рефераты конспекты курсовые дипломные лекции шпоры

Реферат Курсовая Конспект

Между добром и злом

Между добром и злом - раздел Образование, Лечить или любить   – Скажите, Вы Согласны С Тем, Что Понятия Добро И Зло – Относ...

 

– Скажите, вы согласны с тем, что понятия добро и зло – относительны? – агрессивно спросила сидящая напротив меня дама.

– Гм‑м… Ну, в общем‑то, да, – ответила я.

Я совершенно не разбираюсь в брендах одежды и бижутерии, но что‑то в облике и повадках дамы подсказывало мне: она не из того социального слоя, к которому принадлежит большинство посетителей моей поликлиники. А огромные переливающиеся камни в ее крупных ушах, возможно, – настоящие бриллианты.

– Вы просто так это говорите, это методика, вас так учили – соглашаться, – обвинила дама. – Я знаю, я много книг по психологии прочла.

– Ну вот видите, у нас с вами много общего – мы обе читаем книги, – дружелюбно сказала я, демонстративно применяя еще одну методику. Одновременно это был тест, причем в обе стороны – облик дамы чем‑то смущал меня, и это смущение впоследствии могло мне помешать помочь ей. Если это действительно бриллианты, то зачем она надела их в детскую поликлинику?!

Дама прошла тест на отлично – она улыбнулась, уловив иронию, но не приняв ее за издевку.

– Но вы действительно так считаете – про добро и зло? И знаете примеры? – теперь в ее голосе появились почти жалобные нотки, и я разом поверила, что этот странноватый вопрос действительно для нее актуален, а не является зачином разговора.

– Знаю, – сказала я. – Вот, из последних. Много лет между двумя поселками в Ленинградской области был отвратительный, весь в колдобинах асфальт, по которому не всякая машина проедет. Те, кто решались ехать, ползли с черепашьей скоростью, объезжая ухабы и рытвины. Многочисленные жители этого участка, у которых не было другой дороги, жутко возмущались. Наконец дорогу отремонтировали. Машины понеслись. Но за прошедшие годы в окрестных домах выросло поколение собак и кошек, которые привыкли к медленно едущим машинам и из этого рассчитывали свое передвижение по дороге. Все они погибли под колесами в считаные дни. Буквально в каждом доме вдоль дороги воцарился траур по погибшим любимцам, и все – взрослые и особенно дети, и старики – дружно прокляли отремонтированную дорогу.

– Вот! Вот! – неожиданно возликовала моя дама. – Именно это я и имела в виду! Ведь из рассказанной вами истории не вытекает, что не нужно ремонтировать дороги?!

– Ну разумеется, нет, – вздохнула я. – Но, может быть, перейдем от философии к конкретике? Сколько лет вашему ребенку? Детям?

– У меня один сын. Ему двадцать, – сказала дама.

– Рассказывайте, – я вздохнула еще раз.

– Я росла средней из трех сестер. Старшая была художественно одаренной – прекрасно рисовала, вышивала, делала чудесные поделки из природных материалов, младшая – была совершенно очаровательным ребенком, который вызывал приступ сентиментального умиления у любого, кто ее видел. Несмотря на всю свою ревность, я сама почасту ею любовалась. Я же была никакой – меня просто не замечали. Училась средне, не имела никаких четко выраженных интересов. Родители не требовали от меня ничего особенного и ни о чем не спрашивали. Мы жили не в нищете, но довольно бедно – я все детство донашивала вещи старшей сестры (надо признать, что она была очень аккуратной и одежда мне доставалась в хорошем состоянии). Для младшего ангелочка, конечно, покупалось все новое. Я много читала и, несмотря на то, что наша семья состояла из шести человек, постоянно примеряла на себя судьбы литературных сироток.

