства. Сад ведьмы мог в равной мере как возбудить сл

Не прикасайся ко мне
  Венеция, Италия – март 1512 года   Я уже в достаточной мере овладела чародейством и колдовством, умела привораживать и отворачивать, знала, как очаровы

Земная любовь
  Венеция, Италия – 1512–1516 годы   Тициан даже не пытался соблазнить меня, несмотря на то, что близилась осень и он нарисовал меня уже во второй раз. А

Тициан и его возлюбленная
  Венеция, Италия – 1516–1582 годы   Но убежать от времени в Венеции было невозможно. На каждой площади стояла церковь, колокола которой отбивали уходящи

Имитация смерти
  Аббатство Жерси‑ан‑Брие, Франция – апрель 1697 года   Любовь может принимать странные формы. Уж кому об этом знать, как не мне. Ко

Сущий пустяк
  Лувр, Париж, Франция – март 1674 года   Страсть, которую мы оба испытывали к изящной словесности, и неуемное желание писать сблизили меня с Мишелем, и

Кокетка
  Париж, Франция – 1676–1678 годы   Своего второго любовника я соблазнила с помощью черной магии. В жизни не собиралась ввязываться в это темное

Прядь волос
  Версаль, Франция – май 1678 года   Всю следующую неделю я высматривала в толпе ничего не подозревающих придворных мужчину, за которого можно было бы вы

Необыкновенная удача
  Версаль, Франция – май 1678 года   – Вам, как всегда, чертовски везет, – проворчал маркиз, пододвигая мне кучку монет. – Клянусь, что перестану играть

Еще одна игра
  Версаль, Франция – июнь 1678 года   Известие о нашей помолвке произвело настоящий фурор при дворе. Улыбаясь, я вручила прошение об отказе от м

Черная магия
  Версаль, Франция – июнь 1678 года   На следующий день я обнаружила, что не могу встать с постели. У меня болело все тело. Губы распухли и воспалились.

Рапсодия
  …Смотри, любовь моя, темнеет, Мы провели наедине Уж целых шесть часов. Боюсь, она придет До наступления ночи, И, обнаружив нас, погубит. Уильям Моррис. Рапунцель &

Пир на весь мир
  Скала Манерба, озеро Гарда, Италия – июнь 1599 года   Комнатка в башне казалась такой маленькой, пока здесь был Лучо. После его ухода она вдруг опустел

Освобождение
  Скала Манерба, озеро Гарда, Италия – июль 1599 – апрель 1600 года   Дни казались бесконечными. Еще никогда Маргерита не чувствовала себя такой

Дело о ядах
  Аббатство Жерси‑ан‑Брие, Франция – апрель 1697 года   Загремел церковный колокол, вырывая меня из объятий жутковатой истории сестры Серафин

Бастилия
  Париж, Франция – январь 1680 года   Меня заперли в каменной клетке. Сквозь зарешеченное окошко под самым потолком в камеру проникал луч света, и взору

Сожжение ведьмы
  Шалон‑сюр‑Марн, Франция – февраль 1680 года   Ля Вуазен сожгли на костре 22 февраля 1680 года. В тот же день король покинул замок

Отмена эдикта
  Аббатство Жерси‑ан‑Брие, Франция – апрель 1697 года   Слова. Я всегда любила их. Я собирала их, словно ребенок – разноцветные камушки. Мне

Пасхальные яйца
  Версаль, Франция – апрель 1686 года   Я сидела с пером в руке, на кончике которого высыхали чернила, и смотрела на чистый белый лист перед собой. Меня

В осаде
  Версаль, Франция – декабрь 1686 – январь 1687 года   Однажды промозглым вечером, вскоре после Рождества, когда туман сырой ватой обернул стволы деревье

Военная хитрость
  Париж, Франция – февраль 1687 года   – Ну, может, теперь мы вернемся в Версаль? – осведомилась вконец измученная Нанетта три дня спустя, когда я в конц

В медвежьей шкуре
  Париж, Франция – февраль 1687 года   – Почему я должен тебе помогать? – спросил он. – Потому что ты – мой должник, – ответила я. – Но

Колокольчики мертвеца
  Озеро Гарда, Италия – апрель – май 1600 года   Наконец малыши заснули. У Маргериты достало сил лишь на то, чтобы подбросить в костер несколько

Богиня весны
  Скала Манерба, озеро Гарда, Италия – май 1600 года   Башня на высокой скале отбрасывала мрачную тень на сверкающие воды озера. Когда маленькая лодочка

Вкус меда
  Замок Шато де Казенев, Гасконь, Франция – июнь 1662 года   Я всегда любила поболтать, а уж сказки были моей страстью. – У тебя мед на язычке,

ПЕРСИНЕТТА
Жили‑были юноша и девушка, которые очень любили друг друга. Наконец они преодолели все трудности и поженились. Счастье их было безграничным, и теперь они желали лишь одного – иметь собственно

Послесловие
  Шарлотта‑Роза де Комон де ля Форс написала сказку «Персинетта» после того, как ее сослали в монастырь Жерси‑ан‑Брие. Она была опубликована в 1698 году в сборнике «

От автора
  «Старая сказка» является, бесспорно, художественным произведением и представляет собой воплощенную игру воображения. Как писала сама Шарлотта‑Роза: «…bien souvent les plais

Хотите получать на электронную почту самые свежие новости?
Education Insider Sample
Подпишитесь на Нашу рассылку
Наша политика приватности обеспечивает 100% безопасность и анонимность Ваших E-Mail
Реклама
Соответствующий теме материал
  • Похожее
  • Популярное
  • Облако тегов
  • Здесь
  • Временно
  • Пусто
Теги