Уже тогда я решила: у меня будет только один ребенок, и я сделаю все, чтобы его жизнь была насыщена моей любовью и всякими интересными делами. Наверное, это был зародыш зла…

– Миллионы «никаких» девочек по всему земному шару каждый день думают о чем‑то подобном, – возразила я. – Правда, у большинства впоследствии ничего не выходит…

– У меня все получилось. Я удачно вышла замуж… Не по расчету, не подумайте. Мы все прошли вместе. Наш первый кооператив развалился из‑за ссоры компаньонов. На вторую фирму наехали рэкетиры, и мы почти год скрывались… Потом все наладилось. Дела у мужа резко пошли в гору. Появилось много денег, возможностей…

А потом он бросил ее с ребенком, попробовала догадаться я, поменяв на молодую модельку и откупившись теми самыми бриллиантами и прочими материальными ценностями. Но тут же поняла, что подобная бытовая пошлость ниже заявленного дамой посыла.

– Муж ни в чем меня не ограничивал, и я старалась обеспечить Эдуарда (я поняла, что это имя сына – дань прочитанным в детстве сентиментальным английским романам) только самым лучшим. У него были развивающие игрушки, театр, путешествия, встречи с интересными людьми, все, о чем когда‑то мечтала я сама. Но ему очень быстро все надоедало… Может быть, потому, что и в своих потугах я оставалась «никакой»?

– А что стало с вашими сестрами?

Она пропустила мой вопрос мимо ушей.

– Муж хотел еще детей, но я не согласилась, мне не хотелось лишать сына полного внимания. А Эдуард все больше пугал нас – примерно с тринадцати лет он начал открыто хамить мне, тяготел к странным компаниям и увлечениям, в старших классах поменял три школы, потом два платных института…

– Что стало с вашей младшей сестрой? Где она теперь?

– Откуда вы знаете?! – выкрикнула она. Ее лицо покрылось красными пятнами.

– Я ничего не знаю. Я задаю вопрос как раз для того, чтобы узнать, как реагирует ваш фамильный генотип на режим максимального поощрения.

– Любочка умерла пять лет назад, – дама закрыла лицо руками.

– Что с вашим сыном? Алкоголизм, наркомания, секта?

– Наркотики…

– Послушайте, – я искренне сочувствовала ей, но есть ведь и объективная реальность. – Здесь детская поликлиника. Я не училась и не умею работать с наркозависимыми. Насколько я понимаю, их лечение и реабилитация – это комплексная вещь, включающая в себя медикаментозную терапию. Есть профильные центры и опытные специалисты…

– Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… – вдруг совершенно по‑девчоночьи заканючила она. – Ну поговорите с ним хотя бы разочек. Он вообще‑то хочет жить нормально, как все. А в этих центрах… Где мы только не… Даже в церковном каком‑то приюте… И ничего… Но он же не колется… Почти… Эти препараты…

Я поняла, что все курсы лечения, экстрасенсов и церковные приюты она проходила вместе с сыном. И мне стало ее жаль.

– Ладно, приходите, – ни на что не надеясь, сказала я, почти с чувством вины наблюдая оживление несчастной дамы (вот, совершенно напрасно обнадежила человека!). А потом не удержалась и спросила:

– А эти, у вас в ушах, настоящие?

– Да, – кивнула дама. – Муж подарил на двадцатилетие свадьбы.

– А зачем вы их сюда‑то надели? Или носите, не снимая?

– Нет. Надела как раз от страха, для куража. Я очень боялась, что вы и разговаривать со мной не станете.

 

Эдуард оказался именно таким, каким я его себе представляла. Полубогемный, полуготический юноша с отчетливо выраженной энцефалопатией, вызванной длительным употреблением различных психоактивных веществ. Вполне контактный.

– Все ску‑учно, – говорил он. – Все одинаковое.

– А наркотики – весело? Разное? – спросила я.

– Не. Сначала – интересно немного, а теперь – тоже скучно. Но – привык уже.

Я прекрасно понимала происходящее, но – увы! – от этого никому никакого толка. Всеми позабытая средняя бесталанная сестра, начитавшаяся «Маленького лорда Фаунтлероя» и «Без семьи», попыталась устроить своему сыну ту жизнь, которую хотела бы прожить сама. Но он‑то не был тихой мечтательной девочкой… К несчастью, ее возможности были очень велики, и мальчишку довольно быстро затошнило от англолитературного сиропа, которым его, взращивая, усердно поливали. Он пытался сопротивляться, но члены этой семьи не умели бороться (к этому времени я уже знала, что красавица Любочка приняла смертельную дозу снотворного, поссорившись с очередным любовником) – и он сдался, как и мать когда‑то, уйдя в свой псевдомир. Он просто не мог последовательно и конструктивно идти поперек и гнуть свою линию – его слишком много развлекали, но почти ничему не учили и ничего не заставляли…

Ну и какой прок мне и, главное, матери и сыну, от всех этих психоаналитических изысков?

– Тебе надо делать что‑то простое, – сказала я. – Заставлять себя. Рубить дрова, носить воду, мыть полы, варить суп. Заведи собаку и сколоти ей будку. Сама жизнь все лечит, привязывает к миру.

Он скептически улыбался, потом не без юмора рассказал про свой опыт пребывания в церковном приюте для наркоманов. Я понимала: не то, не то!

Я размышляла, а Эдуард благодушно и вполне бессвязно нес какую‑то чепуху – не то готическую, не то сатанистскую, не то тантрическую. За что зацепиться? Спасти его теперь могла бы только какая‑нибудь штука из разряда «вечных ценностей». Но какая? Религия ими уже испробована, да она и сама – «опиум для народа», источник великих иллюзий. Семья? – Какая наркоману семья! – Родина? – Какая, к чертям собачьим, Родина! Какая‑то неопределенная цепочка ассоциаций (Эдуард – Англия – Ирландия – ирландская сентиментальность – «Унесенные ветром» – Скарлетт О’Хара – желтая земля Тары) заставила меня задать вопрос:

– Эд, у твоего отца есть земля?

– Что? Земля?! – удивленный юноша очнулся от своих грез. – Не знаю. В собственности? Есть, кажется. А зачем вам?

– Значит, так, – сказала я ему. – Земля – одна из базовых ценностей. Ты возьмешь в собственность участок земли (пусть отец его на тебя перепишет), не очень большой, но и не очень маленький, прочтешь соответствующие книги и по всем правилам, собственноручно (это обязательно!) посадишь там яблоневый сад. Будешь ухаживать за деревьями несколько лет, пока они не примутся как следует, – подкармливать, укутывать, красить, лечить, поливать – что там с ними еще нужно делать. Пока они не дадут плодов. И даже если ты потом сдохнешь от передоза или окончательного размягчения мозгов, этот яблоневый сад останется, будет цвести каждую весну и давать плоды каждую осень. Эго будет красиво, понимаешь? Синее небо и бело‑розовые лепестки, кружащиеся по воздуху, или первый иней и красно‑желтые наливные яблочки. Твой след в этом мире.

Мать ждала в коридоре.

– Ну, ну… – не могла утерпеть она. – Что тебе сказали?

– Я должен посадить яблоневый сад, – загипнотизированно сказал Эдуард, глядя куда‑то в пространство.

 

Он посадил этот сад. Своими изнеженными руками. И изучал агрономические пособия, и возился с каждой яблоней, как с ребенком. Но яблони, они как дети – слишком медленно растут. Это потом кажется, что они быстро выросли. Эдуард не выдержал, не успел, сорвался. Его откачали в реанимации, отправили в какую‑то загородную лечебницу. Мать пришла сказать мне об этом:

– Я больше не буду вас мучить, спасибо, вы сделали все, что могли. Знаете… – грустно добавила она. – В бреду он все беспокоился об этих яблонях…

 

Прошло несколько лет. Я уже выходила из поликлиники, когда пожилая регистраторша проворчала мне вслед:

– И все ведь вам, Екатерина Вадимовна, психи какие‑то звонят. А я что – нанялась на второй этаж бегать? (У нас в кабинетах нет телефонов.)

– Не нанялись, – мирно согласилась я. – А чего психи хотели‑то?

– Да и верно, – смягчилась регистраторша. – Я так и подумала: чего доктора попусту беспокоить? Дай да подай ей Мурашову. Я говорю: на приеме, занята. А она тогда: ладно не беспокойте, но передайте, пожалуйста – на яблонях в саду появились первые плоды… Вот ведь новость, правда?

– А мальчик, Эдуард? С ним что? – воскликнула я.

– Про мальчика ничего не было, – уверенно сказала регистраторша. – Заплакала и трубку бросила. И то сказать – сколько ненормальных на свете…

 

Я неаккуратно веду записи, и просмотр старых журналов ничего мне не дал: я не нашла их номер телефона. Но я могу хотя бы надеяться? Ведь яблони – они как дети.

 

– Конец работы –

Эта тема принадлежит разделу:

Лечить или любить

Лечить или любить...

Если Вам нужно дополнительный материал на эту тему, или Вы не нашли то, что искали, рекомендуем воспользоваться поиском по нашей базе работ: Между добром и злом

Что будем делать с полученным материалом:

Если этот материал оказался полезным ля Вас, Вы можете сохранить его на свою страничку в социальных сетях:

Все темы данного раздела:

Сага о грязных ботинках
  Действующие лица: Саша – 15 лет, 1 м 85 см рост, 46 размер обуви, 9 класс, учится хорошо, занимается в шахматном клубе при Доме творчества, имеет взрослый разряд по шахмата

Любовница токаря Ивана
  – Худшее время для нашей дочери – это тот момент, когда хвалят ее брата, – вздохнула женщина и грациозным, каким‑то кинематографическим движением поправила медно‑рыжие,

На что там смотреть!
  – Моему сыну Кириллу одиннадцать лет. Последнее время он плохо спит по ночам, днем все время почесывается, как блоха‑стая обезьянка, капризничает в еде, в школе упала успеваем

Страшилка про Марка
  Во время приема дверь в мой кабинет заперта изнутри. Но снаружи висит табличка «стучите, и вам откроют». Ее цель очень проста: чтобы действительно стучали, и я знала, что сле

Альбом с принцессами
  Мама привела шестилетнего Янека на обыкновенное тестирование перед школой. Миловидный невысокий мальчик улыбался мне, тихим голосом, но охотно отвечал на вопросы. Уровень школьной з

Бесфрустрационное воспитание
  – Вы только не подумайте, Соня очень любит своего папу. Поэтому мы сразу решили идти к психиатру. – ?!! – Да, да. А к вам зашли просто на всякий случай, потому что

Богатый папа на белом коне
  Я всегда нервничаю, когда приходится работать с неудавшимся суицидом подростков. Отказ от жизни у человека, который еще не жил, – что может быть неестественнее?! В данном с

Больной ребенок?
  Это было много лет назад. Я тогда только начинала работать психологом, практически не имела опыта и потому сначала просто не поверила ни своим глазам, ни своим выводам. Уж больно ди

Ваша дочь – заяц?!
  На первый прием они принесли длинную пластмассовую коробку. – Вот! – сказал отец и открыл коробку. – Это делает наша дочь Даша. Сначала мне показалось, что внутри

Война у трансформаторной будки
  – Вы знаете, что сейчас идет война?! Тощий пятнадцатилетний подросток с прыщом на носу смотрел на меня пронзительно, маленькими остренькими глазками. Самой заметной деталью

Воспитывать или не воспитывать?
  – Может быть, хоть вы, доктор, на него повлияете. Митя же мальчик все‑таки, ему обязательно нужно… Я с недоумением, ничего не понимая, посмотрела на восьмилетнего сим

Вперед и вверх» или «Стоять и не двигаться»?
  У этого ребенка не должно быть невроза. Однако он был. И я терялась в догадках. Семья из трех человек – папа, мама и двенадцатилетняя дочка Арина. Все явно, не нап

Все неловко
  Люди вообще мне в принципе нравятся, поэтому к большинству своих взрослых клиентов я испытываю более или менее выраженную симпатию. Со многими из них в процессе работы мне удавалось

Все по Фрейду?
  – Вы, часом, не психоаналитик? – подозрительно спросил меня интеллигентный мужчина с седыми висками. – Нет, нет, что вы! – открестилась я. – Ни в коем разе не психоаналитик

Вернуть сына домой
  Эти две семейные истории прямо напрашиваются на то, чтобы их рассказывали парой, хотя и пришли они ко мне в разное время, с разницей в несколько лет. Я предлагаю их для обсуждения п

Демократ
  Есть разные стратегии воспитания детей в семье и бесчисленное количество тактик. Специалисты придумали по этому поводу свои более или менее остроумные классификации, которые психоло

О ранней детской одаренности
  – Кусает, бьет всех подряд, может швырнуть, чем под руку подвернется. Никакого сладу с ней нет… – Вы – мама Светы? Сидящей напротив меня девушке я не дала бы больш

Доктор, вы были правы!
  Родители говорили обыкновенные вещи. Я изображала вежливое внимание. Фактически с любой точки я могла начать говорить за них. Поздно приходит домой. Врет про школьные отмет

Женский вопрос в России
  – Я мастером на заводе работаю. Говорить не привык – уж извините. – Мужчина, похожий на медведя средних размеров, понуро сгорбил плечи. Стул под ним опасно потрескивал. Я у

Закон джунглей сегодня
  – Мф! Что говорит Закон Джунглей, Балу? – Горе не мешает наказанию. Только не забудь, Багира, что он еще мал! – Не забуду! Но он натворил беды, и теперь надо его п

Жить в отдельном домике
  Женщина с виду была похожа на писательницу Оксану Робски, только нашего, петербургского разлива. Помягче черты лица, да вместо сканирующего пространство взгляда – плавающая сиренева

Игры нашего двора
  Наступила весна. Почти незаметно растаял снег, многократно прославленный в эту зиму средствами массовой информации, пробежали ручейки, высохли под смеющимся апрельским солнышком кус

Как воспитать чудовище?
  – Доктор, мы воспитали чудовище! И теперь не знаем, что нам делать! Немолодые, интеллигентные люди. По трудно описываемой, но легко улавливаемой синхронности движений, мими

О пользе глянцевых журналов
  Родители были очень молодыми и симпатичными. Правда, слегка встревоженными. Ребенку на вид исполнилось года два с половиной. Он крутил круглой, коротко стриженной головой,

Как в романе
  За одну короткую летнюю ночь на пустыре за моими окнами вырос городок аттракционов. С вечера выгрузили из огромных, пестро раскрашенных фур какие‑то забуревшие железяки, и к у

Ковер с длинным ворсом
  Начало этой истории совпало с разгаром перестройки. Немолодая круглолицая женщина самого простецкого вида привела на прием подростка, оставила его в коридоре и уселась на с

Кому нужны дети?
  – Я пока одна зайду, можно? Хотелось бы сначала без него… Симпатичная женщина средних лет. На лице – некоторая потерянность и надежда. Надо думать, сын‑подросток «заж

Личная жизнь гастарбайтеров
  Когда близко Рождество и Новый год, хочется историй счастливых и странных. Вы согласны? Такие в моей практике тоже случаются, хотя, может быть, и реже, чем мне бы хотелось…

Любить своего ребенка
  – Я пришла без ребенка, потому что у него все в порядке, – сказала женщина и замолчала, сложив руки на коленях и глядя ку‑да‑то внутрь себя. Я попыталась ей пом

Машенька и баскетбол
  Очень высокая мама в белых кроссовках – явно весьма дорогих и фирменных. Колени и прочие сочленения складываются, как звенья столярной рулетки. Какая‑то общая, едва уловимая н

Муза по наследству
  – Я прошу вас помочь мне сохранить семью! Крылья породистого носа мужчины нервно раздувались. Казалось, у него там жабры и он ими дышит. – Ага, – сказала я несколь

Надень тапки!
  Все понимают, что детей надо воспитывать. С этим все согласны, вне зависимости от рас, религий, возрастов и полученного образования. Но вот по вопросу, как именно их следует воспиты

Не своя жизнь
  – Хотя бы вы ему скажите… Может быть, он постороннего человека, специалиста, послушает. Нельзя столько жрать! Стройная женщина лет тридцати с небольшим говорила с нескрывае

Не хочет учиться!
  Поскольку я работаю в детской поликлинике, ко мне часто приходят семьи с детьми школьного возраста. И едва ли не самой частой причиной для их обращения к психологу является успеваем

Неудачница
  – Меня очень легко обмануть, – предупредила женщина и улыбнулась. Довольно обаятельно. Я улыбнулась в ответ. – Я пока еще даже не начала. Мало информации.

Новый пролетариат
  – А вот еще развивающие занятия. Музыкальные гам, английский язык, игры какие‑то. Одни говорят, это обязательно нужно, а другие – детского садика достаточно. Вы что скажете?

О неудачах
  Все, о чем я пишу, происходило в реальной жизни. И на самом деле работа практического психолога состоит в основном из неудач. Когда‑то (уже довольно давно, приблизительно посл

Еще раз о детской одаренности
  Иногда я годами живу спокойно и с этой проблемой вообще не сталкиваюсь. То есть, разумеется, регулярно приходят мамы и даже папы, уверенные если не в гениальности, то, по крайней ме

Оставить в прошлом
  – Нам не нравится, каких друзей он себе выбирает в школе и во дворе. Он тайком курит. Стал хуже учиться. Несколько раз прогулял уроки, перестал ходить в хор, в котором пел с первого

Писающие младенцы, или О пользе академических изданий
  Зима. Холодно. Хочется поговорить о чем‑нибудь теплом, веселом и одновременно полезном. Например, об Африке. Казалось бы, что там может быть интересного для нас, кроме сакраме

Плохая» мать
  – Видите ли, все дело в том, что я – плохая мать. Я внимательно посмотрела на двух играющих на ковре детей. Мальчик и девочка, соответственно шести и четырех лет. В меру шу

Проклятие дочери алкоголика
  Похожая на моль женщина сидела на банкетке, сложив на коленях тонкие руки. Когда я проходила в свой кабинет, она даже не попыталась поздороваться или хотя бы встретиться со мной взг

Рифмы нашего двора
  В жизни нашего двора поэзия играла большую и важную роль. Рифмы (пусть и не бог весть какого качества) звучали буквально повсюду и органично встраивались практически в любую сферу м

Социопаты
  – Потолок бы покрасить надо… Все остальное у вас красиво, игрушки вот, мебель хорошая, а потолок да‑а… подкачал… – Это в рентгеновском кабинете наверху трубы протекли

Спорный ребенок
  – Как умный, интеллигентный, творческий человек, член Союза писателей, вы, конечно, меня поймете и в этой нелепой ситуации будете на нашей с сыном стороне… Я пожала плечами

Суицид в гостиной
  – Он пытался покончить с собой три раза – из тех, что мы точно знаем. Еще два раза под вопросом, – голос женщины звучал отстраненно и невыразительно. Хотя речь шла о ее старшем сыне

Увидьте же меня, наконец!
  – Помогите нам, пожалуйста, вернуть дочь! – женщина заглядывала мне в глаза и ерзала в кресле. Мужчина завороженно смотрел в окно, где во дворе поликлиники медленно кружили

Угол для психотерапевта
  – Вы знаете, я все‑таки оказался к такому не готов… – Да кто же в подобном случае может сказать, что он – готов?! – с искренним сочувствием воскликнула я. Ху

Фантазеры
  – Главное, что меня поражает, – он вообще‑то очень честный мальчик. Понимаете? С самого раннего детства никогда не пытался выкрутиться – если набедокурит, что‑то разобье

Хомячок Тани Гранаткиной
  Наше время – время больших скоростей и активных самопрезентаций. Почти всем родителям хочется, чтобы ребенок был успешен и достиг высот. Поэтому довольно часто ко мне обращаются род

Цыганка Таня
  Один мой знакомый рассказал о том, что в детстве их обычно пугали так: «цыгане заберут». И мне вспомнилось то, о чем я не думала уже много лет: цыганка Таня, с которой я когда‑

Чужие письма
  Девочка была невысокой, коренастой, со следами подросткового кризиса и подростковых прыщей на широком, чем‑то недовольном лице. На вид лет пятнадцать. Пришла одна. Я приготови

Шантажисты
  – У меня нет выхода. – Худощавая женщина средних лет сгорбилась в кресле и сжала руками виски. Ни ее жест, ни слова не казались мне позой. – Скажите честно, вот вы, специалист, види

Хотите получать на электронную почту самые свежие новости?
Education Insider Sample
Подпишитесь на Нашу рассылку
Наша политика приватности обеспечивает 100% безопасность и анонимность Ваших E-Mail
Реклама
Соответствующий теме материал
  • Похожее
  • Популярное
  • Облако тегов
  • Здесь
  • Временно
  • Пусто
Теги